Девять кругов рая
Шрифт:
По телу Светы пробежала дрожь. Забытая дрожь невероятного возбуждения!
Леша ощутил ее губами, пальцами, всем своим естеством… И с еще большим жаром стал целовать, ласкать, прижимать ее к себе. Света застонала. Этот стон ей самой показался очень громким, и она уткнулась губами в грудь Леши, чтобы сдержать следующий. Только Алексей не позволил ей долго вот так стоять. Взял за подбородок, поднял Светино лицо вверх и снова жадно впился в ее губы. На миг она ощутила боль, слишком уж Леша увлекся! Но потом в этой требовательности, в этом напоре, в страстном
«Стоп! – сказала себе Света. – Что я творю? Как смею вести себя так с мужчиной, которого лучшая подруга считает своей судьбой?»
Света уперла руки в грудь Леши. Сначала ладони, потом кулачки. И отстранилась…
– Что случилось? – прошептал он и снова потянулся губами к ней. Но Света отвернулась со словами:
– Не нужно, отпусти.
Но он не послушался.
Схватил ее кулачки, разжал их и стал целовать подушечки пальцев.
– Пожалуйста, не надо, – чуть не всхлипнула Света.
Леша, не отрывая губ от ее рук, поднял глаза и успокаивающе улыбнулся. Она не видела его рта, но знала – Леша именно улыбается. По взгляду поняла…
– Я не могу, – покачала головой она.
– Почему? – спросил он. Его горячее дыхание обожгло ей пальцы.
– Из-за Миланы.
– Не понял…
– Ты ей нравишься. Да и она тебе, по твоим же словам…
– Да, она мне очень нравится. Как человек. Я хотел бы с ней дружить. – Леша переместил свои ладони на ее запястья и стал их поглаживать. – Дружить, и только, понимаешь? С тобой же все иначе…
Лешины пальцы заскользили вверх, но добраться до локтей мешали рукава. Назаров рывком стащил халат со Светиных плеч. Она охнула и попыталась прикрыть оголившуюся грудь. Она все еще хотела избежать того, о чем страстно мечтала с того момента, как Леша впервые ее коснулся.
– У тебя очень красивая грудь, – сказал он. – Такая нежная… К ней хочется прикасаться, ее хочется целовать… Позволь?
Едва Лешины пальцы коснулись Светиных сосков, как она поняла: это все… Сопротивлению конец! Она больше не может бороться с собой, со своим желанием… Когда Назаров наклонился и стал их целовать, Света прижала его голову к своей груди. Ей хотелось, чтоб эта сладкая пытка длилась как можно дольше.
Она лежала, обессиленная и бесконечно счастливая на неразобранной кровати. Атласное покрывало приятно холодило разгоряченное тело. А когда оно нагрелось, Света перекатилась на другую половину кровати. Но Леша схватил ее за плечо, развернул и прижал к себе.
– Даже не думай убегать, – сказал он, зарывшись носом в ее растрепанные волосы.
– Жарко же, – запротестовала Светлана и попыталась вырваться. Но Леша только крепче ее обнял. И она поняла, что готова скорее умереть от жары, чем оторваться от него.
– Пойдем в душ? – предложил он. – Охладимся?
– Хорошая мысль.
Леша разжал объятия, но лишь для того, чтобы встать.
– Какая ты легонькая!
– Сорок восемь килограммов. Бараний вес.
– Отличный вес. Как и все в тебе.
– Я тощая. И конопатая.
– У тебя чудесные веснушки.
И Леша принялся целовать ее веснушки. Света отбивалась и кричала: «Щекотно», хотя на самом деле ей не хотелось, чтоб он останавливался. Так, шумя и дурачась, они покинули комнату. Леша вынес Светлану в прихожую, намереваясь оттуда транспортировать в ванную, когда в дверь позвонили.
– Не открывай, – выпалил Леша. – Тебя нет дома…
– Я так не могу, вдруг что-то важное. – Она сползла с его рук. – Иди в ванную, я через минутку присоединюсь.
Леша вынужден был согласиться. Когда он удалился, Света сорвала с вешалки плащ и накинула на себя. Не открывать же голой!
Глазка на двери не было. Света перед тем, как открыть, все же решила спросить: «Кто?» Если каким-то чудом прорвавшиеся в подъезд агитаторы, побирушки или торгаши, она не откроет. Если же кто-то из соседей, в чем она, собственно, не сомневалась, то придется пообщаться.
Звонок повторился. Зарубина крикнула:
– Кто?
– Светик, открывай уже, – услышала она нетерпеливый голос… Миланы. – Я под дверью целую вечность стою… Ты что, глухая?
– Нет, – выдохнула Света, сделав шаг назад. Ей хотелось убежать, но куда?
– На мобильный звонила сначала, ни ответа, ни привета… Потом решила заехать, ведь ты вечерами всегда дома. Подхожу к подъезду, а из него соседка твоя, вот я и прошмыгнула… – И после небольшой паузы: – Эй, ты собираешься открыть или так и будешь держать меня на пороге?
«А что лучше? – подумала Света. – Не пустить тебя, тем самым обидев, или пустить, чтобы ты увидела, что я не одна, а с мужчиной… Своей и твоей мечты?»
– Лана, прости, но тебе лучше уйти, – решилась Света. – У меня мужчина, и я…
– О, прекрасно, я давно хотела познакомиться с твоим избранником! Мне не верилось, что такая женщина, и одна…
– Лана, я не хочу вас знакомить, прости.
– Дорогая, перестань. Я же не полиция нравов. Даже если он женат, я тебя не осужу.
– И все же…
– Хорошо, не настаиваю. Только я, Свет, в туалет хочу. Впусти меня на минуту, я схожу в уборную и уеду, обещаю!
– Секунду!
Света метнулась к ванной, заглянула внутрь и бросила моющемуся Леше:
– Пожалуйста, не выходи, пока я тебе не скажу, что можно. Ко мне пришли.
И вернулась в прихожую, чтобы впустить Лану.
Открыв ей дверь, Света покаянно потупилась.
– Извини меня, – сказала она. – Но я на самом деле очень не хочу, чтобы кто-то, пусть даже ты…
– Ничего не говори! – прервала ее всепонимающая Лана. – Это я должна просить у тебя прощения за свой визит. Свалилась как снег на голову, не думая о том, что у тебя свои дела, но мне так хотелось с кем-нибудь поговорить. А кроме тебя, у меня никого из близких нет.