Девять дней
Шрифт:
В общем, после того, как мы ушли из закусочной, я убедил Лили вернуться домой со мной. Я обещал своим друзьям попробовать кофе, чтобы они не пропадали зря. И к нашему удивлению, я не сказал никому из них, что плюнул в большинство.
Они были холодными, так что пить их не имело смысла.
Лили сошла с ума от смеха, когда Аарон сделал глоток моего самого нелюбимого кофе. Тот самый, в который я плюнул не один раз, а дважды. Надо было как-то избавиться от вкуса.
Когда он сказал: Все не так уж плохо, — даже я растерялся.
— Почему бы и нет? — Лили, похоже, разочарована.
— Я пожалею об этом. — Я засунул руки в карманы джинсов, слегка приподняв плечи, прежде чем позволить им упасть.
Она приподнимает бровь, глядя на меня, не понимая.
Я ненавижу это. Меня бесит, что я не могу просто подойти к ней и сказать: Эй, давай потрахаемся, — как я сделал бы с любой другой девушкой на вечеринке. Если я сделаю это с Лили, то не только она выбросит меня из окна, но и Аарон тоже.
Но даже не это меня пугает. Что меня пугает, так это её реакция, то, как она будет вести себя в ближайшие несколько дней. Я боюсь, что всё может стать странным.
Я не могу сдержать стона, пытаясь придумать вескую причину.
— Лилибаг.
Я провожу руками по волосам, дёргая их за кончики, разочарование проходит по моему телу.
— Я что-то натворила? — Беспокойство проносится в её голосе, как ветер проносится в воздухе.
— Это то, чего я не сделал, — отвечаю я, только ещё больше сбивая её с толку.
— Что ты не сделал?
— Аарон предупреждал меня, — мой голос мягкий и наполненный эйфорией, но в то же время я кажусь усталым, испытывающим дискомфорт. Даже я слышу это. — Я не должен был так близко к тебе подходить.
— Почему бы и нет?
Может быть, мне следует быть с ней откровенным. Наша дружба только начинается, но я тоже не могу терять время. Наши дни сочтены, по крайней мере, до тех пор, пока она не придёт в себя.
— Потому что теперь я не могу перестать думать о твоих губах. — Я пролетаю мимо Лили, врываясь в её гостиную. По пути внутрь я хватаю её за запястье и тяну за собой.
Я никогда раньше не чувствовал ничего подобного. Я никогда не расстраивался из-за того, что хотел девушку, и всё же я здесь. Лили — единственный человек, который не выходит у меня из головы, особенно в те моменты, когда она не должна этого делать.
Мы входим в её комнату. Я практически заталкиваю её внутрь, запирая дверь, когда вхожу следом за ней.
Я стараюсь дышать, как нормальный человек. Пытаюсь подавить желание наброситься на неё, прижаться губами к её губам и зацеловать эту девушку до чёртиков.
— Ты в порядке? — её сладкий голос льётся в мои уши, как классическая музыка, льётся рекой, успокаивая мои нервы. Я не отвечаю. Я вообще никак не реагирую. Всё, что я делаю, это стою, прижавшись спиной к её закрытой двери, делаю глубокие вдохи, выдыхаю ещё глубже, ещё дольше.
Я, блять, больше так не могу.
А потом она подходит ближе. С каждым её шагом я чувствую, что воздух становится все разрежённее. Я,
— Ещё один шаг ко мне, и мне придётся прижать тебя к двери.
Она замирает.
— Колин, что, чёрт возьми, происходит? — она требует ответа, который я не могу ей дать, и её голос звучит громче и суровее.
Моё поведение пугает её, и я даже не могу винить её. Я бы тоже испугался.
Внутри меня поднимается беспокойство. Боже, она такая красивая. Почему я никогда не видел её раньше? Мы много лет посещали одни и те же занятия. Как получилось, что я её не видел?
Она делает ещё один шаг ближе, явно игнорируя моё предупреждение, сделанное всего секунду назад.
— Лили, я не шучу.
— Так прижми меня к чёртовой двери. Я согласна. — Она подходит ко мне ближе, отчего дышать становится ещё труднее.
— Скажи мне что-нибудь депрессивное, — умоляю я. — Расскажи о своей смерти.
Лили фыркает от смеха, останавливаясь прямо передо мной. Её голова откидывается назад достаточно, чтобы её глаза могли встретиться с моими. Надежда и веселье в её зелёных глазах заставляют меня растаять на месте.
— Ты думаешь, это угнетает, что я хочу умереть? Затем она поправляет себя: — Что я умру на следующей неделе.
— Откуда мне знать?
Её руки соприкасаются с моей грудью, кровь приливает прямо к моему паху. Вызывая у меня лёгкий вздох, когда её руки опускаются вниз, её пальцы отслеживают каждый изгиб моих мышц.
— Тогда почему ты хочешь поговорить об этом сейчас?
Я смотрю в потолок, не в силах больше смотреть ей в глаза. Она загнала меня в ловушку, и она это знает. Улыбка на её губах выдаёт это.
Я стараюсь не концентрироваться на её руках, которые скользят по моему животу, находя путь к подолу моей рубашки, прежде чем скользнуть прямо под неё. Её кожа на моём теле заставляет эту комнату казаться намного жарче, чем есть она есть на самом деле.
К чёрту это. Я нахожусь в аду. Это грёбаная пытка.
— А теперь, Колин, не мог бы ты посмотреть на меня?
С тех пор, как мы случайно поцеловались на арене, её губы — это единственное, о чём я могу думать. Со мной никогда такого не было. Я целовал кучу девушек раньше, и никогда ни один глупый, случайный поцелуй не заставлял меня чувствовать себя… отчаявшимся.
Просто дыши, Колин.
— Нет? — веселье пляшет у неё на губах. — Может, ты уже просто поцелуешь меня?
Моя голова опускается, я смотрю в её глаза, я больше не могу дышать.
Она только что сказала то, о чём я думаю?
Лили прикусывает губу, мягко улыбаясь.
Клянусь, она хочет моей смерти.
— Я не могу.
Разочарование отражается на её лице.
— Я выйду далеко за рамки поцелуев.
— Это что, вызов?
Нет, с меня хватит. Я хватаю её за запястье, вытаскиваю её руку из-под своей рубашки и кладу её прямо на выпуклость в моих штанах.