Девяностые. Том первый
Шрифт:
Попросил у уткнувшейся носом в бумаги воспитательницы дырокол и тесьму для подшивки. Та, не отвлекаясь, рассеянно отправила меня к нянечкам, не отрываясь от чтения. Сходил. Получил запрашиваемое, правда, только после подтверждения разрешения.
Взрослые такие взрослые…
Вот кем надо быть, чтобы не понять, что ребёнок, которого ты только что видела за выполнением серьёзной научной работы, собирается играться с инструментами для подшивки?
К чёрту! Надо отсюда валить. Но как?
Продолжать
Надо придумать что-то новое.
Но потом, ибо воспитательница дочитала, и пора забрать у неё последний лист и сшить воедино.
Несколько минут воспитательница молча таращилась вникуда, после чего, не проронив ни звука поднялась и кивнула следовать за ней. Не обращая ни на кого внимания, действуя, словно в полусне, она добралась до кухни, где на автомате заварила две кружки растворимого кофе и снова повела меня за собой.
На сей раз мы добрались до её кабинета, обставленного весьма скромно. Вместо привычных мне, как жителю двадцать первого века, дешёвых китайских кресел на роликах, да с откидными спинками, наличествовали обычные советские деревянные стулья со спинками. Весьма качественные, надо сказать, по меркам моего будущего. Мягкие сидешки из обшитого тканью поролона явно покомфортабельнее жёстких сидух из кожи молодого кожезама. Ещё бы газлифт был – цены бы им не было. А так мне пришлось подкладывать под пятую точку пару объёмных томов, чтобы из-за стола выглядывало что-то кроме макушки и глаз.
Утвердившись на не самой устойчивой конструкции, ухватил чашку с кофе, подтянул к себе поближе и с удовольствием вдохнул аромат. Ммм! Какая прелесть! И пофигу, что он растворимый, и не самого высшего качества. У меня от одного запаха слюнки текут. Домашние, как я их ни уговаривал, наотрез отказали мне в употреблении этого божественного напитка. Детям, мол, не положено! Вот и выходит, что я уже сколько-то месяцев ни капли в рот не брал. Так что воспитательнице сейчас я был очень и очень благодарен.
– Что… Что это? – Вернулась в реальность воспитательница к моменту, когда я уже уполовинил кофе, наслаждаясь каждым мелким обжигающе-горячим глоточком.
Оторвав взгляд от слишком быстро уплывающей в моё нутро коричневой жидкости, посмотрел на девушку (буду называть её так, всё же она в два раза меня младше) и задумался. Вот интересно, что она смогла осознать из написанного? Вопрос не праздный. Тут не надо быть гением логики, чтобы понять, что ребёнку моего возраста совершенно несвойственно решать уравнения, в которых цифры встречаются лишь эпизодически. А уж создавать эти самые уравнения на основе, мягко скажем, неклассической математики…
Про «условия
– Уточните вопрос, пожалуйста. – Со всей возможной серьезностью пятилетнего человека спросил у неё.
Воспитательница задумчиво побарабанила пальцами по столу.
– Я будто понимаю и не понимаю одновременно, что там написано. С одной стороны это кажется весьма бредовой фантастикой, но с другой… слишком логично. И эти расчёты и формулы… – Она вновь выбила задумчивую дробь и внезапно спросила. – Ты читал Аристотеля?
– Которого из них вы имеете ввиду? – В свою очередь поинтересовался глубинами её познаний. Не то, чтобы мне это что-то дало, но вдруг стало интересно.
– А что их несколько? – Удивилась девушка.
– Я знаю как минимум двоих. – Повертев в руках кружку, сделал большой глоток, ополовинив оставшееся. Остывает. – Античного, написавшего этику, риторику, поэмику и ещё кучу научно-философских трудов, учителя Александра Великого, Македонского. И Аристотеля Фиораванти. Правда, не помню, чем он знаменит, зато у него фамилия красиво звучит, вот и запомнилось.
– И откуда ты о них узнал? – С подозрением прищурившись, задала вопрос воспитательница.
– Из библиотеки, – я пожал плечами, – откуда же ещё?
Ну да, до появления интернета, как и оцифрованных копий печатных изданий в свободном доступе, пройдёт ещё очень много времени. Пришлось зарегистрироваться в городской библиотеке, ибо сейчас это единственный адекватный способ залегендировать знания, необычные для пятилетнего ребенка. В библиотеке, конечно, удивились, но я не зря привёл туда деда и принёс своё свидетельство о рождении, которым удостоверял личность. Так что читательский билет мне всё-таки оформили, и теперь два-три раза в неделю гулять я хожу туда.
Посещение этого храма знаний, кстати, оказалось крайне увлекательно, даже учитывая мой реальный возраст. Многое мне, конечно, уже известно, но пробелы в знаниях есть. Можно больше внимания уделить химии и биологии. Тем более что впереди будет знакомство с талантливым микробиологом, и нужно научиться хотя бы понимать, о чём он говорит.
– Ну да, откуда же ещё. – Отвлекла меня от размышлений воспитательница. – Но ты не ответил. Что это за исчисления?
– Пытаюсь вывести уравнение влияния концепций восприятия на реальную действительность.