Девяностые приближаются
Шрифт:
– Аркаш, а накой ты с шулерами сел играть? – громко и с наездом спрашиваю я.
– Вот у того чела туз и дама козырные, сейчас они вдвоём будут ставки поднимать для первого выхода а ты сколько бы ни поставил, не выиграешь, – поясняю я.
– Отвечаешь? – резко вскочил мрачный тип, чуть не опрокинув стол.
– Козе понятно, руки со стола убери и тихонько карты переверни, дай заценить туз даму, – командую второму.
– Это ты зря встрял! – говорит второй игрок, пряча свои карты под стол. Значит, не ошибся я.
– Пошли в коридор, поговорим, – встаёт первый. –
Сука, точно, как я его не заметил! Зябликов сидит, собственной персоной, тоже боксер, полуфиналист чемпионата города, но в Бейбутовской категории.
– Сева, не спеши, это Штыба, убьёт вас обоих ещё. Здоров, Толяныч, – встаёт с дальней кровати парнишка и жмёт мне руку.
– Не по понятиям это! – уже вполголоса хорохорится мрачный.
– Я по понятиям не живу, для себя их оставь. Аркаш, собирайся, нам ещё Бейбута по общаге искать, – командую я.
– Я тут, чего меня искать! Привет, Зяблик! – откуда ни возьмись появился Казах.
Уже по пути домой он рассказал, что, несмотря на поставленный горшок с цветком, вахтёрша всё равно хотела его крови и гналась за ним по улице. Поэтому он, исключительно для того, чтобы бабуля не замерзла, вернулся в общагу и нашёл меня.
– Аркадий, иди спать! Завтра поговорим, – зло сказала Анна Дмитриевна на входе.
Меня же, наоборот, похвалила. Один Бейбут остался и необласканным, и необруганным, а ему же, и побегать пришлось!
В кафе я чуть не опоздал, трудно успеть вовремя, когда автобусы ходят как попало. Дядя Саша меня ждал и уже заказал две порции их фирменного жаркого с мясом и грибами в глиняных горшочках. Значит, уверен был, что я приду.
– Я заказал на свой вкус. Ты присаживайся, – радушно предложил дядя Саша, бывший опять без погон.
Мы посидели, пообщались, вернее, говорил все время дядька, он и про свадьбу рассказал, то, что я не застал. А там подрались две сестры, каждой лет по сорок, тетки жениха. Про свою свадьбу потом вспомнил, тоже смешно было. Я заметил – рассказчик он от бога. Принесли горячее, он, не менжуясь, накатил стопарик, потом второй, мне, конечно, не предлагал, но всем видом показывал – «я свой», меня опасаться не надо. Тем неожиданней был вполне трезвым голосом заданный вопрос:
– Ты кто, Анатолий?
Глава 3
Глава 3
– Я, в первую очередь, советский человек, потом, сын своих родителей, потом… – сделав вид тупого малого начал говорить я, причём лишь для заполнения паузы в нашем общении.
– Я не об этом, – впервые за время знакомства показал свое недовольство дядя Саша. – Ты был обычный двоечник, и если бы не отец, сидел бы по два года в классе. Да и в комнате милиции стоял бы на учёте. Сейчас ты – математик и физик, знаешь английский, танцуешь, как никто не умеет, боксом стал заниматься. Кто ты?
– Так, парашют я сжёг, рацию спрятал, пулемёт ещё не откапывал. На чем же я прокололся? – с серьёзной мордой вслух рассуждал я. – Черт! Я же негр! Дядь Саша, зачем вы меня допрашиваете? Это
– Что? – с удивлением слушал меня комитетский. – Какой негр? Ну, ты клоун! Ладно, можно сказать беседу провел, галочку поставил.
– Какую галочку? – вправду заинтересовался я. – Ну взялся я за ум, а способности у меня всегда были, планы другие имел – это да, но сейчас так как пацан уже не думаю.
– Ты же едешь в Венгрию, вот и проверяют тебя. Но не переживай, подкопаться не к чему, тем более, твоя бабуля кого-то там уже просила. А у неё связей и в нашей структуре больше чем у меня.
Посидели. Дядя Саша выпил, заказал ещё двести – итого, выпил четыреста. Настроение у него стало совсем благодушным. Заплатил он сам за всё, естественно. Расспрашивал меня про мои планы на будущее, расписывал прелести военной службы. Сам он служил в своё время на границе, и по его рассказам не служба была, а благодать.
– Это смотря на какой границе служить. За полярным кругом тоже есть границы, и там не так весело как в Армении, например, – взросло заметил я. Моё намерение идти в высшую комсомольскую школу он одобрил. Вербовать не стал, может, мал я ещё. Короче, неплохо пообщались.
«Надо же, всё про меня разузнали. Умеют же работать! Как же вы, суки, страну просрали-то»? – размышлял я по дороге домой.
Дома меня ждал Аркаша с тремя бутылками пепси-колы, на которую уже облизывались Бейбут и Карлыгаш, у неё уже и свой ключ от нашей комнаты был. Ан нет, бутылок было четыре, но одну Карлыгаш уже отняла и выпила. Хотя, наверняка, малолетнему другу своему дала попробовать. А перед этим просто дала, вон кровать расправлена.
– Спасибо, Толян, я сейчас понял, что меня туда заманили. И главное выиграть дали сорок рублей, хитрые такие, – благодарил Аркадий.
– Двадцать, – сказал я переодеваясь.
– Что двадцать? Сорок я выиграл, – не понял Аркадий.
– Половина мне, – пояснил ему.
– Я пепси-колу…
– Пепси-колу Бейбуту, он бегал от вахтёрши, – не согласился с намечающимся торгом я.
Стук в дверь. Там Ленка. Я уже побаиваюсь её на полном серьёзе, хрен её знает, что ей в голову взбредёт. Сразу после больницы, например, заставила меня оценивать лифчики!
– Лена! Почему я? Пусть подруги оценивают, – возражал я.
– Мне нужен мужской взгляд, – хмыкает она.
– Они тут в очередь выстроятся, только намекни!
– Толя, ты дурак? Кроме тебя никто из парней меня голой не видел! – с пылом сказала она.
– Ну да, ну да, – ехидно сказал я, намекая, что в наш единственный секс, она показалась мне не девочкой, а значит, кто-то её голой-таки видел.
– Я про общагу, Штыба! – с металлом в голосе сказала она.
Зная Ленку, после таких интонаций, надо молчать или каяться. Я сильный, взрослый мужик! Буду я перед малолеткой каяться! Поэтому молча, разглядывал все восемь!! (убью Аркашу) лифчиков, из которых она не выбрала ни одного! Очень хотелось полапать, да и отодрать, чего уж греха скрывать, но меня держали на расстоянии. Страдал молча. Короче, от визита соседки нихрена хорошего не ждал.