Девяносто девять и один
Шрифт:
– Это огромный загородный комплекс. Там пятизвездочный отель, рестораны, парки, бассейны, лужайки… Там даже аттракционы есть! Территория очень большая и всё выполнено с итальянским вкусом… Слышали?
– Да, кажется, слышала.
– Говорят, это удивительное место ничуть не уступающее настоящим курортам Тосканы.
– Только без моря, – усмехаюсь я.
– Ну, да… Но там есть искусственный пляж!
Женя смущается и я сожалею, что вставила свои пять копеек.
– Это замечательно! Уверена, твоей сестре очень понравится… О чем ты хотела спросить меня?
– Мне очень неудобно просить об этом, но могу ли я взять отгул
– Всё хорошо, я понимаю. У вас замечательный папа… – прочищаю горло и расправляю плечи. – Конечно, без проблем. Отдыхай и загорай, пока солнце палит. Расскажешь, как там в этой…
– «Свет Тасканы»! – с счастливой улыбкой поправляет меня Женя. Она милая девушка, прекрасно справляется со своими обязанностями и всегда выполняет то, о чем я её прошу. Думаю, родители очень гордятся ею. – Ничего, если я отправлю вам фотографии по What’sApp?
– Буду ждать.
Довольная, что наконец избавилась от тяжкого груза и получила разрешение на отдых, Женя разворачивается на пятках и с детским подскоком бежит к Нине.
– Ой! Муза! – вновь обращается ко мне Женя, резко остановившись на полпути. – Я совсем забыла! Сегодня, когда вы с тетей уехали, в магазин пришла одна девушка, она спрашивала о вас. Вы разминулись буквально в несколько минут.
– Кто-то с очередным предложением? – спрашиваю я просто так, с улыбкой оглядывая замотанные в плотную прозрачную пленку белые кресла. Согласна, цвет не слишком уж и практичный, особенно для уголка «Почитай-ка», но никакой другой там просто бы не смотрелся.
– Нет, ваша подруга. Она не представилась, но сказала, что возможно завтра заедет. Я не думала, что вы сегодня появитесь здесь и поэтому сообщила, что завтра вы точно будете на работе.
Подруга? Мне кажется, что уже весь персонал прекрасно осведомлен о всех моих знакомых: как их зовут и как они выглядят.
– Она, кстати, спросила ваш номер телефона, но я не сообщила! – говорит Женя напоследок и скрывается за дверью нашего небольшого склада.
Поначалу, это крохотное известие лишь слегка озадачивает меня. Какая подруга, не знающая мой номер телефона и которую мои девочки впервые видят? Девушка ошиблась, наверное. А потом, по мере приближения к девяти часам вечера, когда все кроме меня собираются по домам, эта легкая озадаченность перерастает в не менее легкую, но уже тревожность. Это то самое чувство, когда видишь на экране мобильного телефона пропущенный вызов от незнакомого номера. Кто это? Что ему надо? Вдруг из банка звонят или из больницы? Вдруг что-то с кем-то случилось или со мной просто хотят побеседовать какие-нибудь мошенники и развести на деньги?
Закрыв стеклянные двери на электронный замок и помахав рукой на прощание всем моим сотрудникам, я тихонько вздыхаю, глядя на вечерний город, присыпанный летним розово-желтым сахаром. Кажется, я снова полюбила лето с его цветочными запахами и умиротворяющим ветерком, колышущим цветущие деревья. Порой я ощущаю слабое шевеление надежды где-то в области груди… Я боюсь на что-то надеяться и верить в то, чего не знаю. Но вот сейчас, глядя на проходящих мимо людей, беззаботно гуляющих по центру города и молодую девушку в легком ситцевом платье на тонких лямках, покинувшую красный Mercedes, мне сложно избавить себя от этого чувства. Не знаю, но
Девушка, что покинула красный Mercedes, неуверенно и осторожно движется в сторону моего магазина. Я уверена, что на самом деле ей нужно попасть в соседнюю «Лавку чудес», где продается всё, для организации праздников: шарики, ленты, игры, маски и прочая атрибутика. Но вот она приближается к витринам и неожиданно для меня, останавливается метре от стеклянных дверей, за которыми стою я. В одной её руке большой плоский клатч под цвет платья, а другая неуверенно поднимается и слабо машет мне.
Это именно та девушка, что искала меня сегодня? Что-то, но я точно не знаю её! Черные волосы в ассиметричной стрижке, полные губы, как это модно сейчас «впавшие щеки» и «лисий взгляд»… Нет, мы определенно не знакомы с ней. Неужели представители самых разных крохотных издательств теперь называют себя «друзьями» тех, кому хотят предложить работы своих авторов?
Но вот эта девушка делает несколько маленьких шагов навстречу ко мне и моя гармония внутри попадает в зону турбулентности.
Эти губы никогда не были такими полными. Глаза никогда не имели эту заигрывающую форму. Темные волосы всегда были намного длиннее этих…
– …К… Карина? – заикаясь, шепчу я себе под нос.
В ответ же вижу, как на лице «незнакомки» появляется взволнованная, но счастливая улыбка.
Господи.
Мы не виделись с ней десять лет. А ведь я только-только полюбила лето.
Глава 2
Пребывая в ступоре долгие минуты, я, наконец, осознав всю нелепость собственного поведения, нажимаю на круглую кнопку и замок в стеклянных дверях громко щелкает. Прежде, чем толкнуть их вперед, я напоминаю себе о необходимости спокойствия внутри себя и делаю глубокий вдох.
– Муза… – говорит шепотом Карина и прижимает ладонь к губам. Её карие глаза блестят всё ярче и ярче и уже через пару секунд по лицу бежит одинокая слеза. – Поверить не могу, что это ты. Господи! Прости меня за эти слезы…
Она смеется и обмахивает ладонями свое загорелое лицо, а потом делает резкий выпад вперед и заключает меня в крепкие объятия. Признаться честно, я совершенно потеряна. Не знаю, что чувствую, не понимаю, что присходит, но точно знаю, что из этой внезапной встречи ничего хорошего не получится.
– Ты так изменилась! Муза, выглядишь просто божественно! Твои волосы! – Ни капельки не смущаясь, Карина проводит рукой по моим светлым вьющимся прядям и снова старается заглянуть в самую душу. – Амбре тебе очень идет! Умоляю, скажи что-нибудь?
– Я немного шокирована. Как ты здесь оказалась? Как нашла меня?
– Это было достаточно легко, – смеется Карина так же звонко, как и десять лет назад. – Вы с папой до сих пор занимаетесь собственным магазином и, насколько я осведомлена, не так давно открыли ещё одну точку, – кивает она в сторону вывески «Открытие 21 июня!». – Ты чертовски круто выглядишь, Муза. И всё так же смущаешься, когда слышишь комплимент.