Девочка с куклами
Шрифт:
– Нет. Во всяком случае, не показывала виду. А на работе мы с Верой вели себя по-прежнему.
Погодина умело вела свою игру. Расскажи она Виктории о том, что отбила у неё Шевчука – мог случиться скандал, который наверняка ударил бы и по ней. Вера могла потерять и любовника, и подругу, и даже работу. И тут Виктория делает ей царский подарок – возобновляет отношения с Наилем. Погодиной оставалось лишь заполучить доказательства и грамотно преподнести их Шевчуку. Шевчук расстаётся с Викторией, скорее всего – мягко, и оказывается в руках
– Не думаю, что если бы Вика узнала о нашей связи с Верой, она бы промолчала.
– Полагаю, вы правы. В любом случае, вам виднее. – Феликс помолчал. – Как развивались ваши отношения после смерти Виктории?
– Не понял вопроса. – Шевчук недоумённо посмотрел на Вербина. – Мы не открыли бутылку шампанского, если вы об этом.
– Когда вы встретились вне работы?
– В пятницу, – буркнул Шевчук. – Жена уехала в командировку и вернулась в субботу, в конце дня.
– Тогда Вера рассказала вам о сопернике?
– Нет. – Ответ показался Феликсу искренним. – Мы, конечно, обсудили эту ужасную новость, но в детали не вдавались.
Не до того было…
– К тому же всё это достаточно обсуждалось на работе. – Шевчук вновь покусал губу, после чего без особой охоты произнёс: – Вы умный человек, Феликс, и наверняка уже поняли, что в постели с Верой мы, в основном, обсуждали предстоящее путешествие на Алтай.
– Вы сказали, что она полетит с вами?
– Она удивилась.
– Обрадовалась?
– Да. Или искусно сделала вид.
– Зачем вы добавили?
– Не зачем, а потому что история с Викой меня… слегка задела.
Задела тем, что его обманывали, а он не распознал обман.
– Что же касается любовника Вики, о нём я спросил Веру в понедельник, после разговора с вами. И она рассказала, что у неё были подозрения, что Вика вновь связалась со своим старым парнем. Поддалась, так сказать, вернувшемуся чувству первой настоящей любви.
– Вас не обидело, что Вера не рассказала о своих подозрениях раньше? Когда они только возникли.
– В тот момент мне это было безразлично.
– Понимаю.
Погодина действительно была умной девушкой. И нет сомнений, что за те дни, которые Шевчук был в её руках – как она думала – Вера не успела совершить настолько большую глупость, чтобы будущий топ-менеджер пожелал её убить. Да и поездка в Ярославль проверяется без труда.
И всё-таки Феликс спросил:
– Мне показалось или с Погодиной вы чувствовали себя спокойнее?
Шевчук улыбнулся, но ответил честно:
– Я ведь сказал: с Викой мне снесло крышу. По-настоящему снесло. Настолько, что я был готов на всё. С Верой же начал складываться классический служебный роман. Она сразу сказала, что не собирается разрушать мой брак, как не разрушала мою связь с Викой, но знает, что с моей помощью сумеет найти хорошего мужа. И я, кстати, с удовольствием бы ей помог.
Настоящий эффективный менеджер.
– Я ответил на все вопросы?
–
– Правильно полагаете, – кивнул Шевчук. – Наши отношения не зашли настолько далеко, чтобы делиться чем-то особенно личным. И… мне остаётся лишь надеяться, что Вера, в отличие от Вики, ни с кем параллельно не встречалась.
Ну, что же, он имел полное право на горькую иронию.
– Рассказывая о Наиле – это прежний молодой человек Виктории Рыковой, – Погодина приводила какие-нибудь доказательства их нынешней связи?
– Нет.
– То есть Погодина на словах подтвердила ваши подозрения, и вы ей поверили?
– Я не произвожу впечатление настолько доверчивого человека?
– Именно.
– Я почему-то поверил… – Шевчук прищурился, вспоминая не такой уж давний разговор. – Вера сказала, что заметила изменения ещё в декабре и очень удивилась, что Вика так рано уехала с корпоратива. Потом были серёжки… У Вики появились новые серёжки, золотые, с рубинами, я спросил откуда, она сказала, что родители под ёлочку положили. Но Вера сказала, что серёжки ей подарил Наиль.
– Погодина назвала имя?
– Да.
– Что ещё она говорила о Наиле?
– Что мальчик из хорошей семьи, маменькин сынок, которому до сих пор сопли вытирают. Сказала, что он написал никому не нужную книжку, в раскрутку которой мамочка вложила изрядные деньги, и мнит себя великим писателем. Ещё сказала, что полгода назад он вытер о Вику ноги, потому что мамочка велела. Вот, наверное, и всё.
– Никаких доказательств их нынешней связи Погодина не приводила?
– Вы уже спрашивали.
– Это важно, – негромко, но с ощутимым напором произнёс Феликс. – Леонид Дмитриевич, пожалуйста, припомните как можно точнее, может, Погодина предложила вам посмотреть какое-нибудь видео или послушать аудиозапись, но вы отказались?
– Да, я бы отказался. Но даю слово – Вера ничего такого не предлагала. – Шевчук вопросительно посмотрел на Вербина. – Вы скажете, почему это так важно? И почему столько внимания Наилю?
– Его убили этой ночью.
И опять – пауза.
– А я как раз вернулся из Ярославля…
– А какой у вас мотив?
Шевчук усмехнулся:
– Поймали. – И вытер ладонью лоб. – Две смерти?
– И обе связаны с Викторией Рыковой. Я пока не знаю, что происходит, но если вы вдруг заметите что-нибудь подозрительное. Или почувствуете. Немедленно звоните.
– Наиля вы тоже предупреждали?
На такой вопрос он тоже имел право. Не выпад, конечно, просто маленький, но чувствительный укол.
– Нет, Наиля я не предупреждал, потому что ничего из того, что вскрывалось в ходе расследования, не позволяло предполагать подобный исход. И вы должны понять, Леонид Дмитриевич, что я не узнал от вас ничего такого, что дало бы мне основания просить обеспечить вам защиту.