Девочка с куклами
Шрифт:
– Никто.
– И он был один… Он был один… что тоже плохо вяжется с уличным грабежом.
– Уличные грабители обычно действуют в составе группы. – Столетов прищурился. – Но здесь мог действовать одиночка. Например, наркоман в ломке.
– Наркоман в ломке, удивляющий нас с тобой своим хладнокровием?
– Не сходится, – вздохнув, согласился Столетов.
– Сколько подобных случаев было в вашем районе за последние три месяца? – быстро спросил Вербин.
– Убийств при ограблении?
– Просто уличных ограблений.
Столетов пожал плечами:
– Не
– А убийств во время уличных ограблений?
– Ни одного. Но работать в одном районе глупо – быстро засветишься. Москва большая: сегодня ограбил в Медведкове, завтра – в Чертанове. Может, они где-то и оставили трупы – проверим.
– Они, – повторил Вербин.
– Что «они»? – не понял Столетов.
– Ты опять сказал «они» и правильно сделал. Если на улице, то «они». Но здесь был «он». И нет – не наркоман.
Феликс сделал шаг вперёд, остановился и медленно оглядел стоящие вокруг дома, густые кусты с голыми ветками и саму тропинку, хорошо утоптанную, но достаточно узкую.
Итак, поздний воскресный вечер, финал длинных выходных. Темно, людей на улицах мало – праздники закончились, все стараются отдохнуть, завтра на работу. Выпивший на вечеринке Наиль идёт к своему дому…
– Почему здесь?
– Что? – Столетов вздрогнул – не ожидал, что вопрос прозвучит так громко. Впрочем, Феликс и сам этого не ожидал.
– Извини, задумался и прогрохотал.
– Да уж.
– Наиль всегда ходил этой дорогой?
– Понятия не имею. Мы ещё никого не опрашивали.
– Да, извини ещё раз. – Вербин улыбнулся. – Пометь вопрос как обязательный: часто ли Наиль пользовался этой тропинкой?
– Думаешь, засада?
– Пытаюсь понять, не засада ли?
– Проверим, – пообещал Столетов.
– Спасибо.
Феликс вернулся к созерцанию территории.
Итак, Наиль просит таксиста остановиться на улице, покидает машину и идёт по тропинке. Скорее всего, медленно, возможно, пошатываясь. Он не сильно пьян, иначе, скорее всего, доехал бы до подъезда. Наверное, захотел освежиться после пребывания в клубе или ином заведении. Или в такси было жарко и его слегка развезло. А может, и то, и другое – сейчас об этом можно только гадать. Итак, Наиль выходит из машины на улице, идёт по тропинке, а пройдя примерно треть пути, замечает идущего навстречу человека, возможно, ругается мысленно, поскольку, чтобы разойтись на узкой тропинке, придётся одной ногой наступить в глубокий снег. Делать это Наилю не хочется, но приходится, поскольку человек идёт прямо на него…
Вербин сделал ещё пару шагов к месту происшествия, посветил фонариком и убедился, что прав – судя по следам, Наиль сделал шаг вправо, в снег, уступая дорогу.
– Зарипов не пытался бежать.
Столетов проследил взгляд Феликса, понял, что тот имеет в виду, но выдвинул свою версию:
– След проверим, но Наиль мог попытаться побежать назад.
– Не в шаге от преступника, – не согласился Вербин. – На расстоянии три-четыре метра – да, в шаге от преступника – только в сторону. Инстинктивно. Если бы Наиль почувствовал угрозу, он бы развернулся вдали от убийцы и побежал к улице. Не уверен, что это могло помочь
– И тогда удары пришлись бы в спину, – добавил Столетов. – Как минимум, один из них – первый.
– Да. – Феликс повторно провёл фонариком в сторону от тропинки. – Но Зарипов и в сторону не побежал. Он сделал один шаг, уступая дорогу. Проходя мимо, преступник нанёс первый удар.
– Наиль до последнего не ждал нападения.
– Да.
– Хочешь сказать, что убийца его знакомый?
– Не обязательно, – покачал головой Вербин. – Это был кто-то, кто не вызвал у Зарипова никаких подозрений.
– То есть совершенно точно не шайка уличных грабителей?
– Ага.
– Спланированное убийство?
– Во всяком случае, очень похоже.
Наиль делает шаг в сторону, останавливается и получает первый удар ножом. Не смертельный. Но Наиль слишком напуган, чтобы бежать. Или попытаться бежать. Наиль продолжает стоять и тем позволяет убийце без помех нанести ещё три удара.
«Он кричал? Или так испугался, что даже не смог?»
Затем убийца помогает Наилю опуститься. Не бросает его, не отталкивает, а именно помогает – это видно по тому, как лежит тело, обшаривает карманы, забирает бумажник, часы и уходит в сторону двора. Где-то там, среди домов, он отыскал надёжный путь отхода, чтобы в какой-то момент исчезнуть с записей уличных видеокамер.
– Нет, не шайка. Не ограбление… – Мимо как раз проходил медэксперт, и Феликс обратился к нему: – Позволите вопрос?
– Конечно.
– Была смертельная рана?
– Был удар в печень, но каким по счёту, сейчас не скажу. Пока создаётся впечатление, что мы имеем четыре хаотичных удара подряд.
– То есть непрофессионал?
– Или профессионал, который хочет прикинуться дилетантом, тут уж вам расследовать, – усмехнулся медэксперт. – Четыре глубоко проникающие раны – это гарантия, парню даже чудо не помогло бы.
– Что за клинок?
– Не кухонный нож и не «бабочка». Полотно широкое, острое и достаточно длинное – убийца понимал, что ему придётся пробить несколько слоёв одежды.
– Подготовился?
– Да.
– К чему подготовился? – поинтересовался подошедший Шиповник.
– Обсуждаем происходящее, – доложил Вербин. – Смотрим, как тут всё было.
– И что высмотрел?
– Это не ограбление, – уверенно ответил Феликс.
– Точно?
– Точно мы узнаем, когда возьмём убийцу, Егор Петрович, или криминалисты что-нибудь интересное подкинут. Я же делюсь ощущениями.
– Ты ещё скажи: «переживаниями».
– Ими тоже.
Столетов хмыкнул, но промолчал. Затем сообразил, что Шиповник подошёл не просто так, извинился, сказал: «Нужно пообщаться с руководством», – и оставил Шиповника с Вербиным одних. После чего и прозвучал главный вопрос:
– Феликс, нужно как можно скорее определиться, увязываем мы это убийство с делом Рыковой или нет?
– Анзоров звонил?
– Я – ему. Сразу, как только узнал о смерти Зарипова.
Вербин кивнул, ещё раз оглядел территорию, лежащего на снегу Наиля, заканчивающих работу экспертов и протянул: