Девочка на шару
Шрифт:
– Его зовут Августо Пиколо, он коренной местный житель, ему шестьдесят лет, но учился он в Лондоне, поэтому говорит еще и по-английски. А продает Августо не лимоны, а продукт из них – наивкуснейший ликер, национальный напиток Италии, – подчеркнул Иван, – который называется лимончелло и который я очень советую вам попробовать.
Яну заинтересовало предложение Ивана, и она опрометчиво забыла о своей недавней мысли, что стоит ей настроиться на то, чтобы выпить и расслабиться, как происходит нечто ужасное. А зря…
Они шли проселочной сельской дорогой по землям Яны,
«Какая же все-таки здесь жара, – подумала Яна, – не то что лето у нас, в Москве, – месяц ждешь, когда кончатся дожди и станет тепло. И вот наконец-то – о чудо! – гидрометцентр объявляет, что во вторник будет двадцать пять градусов и наступит долгожданное лето, но тут же добавляет, что с четверга опять пойдут дожди и начнется значительное понижение температуры».
Яна покосилась на Ивана и поймала его взгляд.
«И еще этот археолог свалился на мою голову. Мало мне было разборок с Карлом, теперь этот знойный тип просто прожигает дырку в моей щеке. И так духота и дышать нечем!»
Когда они поднялись на пригорок, им стало нестерпимо жарко. Высушенная земля под ногами напоминала пыль и при каждом шаге поднималась вверх легким облачком. Дышать становилось все труднее, тропинка виляла то вниз, то вверх, раскаленный, тяжелый воздух давил на шею, голову, ватные ноги просто не шевелились, а сердце колотилось с бешеной скоростью. Не хотелось даже ничего говорить, и только Иван, видимо самый устойчивый из них, что-то еще рассказывал спутницам и пытался показать окружающий пейзаж.
От поверхности земли исходил вроде бы какой-то дым, словно из глубин выпаривалась последняя влага. Даже насекомые ленились летать над цветочками, жужжали неохотно, замедленно шевеля крыльями. Наконец путники вышли на обрыв, и их взгляду предстал живописнейший вид. Ухоженная, разделенная на аккуратные квадраты земля, словно лоскутное одеяло, небольшая речушка, петляющая, словно уж, и огромная лимонная роща, занимающая одну треть всего пространства. Вдалеке виднелся длинный одноэтажный домик с красной черепичной крышей.
– Вон ферма Августо, – махнул Иван рукой в его сторону, – только здесь крутой спуск, я помогу вам спуститься.
– Какая красота! – вздохнула полной грудью Яна.
– Ты здесь не была? – удивился Иван. – Это же совсем рядом с твоим замком.
– Да, надо было почаще приезжать сюда и обследовать окрестности, – согласилась Яна. – В настоящем райском местечке расположен мой дом. А жила я здесь всего неделю, в медовый месяц со своим мужем, и мы дом фактически не покидали. Да что там говорить, не покидали супружеское ложе! – тряхнула она длинными волосами, покосившись на Ивана.
– Ну и где же сейчас наш муж? – спросил Иван.
– Где ваш, не знаю, а мой объелся груш, – ответила Яна под легкий смешок Веры.
– Он любил груши? – растерялся Иван.
Настала очередь рассмеяться Яне.
– Это выражение такое, оно означает, что мы расстались.
– А, так ты свободна? – обрадовался археолог.
– Нет, у меня есть бойфренд! –
– Сама спустишься, – ответил Иван, – я могу только помочь. – Он скептически посмотрел на ее босоножки и добавил: – Ну и обувь ты носишь! Она напоминает средневековое орудие пыток. Ради чего ходить на таких высоченных каблуках? У тебя так вывернута стопа, что ты, как балерина, все время опираешься на носок. Только у той экзекуция на пуантах длится несколько часов, пока идет спектакль или репетиция, а у тебя…
– А у меня всю жизнь! Я привыкла к таким каблукам и без них чувствую себя как… как без рук. И не тебе меня учить, в чем ходить!
– Только девицы легкого поведения постоянно ходят на каблуках! – с вызовом произнес Иван.
Обе женщины вздрогнули и невольно переглянулись. Яна закашлялась и начала потирать шею.
– Может, сменим тему? Ты не предупредил меня, что нам придется карабкаться по горам. Была обещана всего лишь прогулка.
– А твой замок и стоит на горе, – парировал Иван.
– Когда ты уже заткнешься и перестанешь меня злить и пререкаться со мной? Что же это такое! Не может уступить слабой женщине! – воскликнула Яна.
– А кто тут у нас слабая женщина? – Иван обернулся, и его взгляд остановился на безмолвной спутнице Яны. – Ах, наверное, Вера. А ты, Яна, привыкла, что все мужчины тебе уступают и прощают тебе твой невыносимо взбалмошный характер?
– Характер мой и моим останется! – гневно ответила Яна и топнула ногой. И в то же мгновение раздался не сильный, но вполне ощутимый подземный толчок. Его оказалось вполне достаточно для того, чтобы отвалился пересушенный край оврага. И все бы ничего, если бы как раз на этом кусочке земли не стояла Вера. Яна не поверила своим глазам, когда увидела, как девушка, все еще с улыбкой на губах, начала вдруг оседать в пропасть. Вера даже испугаться не успела – и не издала ни единого звука.
Яна ошарашенно наблюдала за исчезновением Березкиной. Иван среагировал более оперативно – метнулся к Вере и попытался ее поймать, но судорожно ухватил только воздух, создав хоть какое-то дуновение ветерка.
– Боже! Вера! Иван, там высоко? – Яна очнулась и рванула к краю обрыва.
– Стой на месте! – жутким голосом закричал Иван. – Не приближайся к краю! А еще лучше ляг на землю! – выдал он последнее предостережение и прыгнул вслед за исчезнувшей Верой.
Внезапно Яна почувствовала еще один толчок и легкое движение под своими неустойчивыми шпильками. Ей показалось, что земля сейчас отвалится большой глыбой и увлечет ее вслед за спутниками. Яна испуганно припала к земле всем телом, распластавшись на ней. А та чуть-чуть дрожала, словно внутри работал невидимый механизм или будто под землей была гроза. Такой природный катаклизм совсем не вязался с милым окружающим пейзажем. Яна понимала, что долго не пролежит – не позволит энергия, бьющая в ней через край. Она приподнялась, и в то же время над обрывом появилось перепачканное лицо Ивана.