Девочка-мечта
Шрифт:
– Вот же черт! – округлила я глаза.
– Где запасной картридж?
– Я-то почем знаю? Я же не секретарша, – насупилась я.
– Ба-а-алин! – потянул Гордеев и устало закинул голову к потолку.
– Сейчас Милу наберу, – схватилась я за телефон, а потом принялась рассказывать секретарше душещипательную историю про нехороший принтер, который отказывается выдавать нам печать.
Девушка удивилась, но заверила, что картридж новый. Значит произошла путаница и она теперь не знает, что делать.
Ну еще бы!
Пятница. Короткий рабочий день
– Давай в опенспейсе напечатаем, – отмахнулся Стас, но я тут же пожала плечами.
– Там никого, все уже по домам разбрелись. У тебя пароль администратора есть?
Господи, хоть бы он ответил «нет».
– Я что похож на администратора? – начал заводиться Гордеев, почти в панике поглядывая на часы.
– Нет, но…
И я продолжала делать вид, что стараюсь отправить на печать кипу нужных ему документов, а сама то и дело смотрела как стрелка часов неумолимо приближалась сначала к половине седьмого, а потом и к семи.
Гордеев же все это время пытался дозвониться до службы поддержки и запросить пароли на вход с любого компьютера в опенспейсе.
В начале восьмого Стас все-таки добился своего, а потом и заполучил заветный доступ. И работа закипела. Где-то тут и раздался «тот самый» звонок, которого я так боялась. Моментально натянулась как струна, нервы зазвенели и, казалось бы, еще немного – и меня разорвет от досады.
– Да, Нелли…да, блин, у меня тут форс-мажор…нет, сегодня уже не успею приехать, прости…есть мега-архи-срочное дело, которое нужно «кровь из носа» закрыть…ладно…ты только не обижайся, я завтра обязательно заеду. Ну все, пока.
И после этого звонка руки мои опустились. Сегодня не успеет, а завтра он все равно будет с ней. По позвоночнику прошел холодок, а горло забил прогорклый ком, мешая мне нормально дышать. Хапала воздух, но становилось только хуже. Я задыхалась и давилась от этой больной и безответной любви.
И теперь я максимально быстро сделала все, что от меня требовалось. Распечатала, подшила и разложила по папочкам все, что было так нужно Гордееву, а потом протянула ему увесистую стопку листов и пошла одеваться, в пол уха слушая новый разговор Стаса по телефону.
– Слушай, Максимыч, я не успеваю к тебе. Давай сразу в аэропорт привезу доки. Лады? Ну все, договорились. Еду.
В лифт зашли вместе.
И меня волной накрыло дежавю. Даже колени затряслись. Вот только в этот раз кабина не остановилась и не застряла между этажами. Нет! На этот раз мы ехали молча, а Стас вообще не обращал на меня никакого внимания, увлечённо переписываясь с кем-то в телефоне.
И так мне стало тошно от этого, что отчаянно захотелось сцедить хоть каплю своего яда. А иначе мне казалось, что меня просто расплющит от боли и отчаяния.
– Что, расстроилась твоя любовница, что ты не смог к ней сегодня приехать?
– Что? – поднял на меня свои голубые глаза Гордеев.
– Нелли, – кивнула я на его телефон, а потом добавила, – не думала, что тебе нравятся дамы постарше.
Но Стас только как-то брезгливо на
Что-ж, кажется, я заслужила это равнодушие…
Глава 34
POV Арина
Надо ли вам говорить, что отношения между мной и Стасом из никаких превратились в напряженно прохладные?
Да…так оно и случилось.
Теперь мой начальник со мной даже не здоровался, просто сухо кивал и скрывался в недрах своего просторного кабинета, а в чатах раздавал задания максимально сухо и кратко. За прошедшую неделю он ни разу не обратился ко мне по имени. Тупо сразу проваливался в работу. Да и на совещаниях было не лучше. На меня начальник даже не смотрел. Рубил вопросами и терпеливо ждал пока я отчитаюсь, что-то строча у себя в планшете.
Все.
Понимаю, сама виновата, но…мне, черт возьми, все равно было обидно до глубины души. Уж лучше натянутые рабочие отношения, чем вот это – когда мне молча указывают на мое место в его жизни. Хотя, о чем я говорю? Мне нет места в его жизни. Совсем!
Но, вопреки всему, я продолжала как заведенная таскать ему с утра кофе и сладкую выпечку. Вот только последнее я больше не покупала в кондитерских. Теперь, чтобы убить время и черные мысли, я готовила по вечерам сама: шоколадные кексы, домашний чизкейк без выпечки, блинчики или пышные панкейки. Или вот, как сегодня, мой любимый вишневый пирог.
Реакцию на мои презенты отследить было невозможно. Была и такая вероятность, что он все эти подношения вообще выкидывает в мусорное ведро, но…мне, черт возьми, нравилось, что я могу что-то делать для него. Пусть и так – совершенно инкогнито.
И так всю неделю. Его холод и мой горячий кофе.
А в пятницу, после обеда нас на ковер вызвал мой отец. Думала, что устроит нам допрос с пристрастием, как мы сработались, например. Но он задумал кое-что похуже.
– Так, у меня самолёт через четыре часа, следовательно, не будем долго расшаркиваться и интересоваться как у нас тут друг у друга дела. Ясень пень, все хорошо. Поэтому, вопрос в лоб. Кто из вас завтра свободен ближе к вечеру?
– Правильный ответ – «оба»? – поджимает губы Гордеев.
– Именно, Стас. Молодец, премию тебе выпишу в этом месяце.
– Вы уже, – пожал плечами парень.
– Да?
– Угу.
– Что-то я погорячился. А за что? – прищурился мой родитель.
– За Дальний Восток.
– А…точно. Там надо было, да.
– Да, – тянет Гордеев и отводит глаза к панорамным окнам, с видом на, затянутую смогом, Москву.
– Ладно, к делу. Завтра у Мещерякова день открытых дверей для своих в, только что отстроенном, «Инфинити-Сити». Будет вся бизнес-элита, ну там может какая певичка песенки попоет, шампусиком угостят, клубничкой. И нам надо там быть. У меня не получается, так как я улетаю до вторника. Арине бы там затусить и проникнуться атмосферой, а тебе, Стас, пробить Иванчука.