Девочка Лютого

Кей Саша

А еще возникает желание узнать, как это – кормить своего мужчину?

Наливая Олегу вторую порцию, осознаю, что борщ может кончиться раньше, чем я его хотя бы лизну, и принимаюсь стряпать котлеты.

Олег смотрит на меня одобрительно.

– Похоже, Комолов-старший окончательно забил на своего охреневшего от вседозволенности сынка. Не соображает старик, что бесконечно Костика покрывать не получится. Серьезный мужик, а сопляка распустил. Наследник из него никакой,

хоть тот и пыжится.

Серьезный? Упустил? Вспоминаю, как Ярослав нюхает какую-то дрянь в доме Комолова. Это происходит настолько открыто, что вряд ли нерадивый папаша не в курсе о развлечениях сынка и его друзей. Не многовато ли они себе позволяют?

Словно читая мои мысли, Олег продолжает рассуждать:

– Младшенький совсем берега попутал, но вряд ли его шестерки снова сюда сунутся. Тут для тебя безопасно, но вообще оглядывайся.

Кривлюсь и возвращаюсь к плите, чтобы перевернуть шкворчащие котлеты.

– А ты крепче, чем я думал. Другая давно бы уже билась в истерике.

– От шока еще не отошла, – пожимаю плечами. – Я еще обязательно поистерю. После той вечеринки я и так просыпаюсь по ночам от кошмаров. А от мысли, что я понятия не имею, чем меня тогда накачали, мне совсем нерадостно.

– Я думал, что ты сама в каком-нибудь клубешнике по дурости обдолбалась…

Я так зыркаю на Олега, что тот в шутку поднимает руки, как бы сдаваясь:

– А что я должен был еще подумать Нефертити!

– Меня зовут Карина! – строго поправлю его.

Что это еще за мода – раздавать клички? Нефертити всякие, Карамельки!

– В общем, Карина, в благодарность за вкусный ужин я дам тебе совет: завязывай с такими приключениями и держись возле своего папика.

Это что? Все? Нет, так дело не пойдет. Я же еще не узнала ничего о Максе.

– Что и котлетку не будешь? – интересуюсь вполне невинно.

Олег вздыхает, он подозревает о моем коварстве, но котлеты, и правда выглядят аппетитно.

– Давай сюда свою котлетку, – смиряется он.

Учитывая габариты гостя, понимаю, что одной котлеткой тут не обойдешься, и смело накладываю четыре штуки сразу. Пододвигаю поближе к Олегу салатник. Чувствую себя Бабой Ягой. Сейчас я закормлю и все выведаю.

– Так почему Лютый? – возвращаю Олега к теме, с которой он благополучно съехал.

Тот демонстрирует, что соблюдает требования известной поговорки «пока я ем, я глух и нем». Строю ему недоверчивую рожицу.

Он прожевывает еду и вздыхает:

– Девонька, ты часом не глаз на него положила? Я скажу тебе, что это дохлое предприятие. Со мной у тебя и то шансов больше. Не любит Макс содержанок.

Чего? Это я-то содержанка? Но я не успеваю возмутиться подобной клеветой, потому как Олег продолжает:

– Фамилия у него такая. Лютаев. Вот и вышло, что

он – Макс Лютый.

– Если верить твоей логике, то раз ты – Олег Раевский, то тебя должны называть ангелом, – невозмутимо парирую. Что-то тут не то.

Олег давится салатом. Пару минут кашляет так, что у него выступают слезы.

– Нет, Нефер… детка, так меня еще никто не называл! Хотя я, конечно, золото, а не парень!

– Макс тоже золотой парень? – гну свою линию. – Или он совсем плохой мальчик? Почему его испугались те уголовные рожи?

– Это ты опять так деликатно уточняешь, не криминальный ли он элемент? Нет. Макс – законопослушный бизнесмен. С другими я стараюсь дела не иметь. Но он известен в самых разных кругах, и всякие стремные людишки знают, что Максу дорогу переходить не стоит. Истоки его прозвища тебя не касаются. А если не будешь его бесить, то и не познакомишься с той его стороной, которая пугает уродов, вроде тех, что к тебе привязались. Ты дашь мне съесть, в конце концов, хоть одну котлету, женщина? Они на меня пахнут!

Развожу руками, мол, хозяин – барин. Хочешь есть, так кушай.

Но как только Олег берется за вилку, ему приходит сообщение.

– А вот и Макс вернулся, – он что-то печатает. – Очень вовремя. Успею нанести удар по котлетам.

Олег подкладывает себе салата в надежде приступить к уничтожению мясного, но тут в дверь раздается звонок. Похоже, кому-то придется познать значение слова «несудьбец».

– Иди, – говорю. – Открывай. Я никого не жду, а вдруг там те упыри?

Ёжусь.

– Это Макс. Я ему отписался, что жду его у тебя.

– Что?

– Так что сама иди открывай! – теряя ко мне всякий интерес, он втыкает вилку в котлету.

Плетусь к двери.

Так и есть. Макс, который Лютаев. Очевидно, он уже посетил душ после пробежки, потому что от него пахнет гелем с горьковатыми нотками, и кончики волос у него сырые.

Из кухни доносится громогласное:

– Иди сюда, тут классная жратва!

Я почему-то думаю, что Макс просто окликнет Олега, и они вместе уйдут. Но Макс бросив взгляд на стоящую возле двери мужскую обувь, шагает в коридор, нога за ногу снимает свои мокасины и устремляется на голос.

– Какого хрена ты здесь забыл?

Ого, как суров! Я отмираю, закрываю дверь и возвращаюсь на кухню.

Макс нависает над Олегом, который успел только раз откусить от котлеты, замершей у него на вилке.

– Сколько можно тебя ждать во дворе? – Олег никак не реагирует на угрожающий тон приятеля. – А тут вон борщик, котлетки, Карина. Приятная беседа…

– Карина, значит. Уже познакомился? Пошли. У нас много дел, нечего по бабам рассиживаться!

– Ты чего такой злой? Тебя Комолыш выбесил? – удивляется Олег.