Девочка Лютого
Шрифт:
– Наше дело маленькое, сказали привезти – мы привозим, – пожимает плечами тот, что с удавкой.
– И кто же это такой смелый распоряжается в моем дворе? Можно сказать, у меня дома?
Второй хмырь даже немного бледнеет.
– Комолов, но мы не знали, что помешаем. Возле дома своего она не появляется, а после работы мы ее до сюда проводили.
– Комолов-младший? – с холодной безэмоциальностью уточнет Макс.
Я смотрю на него во все глаза. Ничего себе, я понятия не имею, зачем им понадобилась, а он
Бандиты утвердительно кивают.
– В общем так, – ровно и спокойно подытоживает Макс. – Уматывайте по добру по здорову. Девчонку не трогать. Головы отверну: слово Лютого. И чтоб я вас здесь больше не видел. А если сопляк начнет выступать, то напомните ему, что руки у него две. Где одна сломалась, там и вторая. Мне не сложно.
Глава 11. Таинственность и борщ
Двое рядом со мной, возможно, еще готовы отстаивать свое право забрать меня, но стоящий на стреме принимает другое решение. Он отлепляется от стены, которую подпирает.
– Мужики, айда отсюда.
– Ты чего? – оборачивается к нему хрен с удавкой. – Чай, сейчас договоримся. Не выполним задание, нас Комолыш по головке не погладит. Он и так сейчас нервный.
– Пошли, говорю. Это девочка Лютого. На такое я не подписывался. В городе особо дураков нет переходить Лютому дорогу. А те, которые рискнут… У тех уровень не чета нашему.
Его оппоненту приходится прислушаться. Он зло сплевывает на землю, сматывает удавку, убирает ее в карман и возвращается к машине. Напоследок он бросает на меня многообещающий взгляд. Второй напарник молча следует за первым.
Не веря, что все обошлось, смотрю, как авто трогается с места, разворачивается и покидает двор.
Переполненная благодарностью поворачиваюсь к Максу.
Он на меня не смотрит: готовясь к пробежке, надевает беспроводные наушники и что-то тыкает в телефоне. И меня полностью игнорирует, словно меня тут нет.
– Спасибо, – робко начинаю я.
Он все-таки обращает на меня внимание.
– Спасибо, что не прошел мимо.
Он приподнимает брови.
– А ты, я смотрю, по-прежнему выбираешь дурную компанию. И по-прежнему держишь меня за подлеца.
Макс теряет ко мне интерес, легко сбегает по ступенькам и через пару минут скрывается из вида.
Мне даже немного не по себе. Я ведь говорила искренне, и в мыслях не было его задеть. Но он все воспринимает в штыки. Или не все? И только меня Макс считает настолько неблагодарной?
Хотя я просто имею в виду, что многие предпочли бы не вмешиваться в чужие разборки.
Я себя одергиваю: будем честными, когда я поняла, что эти трое опознали Максима, я испугалась, что он имеет отношение к чему-то дурному. А когда поняла, что гады предпочитают с ним не связываться... Тут и идиотке станет понятно, что Макс не просто кажется опасным,
Тем более, не стоит злить такого соседа.
Удивительно, что Макс даже ничего не потребовал за свою помощь!
Очевидно, что в этой ситуации я к нему несправедлива, но я злюсь, потому что опять предстаю перед ним в плохом свете.
Он опять помогает мне, когда я сталкиваюсь с проблемами, вызванными моим необдуманным поступком, а еще и поблагодарить нормально не могу.
И вроде не косноязычная, но выходит как-то через задницу.
Самобичевание прекращается, когда в голову приходят мысли о более насущном.
То есть Комолов решил мне отомстить? За то, что отказала, и за то, что нос сломала? И Макс еще что-то говорил про руки… Он ему, что? Руку сломал?
Как бы из этого еще большей беды не вышло.
Хорошо бы он просто плюнул, и не стал связываться с Максом. Раз Макс Лютый такой известный человек. Хотя я про него ни разу не слышала. Почему Лютый, интересно…
«Это девочка Лютого».
Он не опроверг. От этого почему-то внутри разливается смущение. Вероятно, Макс не поправил того хмыря, чтобы ко мне больше не цеплялись.
Кто же он такой?
Все-таки на уголовника или какого-то там вора в законе он не похож.
Красивый, богатый, и его боятся люди, которых боюсь я.
Так за мыслями о Максе я принимаюсь за домашние дела.
Последние дни очень нервные, а лучше всего я успокаиваюсь за готовкой.
Как ни странно.
Во время обучения в балетной школе диета настолько строгая, что многие девочки в классе даже не пытались научиться готовить. Пожимали плечами, зачем на это время тратить?
А мне готовить нравится.
Когда я получила травму, и путь на большую сцену для меня закрылся, кулинария стала для меня единственной отдушиной. Мама даже предлагала пойти в кулинарный техникум, но танцы – это моя настоящая страсть! И я не готова от нее отказаться.
Я мечтаю однажды открыть балетную студию.
Сама я попала в балет поздновато, и мне пришлось нелегко. Повезло, что преподаватели разглядели во мне потенциал.
Только что теперь толку?
Мысли опять окрашиваются в темные тона. Не то чтобы мне совсем не нравилась моя нынешняя работа, но хочется другого. Но что имеем, то имеем.
В общем, надо приготовить что-то такое, отчего настроение поднимется!
И от процесса, и от употребления.
Что может порадовать сильнее, чем борщ? Да ничто!
Сейчас, когда мне не требуется так досконально блюсти свой вес, чтобы партнер не сорвал спину во время поддержки, я могу позволить себе иногда оторваться!
Уже когда по квартире начинают распространяться ароматы, вызывающие слюноотделение, раздается звонок в дверь.
Напрягаюсь. Кого там принесло? Может, опять прихвостни Комолова?