Деревянное чудо
Шрифт:
— Но это ведь все еще она, — попытался возразить Клай.
— Она — угроза, Клай, реальная угроза нашему миру.
— И как же Вы собираетесь ее уничтожить?
— Это, к счастью, не мне уже решать, — развел руками Тонвель, демонстрируя свои пострадавшие способности.
— Вам прилично досталось там, у Дона, — спохватился Клай, разглядывая магистра. — Спасибо, Тонвель, — добавил он, хотя его родной город и не уцелел.
Тонвель лишь молча склонил голову и спешно удалился.
Я не заметила, как совершила
В городе царила ночь. Здания, многоэтажные, плотно прилегающие друг к другу, иногда соединенные галереями где-то высоко над землей. И ни огней, ни лун, только слабые свечения то тут, то там. Я всмотрелась в ближайшее здание и пошла ко входу. Это был не мой мир, и не один из серых. Что-то искривленное и странное, одновременно техничное и фантастичное.
Внутри оказалось очень даже людно. Все куда-то спешащие, худые, проворные и в грязных оборванных одеждах. Завод- не завод? Внешне не похож, да и никаких механизмов.
— Новенькая? — девушка ловко подцепила меня за локоть и поволокла за собой. Мы поднялись на несколько пролетов по голым бетонным ступеням, а затем она мягко подтолкнула меня к трубе, пластиковой, секционной, как на стройках, и я заметила, как в похожие трубы ныряют другие люди. Я подчинилась и скатилась по трубе, очутившись на новой бетонной площадке.
— Идем, надо спешить, — девушка вылетела из трубы следом за мной, уже вскочила на ноги и поволокла меня следом.
— Что, Зира, не успеваешь? — подначивал парень в такой же бесцветной одежде, что и Зира.
— О себе побеспокойся, Гавр.
Я смотрела на них и ничего не понимала. Вдруг они начали задыхаться, и силы стали стремительно их покидать. Вот на ступеньку присела Зира и грустно посмотрела на меня, потянув за руку и заставляя опуститься рядом. А на пролет выше застыл Гавр и тяжело прислонился к стене.
— Гавр, нет! — ее крик больше походил на слабый оклик. Но это уже не имело никакого значения, потому что стена, на которую опирался Гавр, исчезла, и он беззвучно повалился в пустоту.
— Что здесь, черт побери, происходит? — не выдержала я.
— Ночь, — не впопад отозвалась Зира. — Ты скоро поймешь, — добавила, тяжело дыша. — Темнота, она будто выпивает все твои силы.
— А здания?
Зира отдышалась и с трудом поднялась на ноги, держась за мою руку. И тут же вновь потянула меня прочь. Теперь я ступала с большой осторожностью, потому что в любой момент ожидала подвоха: вдруг ступенька исчезнет или труба целиком. Труб, к слову, было несчетное количество, они-то и соединяли здания между собой, иногда одно крыло с другим, или верхний этаж с нижним.
Вокруг стало совсем светать, и Зира воспряла духом. Теперь мы что есть сил карабкались наверх очередной башни.
— Куда мы идем? — не выдержала я, вырывая руку из цепких пальцев Зиры.
— Надо спешить, — отозвалась Зира, ничем не объясняя происходящее. Она вновь ухватила
— Смотри, — крикнула мне Зира, и я уставилась на зарево на горизонте и занимающийся рассвет. Но самым диким и невероятным было то, что башни с рассветом подымались заново. Этажи росли на глазах, бетонные стены вырастали вокруг каркасов, оплетая их и подымаясь все выше и выше.
— Что происходит? — я не могла оторвать взгляд от завораживающего зрелища. Я видела кучу миров и их обитателей, даже получила укус китсы, множество раз шагала по Сепии с ее странными ветрами и запутанными следами, но никогда такого.
— Светает, — объяснила Зира, а я вновь ничего не поняла.
— А со зданиями что?
— Подымаются, — все также односложно отозвалась она. И снова добавила привычное: — Идем, пора.
— Куда?
— В переходы. Надо спешить.
Я откровенно потерялась в местной логике. Вид подымающихся зданий, обрастающих все новыми и новыми деталями, завораживал, но и производил одновременно гнетущее впечатление. То ли картина была слишком нереальной и чуждой, то ли здания казались какими-то полуживыми монстрами.
— А что происходит ночью?
— Ночью все растворяется. Зачем им хранить свою структуру? Она восстанавливается утром.
Я встряхнула головой, все также ведомая вперед Зирой.
— Ну, давай, — Зира засунула меня в очередную трубу. Теперь мы сменяли одну трубу на другую, спуск за спуском, и все же перемещались куда-то в сторону. Не успела я свыкнуться с этим движением, как заметила, что снова начинает темнеть.
— Что происходит? — окликнула я Зиру.
— Темнота наступает, — Зира опасливо оглянулась назад, будто тьма была человеком, преследующим нас по пятам.
— Зира, — позвала я, но было уже поздно. Она вновь тяжело осела на лестнице и прислонилась плечом к стене.
— Тьма будто выпивает тебя. Со временем ты поймешь, — бессильно прошептала она, с трудом перемещая руку. И я вдруг поняла, что она говорит правду. Тьма здесь лишала сил, выпивала, разрушала здания, истощала саму ткань мироздания. С рассветом мир пытался возродиться. И так по кругу, с тем лишь существенным дополнением, что сутки здесь были болезненно коротки. Всего какие-то двадцать-тридцать минут назад мы с крыши наблюдали за восстановлением зданий, и вот уже лежим, придавленные темнотой. Зира не могла пошевелить ни рукой, ни ногой.
— С каждым разом хуже, — проговорила она, правильно переводя мой взгляд.
Я проанализировала свое состояние и поняла, что ничего подобного не чувствую. Может, еще было слишком рано или во мне был хороший запас сил. Но я нутром чуяла, что ненасытная тьма доберется и до меня со временем. В очередную смешную короткую ночь я распластаюсь на лестнице, как Зира, и не смогу больше бежать, лишь буду молиться, чтобы та часть здания, в которой я оказалась, не развалилась. Впрочем, зачем? Тьма ведь все равно рано или поздно выпьет меня без остатка?