День крысы

рыжков Лев

– Господи! Димочка! Ты что делаешь?!

Немыслимым усилием Лиза продралась ближе.

Она могла уже видеть Димку, который двумя руками держал тяжеленный пистолет, приставив его ствол тетке к животу.

– А ну, отпусти меня к маме…

Лиза слышала его голос.

– Ну, ты и гаденыш, - Тетка злобно прищурилась, замахнулась.

И тут на нее налетела Лиза. Она отдавала себе отчет в разнице весовых категорий. Тем не менее, ей удалось немыслимое. Она сбила гадину с ног и сейчас с каким-то поистине зверским

наслаждением полосовала гнусную в потеках жирной косметики, физиономию.

– Мама! Мама! Оставь ее!
– услышала она Димкин голос.
– Пошли быстрее!

Остаток пути к линии оцепления прошел словно в беспамятстве. Впрочем, был этот остаток не долог.

– Так, гражданка, вы с ребенком, - Деловито обратился к ней моложавый милицейский офицер.
– Хорошо, идите к вертолету. Все, скоро взлетаем. Да, и оружие ваше сдать придется…

Толпа негодующе взревела.

Протиснувшись в заполненное под завязку нутро вертолета, Лиза ощутила что-то вроде неловкости. Ей почему-то было стыдно перед той теткой. Она-то, Лиза, выживет. Но и та баба жить хотела. Впрочем, эти мысли достаточно быстро улетучились, стоило только Димке посмотреть ей в глаза.

– Мы спаслись, мама! Я же говорил!

***

Как завороженная, Лиза смотрела на Москву сверху. Такой столицы она еще не знала.

Она видела дороги, забитые брошенными автомобилями.

Здания, из окон которых валил плотный черный дым.

Стихийные баррикады, и люди в камуфляже, идущие на приступ.

«Господи Боже! Зачем сейчас воевать?» - думала Лиза.

Гигантская статуя Петра I была окутана дымом в багровых сполохах.

Может быть, благодаря тому, что пылал метромост на Воробьевых Горах.

Где-то около университета раздался гулкий и громкий хлопок. А затем вырос и раздулся шар огня.

– Из огнемета захуячили, - констатировал один из ментов.

Вертолет заложил крутой вираж, и стала видна конечная цель путешествия - башни небоскребов Москва-Сити.

Лиза покосилась на Димку. Тот, не без самодовольства, но очень-очень искренне, улыбнулся и, дурачась, сделал указательным пальцем и мизинцем «козу».

– Так, граждане пассажиры, - обратился к беглецам моложавый офицер милиции.
– Мы с вами прибываем на временный эвакопункт. Большая просьба: не разбегаться, досконально следовать инструкциям компетентных лиц. Ну, и вообще, базар-вокзал не устраивать.

Стальная стрекоза заходила на посадку на крышу одной из башен. Там уже стояли и размахивали руками какие-то люди…

***

– Давайте-давайте! Пошевеливайтесь!
– деловито командовал милицейский офицер, когда вертолет приземлился на крышу небоскреба.
– Вы-то уже приехали, а у нас все только начинается.

– Здесь есть крысы? Есть?
– допытывалась у него какая-то женщина.

– Я не знаю, - развел руками милиционер.
–

По идее… Вроде бы отсюда сигналов на пульт не поступало. Но на деле - никто не знает. Скажем так, что опасность нападений не исключена.

Заплакал какой-то ребенок: «Домой! Домой хочу!» Лиза почувствовала, как Димка крепко сжал ее руку.

Лиза шагнула на раскаленное от солнца гудроновое покрытие и ощутила, как кружится голова. Крыша казалась такой маленькой на фоне раскинувшегося внизу огромного города. На секунду у Лизы возникло ощущение, что она, вместе с Димкой, стоит на крохотном кончике иглы, устремленной в пустоту.

– Главное, соблюдаем организованность, - продолжал офицер.
– Не разбегаемся, держимся вместе. Сейчас вас отведут на временный эвакопункт, где вы пробудете до тех пор, пока… кхм… чрезвычайная ситуация не подойдет к концу.

Спуск в здание располагался в небольшом строеньице, похожем на бойлерную или на гараж. Высотой примерно в два Лизиных роста - на общем фоне небоскреба строение казалось, тем не менее, миниатюрным.

У входа стояли хмурые эмчеэсники, врачи.

– Я понимаю, что у многих из вас там, внизу, остались родные, близкие, - продолжал офицер.
– Но, пожалуйста, не пытайтесь выйти из здания. Это очень опасно. Мы сделаем все для того, чтобы спасти ваших близких и справиться с… э-э… с бедствием. Никакой самодеятельности. Как бы вам ни хотелось и как бы вы ни переживали…

«А он симпатичный, - вдруг подумала Лиза: - Жаль, что я не разбираюсь в погонах. Кто он по званию? Лейтенант? Или капитан, может быть?»

Однако в следующее же мгновение она одернула себя. Вообще-то, мир вокруг рушится, а она, получается, на мужиков заглядывается.

Офицер словно перехватил ее взгляд (а, может, так на самом деле и было) и улыбнулся уставшей, ободряющей улыбкой.

Вместе с толпой женщин и детей Лиза направилась к спуску в здание. Напоследок все-таки оглянулась.

Стальная стрекоза, рокоча моторами, оторвалась от поверхности крыши и взмыла в воздух, словно подпрыгнув.

***

Против ожидания, внутри строения-бойлерной оказалась вовсе не лестница, а длинный полутемный коридор, который шел не прямо, а по дуге, словно обвиваясь вокруг чего-то большого. По сторонам коридора располагались белые, пластиковые, наглухо закрытые двери.

Эмчеэсники провели беглецов в одну из дверей, с изображением-петроглифом бегущего человечка. За ней действительно оказалась лестница - на редкость непритязательная для такого помпезного и огромного здания. На одной из площадок стояла цилиндрическая урна-пепельница.

Лестница вывела в просторное фойе, отделанное белым пластиком. У стен стояли кресла, несколько столиков и кадки с пальмами. Одно из кресел тут же заняла молоденькая испуганная женщина с грудным ребенком. В другом затеяли какую-то возню детишки.