Демон. Одиночка

Блинова Маргарита

Резко отталкиваю лаэрда и грожу пальцем.

— Курт, клянусь своим новым бордом, если ты скажешь еще хотя бы одно предложение, я стану первой в мире девственницей, изнасиловавшей своего партнера!

Секунда замешательства и негромкий мужской смех.

— Меня так удивляет твоя смелость, — улыбается он и мягко целует.

— Я не хочу ждать, — шепчу я в перерыве между поцелуями. — Не хочу лепестки, свечи и прочую дурацкую романтику. Здесь и сейчас…

Мое сердце гулко стучит, дыхание сбивается,

а ноги как-то сами оказываются на бедрах мужчины.

— Давай поднимемся наверх… — хрипит Курт.

Его руки мягко сжимают мои соски, тянут вперед, и по телу пробегает электричество удовольствия.

— Здесь и сейчас! — нетерпеливо рычу я, прижимаясь к нему сильнее.

Он хрипло выдыхает, стаскивает меня со стола и поворачивает к себе спиной. Внизу все сжимается в предчувствии чего-то необыкновенного. Его руки решительно надавливают на поясницу, заставляя меня выгнуться назад и упереться ладонями в стол.

— Хочу, чтобы тебе понравилось быть со мной, — шепчет мужчина, покрывая поцелуями правую сторону шеи и спускаясь на плечо.

Его правая рука спускается вниз, неглубоко погружая пальцы внутрь и дразня чувствительный бугорок. Я издаю хриплый стон, ощущая, как мокрых губ влагалища касается его толстый член.

Мои рот слегка приоткрыт, хриплое частое дыхание сушит губы, но я даже не замечаю этого, полностью погруженная в уже знакомую нарастающую волну запредельного удовольствия.

Курт слегка погружает в меня член, одновременно прикусывая клыками кожу на шее и лаская левой рукой соски.

Его пальцы там внизу постепенно ускоряют ритм. Уже не покидая клитора, а член начинает ходить туда-сюда, лишь слегка надавливая на преграду.

— Курт… — испуганно хриплю, ощущая, как начинают мелко трястись ноги и руки, которыми я упираюсь в стол.

Знакомое ощущение тепла внизу живота, знакомый спазм мышц. Я делаю судорожный выход и заваливаюсь вперед не в силах больше контролировать содрогающееся от удовольствия тело.

И именно в этот момент Курт резко толкает свои бедра вперед, проникая глубоко внутрь меня. Невероятная смесь удовольствия и легкой боли обрушивается на меня, я хрипло рычу, не в силах никак по-другому выразить свой восторг. Сжавшиеся мышцы влагалища ощущают Курта, и от этого меня еще раз накрывает волной удовольствия.

— Теперь ты — женщина, — шепчет лаэрд, ласково водя руками по моей спине и ягодицам. — Я сделал тебя женщиной, — с улыбкой в голосе говорит он.

Я лежу, уткнувшись лбом в прохладную столешницу, и пытаюсь хоть немного прийти в себя.

Моя душа наполнена противоречиями.

Все те же девочки-подружки в один голос утверждали, что в первый раз — это невыносимо больно. Многие плакали, многие так разочаровывались в самом процессе, что потом долго не могли ни с кем лечь в постель.

Мне тоже

было впору плакать, но только не от боли, а от зашкаливающего удовольствия.

Про то, насколько яркие впечатления получаешь, никто почему-то не рассказывал. Никто не говорил про оргазм, никто не говорил про чувство единства с партнером.

Я вяло переставляю широко раздвинутые ноги. Тело словно лишилось костей, в висках все еще стучит все никак не желающее успокаиваться сердце, а на губах блуждает блаженная улыбка.

Но самое восхитительное — это чувство наполненности, оттого, что Курт все еще во мне.

Легкий шлепок по попе, я вздрагиваю и неохотно поднимаюсь на ноги.

— А вот теперь мы пойдем в кроватку, — легонько прикусывает он мочку моего уха и без труда поднимает на руки.

Я тяну руки, обвиваю широкую шею и с восхищением любуюсь красивыми чертами его лица.

Курт проносит меня через весь спящий дом, поднимается по узкой скрипучей лестнице на второй этаж и останавливается около дверей в отведенную для него комнату.

— Я так давно этого хотел, — признается он, ногой толкая дверь в спальню.

Несмотря на трогательный, наполненный романтикой момент не могу удержаться от саркастической улыбки.

Ну-ну! Хотел он, как же!

Я на него вешалась, как совсем неприличная девушка, я спровоцировала его на признание, я еле уломала на секс, а он имеет наглость еще что-то говорить!

— И не улыбайся так, — смеется Курт и опускает меня на прохладное покрывало кровати.

Обиженно фыркнув, тут же переворачиваюсь на бок, подтягиваю подушку под голову и сворачиваюсь.

Я, конечно, все понимаю, но после всего того удовольствия, что на меня обрушил Курт, дико хочется отдохнуть.

— Может, сначала поспим часок-другой? — зеваю я.

Шелест фольги и недовольное ворчание.

— Ну уж нет, — с возмущением произносит мужчина, ложась позади меня и обнимая. — Я полгода о тебе мечтал не для того, чтобы ты уснула на самом интересном.

Я вяло ворочаюсь в его объятьях.

— Тиран…

Мужчина тихо смеется, прижимает мои колени к груди и медленно входит.

— Еще какой, — страстный шепот, от которого бегут мурашки по всему телу. — Теперь ты моя, — его руки крепко сжимают. — Вся моя…

Он начинает двигать бедрами, постепенно ускоряя свой ритм.

Я хрипло вздыхаю, ощущая негу, разливающуюся по телу от каждого плавного толчка, от каждого прикосновения горячих ладоней к моей кожи.

Курт мягко ласкает мое тело, явно намереваясь повторить те два взрыва, что случились со мной на кухне.

По правде, для меня и два раза — это много. Я чувствую, что и так пресыщена новыми ощущениями, поэтому, когда его рука скользит по моему животу вниз, решительно останавливаю его.