Демон. Одиночка
Шрифт:
Наевшись до отвала, я сытым взглядом окидываю заставленный продуктами стол, уговаривая желудок попробовать еще какую-нибудь вкуснятинку, когда телефон, лежащий рядом с тарелкой, внезапно оживает.
Мельком глянув на экран, тут же сажусь немного ровнее.
Хм… незнакомый номер.
— Алло, — немного взволнованно спрашиваю я. — Алло?
Молчание и непонятный треск.
Пожав плечами, даю отбой, возвращаю мобильник обратно на стол и натыкаюсь на сосредоточенный взгляд лаэрда.
—
От былого расслабленного, веселого Курта не остается и следа. Передо мной вновь холодный, сдержанный мужчина тридцати лет, с пятилетним ребенком и кучей нерешенных проблем на личном фронте. Кажется, что у него даже морщинки появились.
Жаль…
— Не знаю, — с грустью вздыхаю я. — Ошиблись, наверное.
Курт медленно кивает, опускает глаза и какое-то время просто молча сидит.
— Пойду к Максу, пока няня не уложила его спать, — тихо сообщает он, с громким звуком отодвигая стул.
Мы с Микаэлем провожаем его одинаковым сочувственно-задумчивым взглядом.
— Мне одному кажется, что он видит в тебе Бет? — тихо спрашивает парень, едва за старшим братом захлопывается дверь.
— Что?
Я довольно резко поворачиваю голову, отчего мышцы шеи сводит легкая судорога. Охнув, начинаю растирать ладонями мышцы.
Мда, Яблокова! А еще Курта обзывала старичком.
— Не бери в голову, — отмахивается Мика, хватая с тарелки бутерброд. — Просто что-то похожее у них было с Бет.
Убрав руки под стол, крепко сцепляю пальцы и задумчиво смотрю в свою пустую тарелку.
Любовник. У нее ведь был любовник, Курт сам это сказал. Значит, вполне допустимо, что ей тоже кто-то звонил, и она врала любящему ее без памяти мужчине, что это кто-то из друзей-знакомых, коллег или, вот как я сейчас, говорила, что ошиблись.
Но я-то действительно не знаю, чей это номер…
Ой, Яблокова! Только не ври самой себе. Знаешь ты прекрасно, кто бы мог тебе позвонить. Знаешь и… ждешь!
И, словно в насмешку, телефон звонит снова.
Сердце пропускает удар. Непослушными пальцами провожу по экрану «ответить» и взволнованно замираю с телефоном около уха.
— Да? — тихо спрашиваю я.
— Привет, — глубокий низкий голос, от которого бегут мурашки по телу. — Узнала?
Да, это был он. Это был Платон.
Глупо улыбаюсь, ловлю недоумевающий взгляд Микаэля и встаю со своего места.
— Ты так долго не звонил, я начала переживать, что тебя поймали «зеленые», обвинив в жестоком обращении с котиками.
Он тихо смеется.
— Это кто еще с кем жестоко обращался…
Торопливо покидаю кухню и сворачиваю в узкий коридор, где расположены три спальни — для меня, для Макса с няней и охраны. Cпальни Дамиров располагались на втором этаже, что наводило на вполне определенную мысль — этой ночью нас с Микой будут
— Почему ты так долго не звонил? — упрекаю парня, с размаху бухаясь на кровать.
— Наверное, потому, что уже спустя тридцать минут твой номер перестал существовать, — моментально откликается Платон.
— Ну, там такая достаточно неординарная ситуация произошла, — улыбаюсь я, вспоминая, как лишалась благодаря Курту своего старого телефона. — Точнее, даже вылет… Погоди! — я подскакиваю и сажусь. — Что значит «номер перестал существовать»?
Платон негромко смеется.
— Так и знал, что он тебе ничего не скажет. По просьбе твоего опекуна тебе сменили номер, восстановив при этом телефонную книгу и смс.
Качаю головой и выпускаю от злости когти.
Неужели Курт заметил, как я записываю на руке Платона свой номер, и просто сделал так, чтобы тот не смог со мной связаться? Вполне в его духе.
— Чем занималась? — беззаботно интересуется Платон, отвлекая меня от планов мести.
— Каталась на сноуборде.
— Ого! Ожидал чего-то такого, но сноуборд… Хорошо катаешься?
— Неплохо, — скромничаю я, растягивая губы в довольной улыбке. — А ты?
— Я любитель поплавать, — признается Платон. — Но уверен на все сто, что своим виртуозным падением покорю твое сердце.
Я негромко смеюсь, смотрю на себя в зеркало, висящее на стене, и зачем-то начинаю прихорашиваться.
Яблокова, что за гормональная буря? Это на тебя его голос так влияет?
— Можно, я приеду к тебе? — с тихой надеждой спрашивает он.
Встаю на ноги и зачем-то подхожу к окну. Вглядываюсь в белеющую массу склонов, в неясные тени деревьев и кабинки подъемника.
— Платон, я даже не знаю, где находится эта турбаза…
— Найти тебя не проблема, — уверяет парень. — Просто скажи, ты хочешь меня видеть?
Черт! Почему я так глупо улыбаюсь?
Так, Яблокова, надо собраться и объяснить, что ты с опекуном, а он немного неадекватен и патологически ревнив, поэтому может запросто Платону голову свернуть даже за косой взгляд в мою сторону. А еще здесь с нами Микаэль, который тоже будет блюсти мою так называемую верность к нему…
— Да! — чуть ли не пищу от мысли, что увижусь с ним снова. — Очень хочу!
Ой, черт! Яблокова, ну ты чего творишь!
На том конце телефонной трубки слышится счастливый выдох.
— Я буду у тебя завтра утром, — обещает Платон.
Сердце взволнованно бьется, а губы растягиваются в предвкушающей улыбке.
Черт! А мне ведь действительно хочется его увидеть.
— Вот завтра как раз и проверим — покорит меня твое виртуозное падение или нет, — смеюсь я.
— В таком случае мне надо срочно идти тренироваться, — с улыбкой отзывается он.