Демон-Инквизитор
Шрифт:
Тела жеребцов были безнадежно изувечены. Я даже увидел пару сквозных дырок, оставленных, видимо, вращающимися винтами, которыми меня привинчивали к полу телеги. Про извозчика и говорить нечего: верхняя часть его тела сплошной фарш с костной мукой, потерявший всякую форму. Уж не знаю точно, как в этот раз действовала Симфония металла, но, судя по этому трупу, она прошивала телегу, словно игла с ниткой прошивает кусок ткани.
Я проковылял обратно в тенек и упал на землю, прислоняясь спиной к колесу телеги. Тихий ветер нашептывал что-то обрывкам брезента, отчего те смущенно трепетали на деревянном каркасе. Вороны нагло каркали, деловито похаживая по телеге и шумя кольями,
Мои раны немного затянулись, и я отхлебнул из инквизиторской фляги. Крепкий вкус напитка жаром прокатился по всему нутру, и я, удовлетворенно насвистывая походный гимн, снова откинул голову, пристроив ее у колеса.
«Если раны лечатся, то Алиса пьет кровь, а часть энергии переходит ко мне, – решил я. – Значит, скоро доберется до меня. Наверное, и мою боль перестала чувствовать».
Я поднялся и отряхнул пыльные штаны с кожаными вставками. Хорошие штаны, только тоже уже никуда не годны. Бросив взгляд на телегу, в которой шастало воронье, я побрел в ту сторону, с которой мы приехали. Солнце уже не такое активное, раны болят не так сильно, поэтому можно начинать путь. В любом случае пропавшую телегу будут искать, если о ней не сообщат проезжающие этой дорогой. Поэтому надо оказаться как можно дальше.
И все-таки, мне никто ничего не простит.
Идя по пыли, хромая от не до конца заживших дыр в ногах и делая иногда глотки алкоголя, я мрачно размышлял о том, что произошло. Алисы в трактире не было – хорошо. Я живучее, меня убить сложнее. Выйди мы с этой красоткой в обнимку под ружейные стволы, умерли бы оба: сначала она, потом и я. Лебединая верность, мать ее, только наоборот. Алиса вообще непонятно где. С одной стороны, это тоже хорошо – она бы не успела добраться до телеги, чтоб меня вытащить. В нас с ней просто не было столько энергии, чтобы она могла использовать ее для прыжков. Не допрыгала бы просто, пристрелили бы ее на подходе. Даже моя Симфония стоила немалого количества сил. Если бы Алиса не начала пить кровь и я не залил себя лекарствами, то я бы от потери крови и подох. Говоря, кстати, о тех парнях, что меня доставляли… Инквизиторы, конечно, выполняли свой долг, но и умерли по зову долга. Наверное, это и правильно, хотя мне не нравится. А вот тот, кто помог, – молодец. Не знаю, кто он. Судя по зубам, не вампир. У тех просто клычки, а у того полна ухмылка клыков. Глаза вроде тоже обычные. А вот способ передвигаться странный. Он едва узлом не свернулся, пока выпрыгивал из телеги. Какой-то чудной, но я ему должен, как ни крути.
Я еще раз отпил. Хорошая выпивка.
Симфония уже второй раз выручает. Нет, думаю, было бы хорошо и остаться человеком и служить в Гриде, но если смотреть на цепочку событий… Наверное, и к лучшему. Вспоминая оборону Грида… Ливера, пастора Альтора, Самюэля. Я тогда ярко увидел и запомнил, чего все это стоит. Каждая жизнь обрывается, но дело даже не в этом. У людей всегда так: человек – слизняк, жизнь – дорога, любая фатальная неприятность – колесо телеги, старость – солнце. Я, учась в Академии Инквизиторов, часто видел на дороге сгоревших под солнцем слизней. Они всегда зачем-то пытались переползти широкую дорогу. Я не понимал, зачем. Впереди их ждала равнина, полная смертей и смерти. Да, где-то там, далеко на горизонте для них виднелась зеленая трава, мокрая от росы. Но ведь позади они оставляли точно такое же место. Но это необъяснимо. Какой-то Синдром Слизняка. Хочется рваться вперед, хотя сверху солнце, а по бокам колеса. Но все равно ползешь,
Вампиры, демоны, все другие – если вдуматься, то они, наверное, что-то вроде кузнечиков. Один прыжок и дорога позади. Сколько таких дорог они проходят за жизнь? Сложно сказать. Много, наверное. Но чем тогда заполнено их существование? Живут ли они чем-то кроме постоянного пересечения дорог и прыгания по однообразным стеблям? Наверное, становление демоном – шанс для меня быть кем-то большим, не просто слизняком на дороге…
Бесформенную фигуру в плаще я увидел еще издалека, а стоило приблизиться, как стало видно, что путник едва плетется. Я снова привязал флягу к поясу и ускорил шаг. Ближе, еще ближе, и еще… Алиса упала в мои объятия безвольным телом. Я прижал ее к себе, утыкаясь лицом в волосы, непокрытые капюшоном.
– Ты такой дурак, такой дурак, – зашептала Алиса, сжимая меня. – Ты хоть представляешь, как это было больно? Я постоянно теряла сознание.
– Ну тихо, тихо, – пробормотал я. – У меня бухло есть, будешь?
– Нет, хочу еще крови, но что-то совсем не в силах…
– Я не буду вместо тебя охотиться, – улыбнулся я. – Я, конечно, демон, но все-таки.
– Какой ты демон? Шут гороховый… – едва промурлыкала Алиса и добавила: – Сможешь меня понести? Я хочу отдохнуть…
– Без проблем, – кивнул я. – У меня, конечно, десяток дыр в теле, но это без проблем, правда. Забирайся.
Алиса отстранилась, посмотрела на мое лицо и усмехнулась.
– Раз уж ты такой слабак, то что предлагаешь?
– Мирная романтическая ночь на траве в полном покое и холоде, – начал я. – Потом бодрящий утренний марш-бросок обратно до поселения, трата остатка денег на лошадь и невероятно комфортабельная поездка куда-нибудь подальше в полном голоде.
– Не дорос ты содержать женщину, – вздохнула Алиса. – Мудак.
Глава 6: Нить чистого серебра
Мы с Алисой медленно покачивались в такт движения коня. Неровная дорога под копытами стучала камушками об металлические подковы, а закатное солнце светило нам в спины. Мы двигались на восток, именно там, по словам Алисы, легче всего укрыться от Инквизиции. Я в этих вопросах был несведущ, поскольку нас обучали поиску вампиров, а не пряткам от кого-либо.
– Так ты как вообще инквизитором стал? – Алиса, сидящая передо мной, постоянно держала королевскую осанку и смотрела ровно вперед, чем-то напоминая статую.
– Я сирота, а нас обычно забирают из детских приютов, если руки и ноги на местах.
– А много вообще искалеченных? – с интересом спросила девушка.
– После ваших нападений – хватает, – мрачно ответил я, слегка натягивая поводья, чтобы конь замедлился: дорога впереди была еще более ухабистая.
Алиса на некоторое время замолчала. Я посмотрел вперед, к горизонту – вдалеке показались горы. Видимо, наутро нас ждет великолепный вид. Никогда не видел подымающегося из-за скалистых вершин солнца, но слышал, что это красиво. Кстати, говорят, вампиры не любят полуденного света. То, что мы с Алисой пережидаем самые яркие часы в тени, косвенно подтверждает эти слухи.
– А ты не думал, что это естественно? То, что вампиры поедают людей. Понятное дело, тебе не легче от того, что это уже обыденный процесс в жизни всего мира, но… – Алиса замолчала, набирая воздух. – Не надо обожать. Надо просто перестать ненавидеть и успокоиться. Такие, как мы, тоже хотят жить.
– Как и ваши жертвы.
– Но с чего ты взял, что убитые заслуживают жизни больше нас?
Я на секунду замолчал, собираясь с мыслями, но в какой-то момент мне на щеку опустилась мелкая мошка. Отвесив себе пощечину, я осмотрел пыльную ладонь и вздохнул.