Демон-Инквизитор
Шрифт:
– Это крапива. В передозировке она вызывает такие последствия. Но, боюсь, тебе столько и за жизнь не собрать, пусть даже теперь у тебя весьма удобный инструмент для такого. Я веками концентрирую это растение, чтобы получать наркотик.
– Понятно. Ну, ладно. Если на этом наш интеллектуальный диалог завершен, позволь откланяться – я уже голодна, а кровь, впитавшаяся в твои столы, насытит разве что термита. Всего хорошего!
– За эти дни произошли сильные изменения не только в тебе, но и в мире. Твой брат ведь упоминал об открытии Лесов Силы?
– О каком брате ты вечно говоришь? И что за Леса?
– Орда тварей
Клювоморд сидел на стуле, ко мне спиной, и говорил так невозмутимо, словно речь шла о крапиве, ставшей для него достоянием веков. Но новости были неприятные.
– Тогда мне не стоит терять время, – решила я. – Пойду уносить ноги.
– Используя твой излюбленный метод, – сарказм – я хотел бы сказать, что верю в тебя. Ты быстра как лошадь и даже больше. А в случае чего, твои способности прятаться помогут даже в чистом поле, на котором, я уверен, монстры не оставят ни травинки. Ну а если решишь взять коня, то точно сможешь им управлять, несмотря на то, что его дрессировали на поводья, а не на шпоры. Ведь твои руки считаются самыми ловкими руками среди коневодчих!
– Хорошо, умник, а если откинуть сарказм, что ты мне хочешь предложить? – спросила я почти спокойно, но все же не смогла не съязвить. – Найти моего мифического братца и спрятаться у него за спиной?
– Кстати, это был бы идеальный вариант решения. Оценивая эту страну объективно, из всех оставшихся в ней нечистых сил, он один из немногих, кто может дать реальную защиту от приближающегося Сонма.
– Замечательно, а теперь ты говоришь, что мой брат крутой как гора. Почему я все еще о нем ничего не знаю?!
– Я могу предложить тебе способ спастись от Орды.
– Какой же?
Клювомордый встал, зазвенев цепями, сковывающими его руки. Развернувшись, он снова сел, упершись животом в спинку стула. Его лицо озарялось лучистым счастьем, хоть и было почти пустым, наполненным лишь улыбкой тонких губ (растянутых до тех мест, где должны быть уши) и круглыми, большими глазами. Он объявил:
– Твой брат, пока я тебя оперировал, с большой группой вампиров уничтожил всю Инквизицию в этом городе и вместе с ней управителя. После этого вампиры и он сам уехали восвояси. Сейчас город полон испуганных, паникующих жителей, которые пытаются искать убежища у Церкви, но та способна помочь лишь сухими корками и «священным» вином. Плотью и кровью Божьей, который очень некстати отвернулся от этого города, отпустив его на вольную гибель. Поэтому если ты сейчас покажешься людям и предложишь свою кандидатуру в качестве главной в этом городе…
– Я безрукая женщина с клыками, пьющая кровь людей.
–… то они перед лицом грядущей опасности подчинятся тебе, безрукой женщине-вампиру, отрекшись от Церкви и Бога. Этот план должен тебя заинтересовать по трем причинам. Первая, я живу в этом мире так долго, что знаю каждую тварь, готовящуюся напасть на этот город, едва ли не лично. Вторая, я готов помочь тебе с удержанием обороны. Третье, в этом городе есть как минимум три человека, физически способных выдержать трансформацию твоим ядом. Это значит, что если ты станешь градоначальником этого города, ты будешь вольна найти их и дать
– Постой-постой, ты слишком ударился в идеологию! – я замахала лезвиями в отрицательном жесте. – Вернись немного назад и проговори ту самую причину, которая так сладко давит на мой меркантилизм и материнский инстинкт, и остановимся на ней.
– В этом городе есть три человека, способных физически выдержать трансформацию в таких же вампиров, что и ты. Я могу даже назвать их поименно: Айви…
По инерции выслушав первое имя, я ушла в собственные мысли, напрочь перестав уделять внимание унылым монологам птичьей морды.
Собственный клан… да! Это то, что совсем не помешает. Пожалуй, стоит браться за это дело. Даже Аксель всегда подчеркивал необходимость подобного, хоть и не любил скопища вампиров по какой-то причине. Кажется, они для него были слишком шумные… Но мой клан может быть каким угодно. Подходящим даже и для Акселя.
Будь он только жив…
***
– Смиритесь, дети мои! – кричал проповедник. – Монстры идут сюда, отродья люциферовы, но не должны мы им противиться! Это дело Бога нашего и его ангелов – воителей святых. От нас же требуется лишь склониться на колени и молиться. Ведь вступивший в схватку с дьяволом и поверженный им – становится бесом, чёртом на службы Люцифера, правящего миром даже из обители Смерти!
Поначалу люди слушали терпеливо и тихо. Но чем больше говорил священник, тем больше их недовольство росло. Они, бывшие свидетелями губительной атаки вампиров, не могли позволить себе стоять смирно, даже несмотря на то, что Инквизиция в этом городе была уничтожена. Я чувствовала в пастве желание – из овец стать волками. Оно читалось в шуме, поднявшемся в наполовину пустом зале церкви. И я, сидящая в пустых задних рядах, усмехнулась.
– Думаю, если убить проповедника, люди замолкнут и начнут меня слушать, – я посмотрела на ворона, сидящего рядом на спинке лавки. – Что скажешь?.. Ну, я пошла!
Выйдя из черного тумана, теплого и прелестно пахнущего кровью, я встала прямо перед проповедником. Лезвие вскрыло его мантию, освобождая наружу внутренности. Они вырвались, заскользили к полу, орошая кровавыми разводами золотистую накидку. Из живота священника повалил пар – плоть и кровь радовались прикосновению к холодному миру этой церкви. Зима была близка, а Господь не придумал отопления для своей паствы.
Проповедник все еще стоял, открыв рот и пытаясь что-то сказать. Его дрожащие пальцы, собранные в пучок, поднялись к моему лицу. Я решила, что он хочет от меня откреститься. Мысль эта показалась мне неприятной. Неудивительно, что кисть святого мужа рухнула к кишкам.