Дельта-фактор
Шрифт:
— Ты снова об этом. Ну что, проверила?
— Без всякого труда. Твой старый приятель мертв. Он погиб в автомобильной катастрофе в Сиднее, Австралия, около года назад; его тело отправили к родителям, которые похоронили его с воинскими почестями.
— И что все это должно означать?
— Значит, остаешься только ты, Морган, не правда ли?
— Закрути свои гайки, — сказал я.
— Физически не могу этого сделать, — равнодушно повторила она.
— Плохо, — в тон ей сказал я. — Откуда опять этот внезапный интерес? Меня судили и приговорили.
— Отбывание срока не означает, что ты получаешь право на владение федеральными деньгами. После завершения этой миссии тебе всего лишь скостят срок; а вот возвращение денег поможет гораздо больше.
Я показал ей все свои зубы в широкой ухмылке:
— Все это лошадиный навоз, моя хорошенькая куколка. Если у меня и есть козыри, то я или буду держать их при себе, или же выкину, чтобы сорвать весь джек-пот. Ты так и не поняла меня.
— Я и не собиралась.
— Может, сейчас наступило время для другой работы? — подмигнул я.
Маленький пистолет с направленным на меня дулом в мгновение ока оказался в ее руке.
— Даже не пытайся, Морган.
— Когда-нибудь я отберу у тебя эту игрушку, и знаешь, что я сделаю с ней?
— Ну-ка, расскажи мне.
Я глухо рассмеялся:
— Хотя не думаю, что это тоже возможно физически. — Я ожидал увидеть в ее глазах ледяное выражение, но вместо этого они слегка заблестели, и я сказал: — Иди оденься, я хочу показаться внизу.
— Это не будет выглядеть странно для молодоженов?
— У нас было достаточно времени, чтобы сделать то, чего от нас все ждали. Все решат, что это десятиминутный перерыв.
— Мужское самомнение, — презрительно процедила она.
— Уверенность настоящего мужчины, детка, — ответил я. — Я ее просто излучаю.
Игральные залы отеля были не так заполнены, как обычно. Разговоры словно приглушала невидимая дымка, а игра шла почти вяло. Если кому-то улыбалась удача, это вызывало лишь вежливое участие, а в баре скопилось больше народу, чем за игральными столами. У стойки администратора толпились те, кто срочно покидал отель, другие пытались зарезервировать билеты на материк; когда я спросил у посыльного, что происходит, он только пожал плечами и пробормотал что-то о погоде.
Анджело был откровеннее. Он указал мне на рабочих, спешно устанавливавших перед входом в здание картонные секции размером четыре на восемь, и пояснил: метеорологи определили, что ураган сейчас свирепствует в пятистах милях отсюда и движется в нашем направлении быстрее, чем ожидалось. Есть вероятность, что он свернет на северо-запад, но большинство гостей не хотели рисковать. Они уезжали, пока еще оставалось время.
Морган, ты уже чувствуешь этот запах и внутри, думал я. Он повсюду. Все нагромоздилось в одночасье. Это опасность протянула руку, выбирая мишени и расставляя их в ряд, а затем немного отступала, чтобы со всего размаха нанести смертельный удар.
Я оставил Ким за столом с рулеткой, а сам стал бродить по залу, поглядывая
Следующие два броска я проиграл на поле, но вернул себе кое-что, пока бросавший упорно пытался ставить на шестерку; затем снова проиграл. Парень сгреб свои фишки и посмотрел на меня с кривой усмешкой:
— Ты должен играть на моей стороне, приятель.
— Я вшивый игрок, — ответил я.
— Совсем нет, после того, что я видел, — засмеялся он. — Я присутствовал при том, как ты остановил стол в прошлый раз, помнишь?
Парень взял в руки кости, потряс их и бросил привычным жестом; вышло три. В следующий бросок вышло семь, и он заметил:
— Ну, все выиграть невозможно. — Его лицо сморщилось от смеха. — Легко достались, легко ушли. Ты собираешься играть сегодня?
Я покачал головой:
— Я чувствую, когда мне следует играть. — Я отступил назад, и на мое место тут же встала толстая дама в сверкающем блестками платье.
— Это все погода, — заключил парень и протянул мне руку. — Марти Стил, если ты забыл.
— Из «Янкерс», — вспомнил я.
Он предложил мне сигарету, а когда я отказался, сунул ее в рот и закурил.
— Выкроил время, чтобы отдохнуть?
— Не знаю. Вообще-то у меня медовый месяц.
— Гм-м... Видел твою жену. Ну и женщина, должен тебе сказать. Тебе точно везет. А я всегда напарываюсь на таких, которые обчищают меня и испаряются. — Он пожал плечами и снова ухмыльнулся. — Может, мне лучше поставить крест на этом.
Он пытался говорить безразлично, но в его тоне чувствовалось глухое раздражение, а ухмылка, утратив все добродушие, не выражала ничего, кроме ненависти. Это продолжалось долю секунды, Марти тут же овладел собой. Я подумал, что когда-нибудь этот парень просто взорвется, если не научится выпускать пар. Он нарочито небрежным жестом вытащил изо рта сигарету, скорчил гримасу и снова взглянул на меня:
— Кажется, этот чертов шторм свел всех с ума.
— Самолеты еще летают, — напомнил я.
— Мне все равно. Пусть туристы сматываются. Богатые мальчики остаются до конца, и я планирую немного разжиться за столами. Я ждал слишком долго, чтобы увидеть своими глазами то, о чем так много слышал, и никакой шторм не сможет мне помешать.
— Ну что ж, — сказал я, — надеюсь, у тебя все получится.
— Конечно, получится.
Я направился к рулетке, где Ким одну за другой теряла свои фишки. Я увидел, как она раздраженно нахмурилась, когда не угадала один номер, а затем с упорством любителя поставила фишку на то же число.