Делл
Шрифт:
Мужчина какое-то время смотрел на меня, затем неопределенно кивнул и вновь уткнулся в бумагу.
«Посмотрим», - показалось, он произнес. Но уверенности не было. Лишь надежда, слепая и обжигающая надежда на лучшее.
Я не должна ничего забыть. Не имею права.
В памяти всплыл знакомый образ – Дэлл.
Перед тем, как уйти, он оставил мне альбом.
«Посмотрите», - бросил через плечо и был таков. В комнате сделалось неестественно тихо. Падающий за огромным во всю стену окном снег лишь подчеркнул отсутствие звуков – осталось лишь собственное дыхание и оглушающая нервозность. Напротив желтела
Оставят ли память? Пойдут ли на уступки?
Я открыла лежащую на коленях папку на первой странице и сразу же уткнулась взглядом в фотографию центральной площади незнакомого города. «Кдендон-Сити. Столица» - гласило пояснение снизу.
Сердце вновь предательски громко ударилось о ребра.
Они позволяют мне выбрать город…
Под дрожащими вспотевшими пальцами тут же зашелестели страницы. Где же, где же, где… Тот самый, единственный, нужный…
«Да успокойся, ты доберешься из любого. Купишь билет и доедешь. Самолетом, поездом, самокатом, на своих двоих…»
Мысль осталась незавершенной, потому что в этот момент я увидела изображенный на площади театр, широкий проспект и фонари вдоль дороги – знакомое место, некогда отпечатавшееся в памяти – Нордейл.
Когда пять минут спустя представитель Комиссии вернулся и спросил «Выбрали?», я кивнула с таким энтузиазмом, что хрустнули шейные позвонки.
Выбрала, конечно. И кто бы сомневался, что именно.
*****
Нордейл не изменился, остался все тем же сказочно-волшебным. Укрылись снегом улицы, укрылись по-особенному, мягко, чисто, пушисто. Даже мороз здесь ощущался ласковым, и в первые недели жизни на новом месте я полной грудью вдыхала запахи города, в которые долгие месяцы стремилась попасть. Города из прошлого, города из снов. Города, вдруг сделавшегося настоящим.
Небольшая двухкомнатная квартира, любезно и совершенно неожиданно предоставленная мне Комиссией в качестве бонуса за «восприимчивость 10 «б» (кто бы знал, что это такое), располагалась в западной части города, в двадцати минутах от центра, и являлась теперь моей собственностью, чему я радовалась по-щенячьи бурно. Две просторные комнаты на втором этаже десятиэтажного дома, меблированные и светлые, - хоромы по сравнению с каморкой в Соларе. Чего еще можно было желать для полного счастья? На счету лежала приличная сумма, выданная в соответствии с финансовой программой по поддержке новичков, въехавших в Нордейл, а впереди расстилались необъятные горизонты неисследованных возможностей. Сотни дорог, тысячи тропинок, по которым можно пойти, осталось лишь выбрать…
Память.
Она осталась при мне, но будто не вся. Нет, я помнила события, произошедшие в Соларе, помнила работу, друзей, Дэлла, вот только боль ушла, словно кто-то изъял ее из сердца. Воспоминания больше не тяготили - они, словно легкий теплый сквозняк, касались сознания легко и ненавязчиво. А отсутствие при этом боли в сердце явилось неожиданным изменением, радостно воспринятым мной. Не иначе как работники Комиссии все же поколдовали при переходе, а, может, так действовал чудотворный воздух самого Нордейла – не разобрать.
Так или иначе, сидя на мягком диване в гостиной с чашкой чая
Новый Уровень. Новая эпоха.
Связь с Дэллом сохранилась. Та тонкая нить, что соединила нас внутри, рваться не спешила. Он здесь. Ходит по этим улицам, ездит по этим дорогам, возвращается в знакомый особняк. Чем-то занимается, о чем-то думает. Рядом. Почти осязаемо близко. И несмотря на то и дело возникающие порывы вдруг сорваться и во что бы то ни стало отыскать его, я сдерживалась. Прибивала себя невидимыми гвоздями к месту, закрывала глаза и старалась успокоиться. Зачем искать того, кто не ищет тебя?
Любила. Да. Любила так, что распирало грудь, что мутилось в голове, что иногда сгибало пополам, но от поисков все равно удерживалась.
Время, оно все расставит по местам. Не твое не удержать, как ни старайся. Твое найдет тебя само.
Я в Нордейле, а это уже много.
Глава 13
Казалось бы, в чем разница? Но он так и не смог привыкнуть.
Тот же руль, тот же символ в центре, тот же цвет и салон, но все-таки новый Неофар неощутимо отличался от старого. С той старой машиной Дэлл ощущал единство, был на короткой ноге, как со старым другом, а эта, пусть и носила по дорогам вот уже не первую неделю, все равно была иной. Пока еще чужой.
Фронтальную часть особняка отреставрировали. Два дня назад рабочие забрали ведра, сняли стропила и унесли лестницы.
Дэлл припарковался у крыльца и какое-то время тихо сидел в салоне, рассматривая собственный дом.
Война тоже кончилась. Сложное задание, что занимало все свободное время больше месяца, выполнено: враги уничтожены, шеф успокоился, можно расслабиться и остальным, вот только почему-то не выходило.
Пусто и темно. На улице, в городе и на душе.
С чего бы?
Большую часть времени выходило думать о делах, и образ рыжей девчонки надежно покоился на задворках сознания, не отвлекал, не беспокоил, но иногда нет-нет да выскочит вперед, будь он неладен. Покажется перед глазами знакомое лицо с зелеными глазами и застрянет там накрепко - не избавишься. Почему в последнее время Дэлл ощущал ее близкое присутствие, будто точки на невидимой карте сдвинулись, притянулись и начали взаимодействовать как и когда-то. Словно тянуло их невидимое поле навстречу друг другу.
Странно, да и только.
Наверное, она так и живет в Соларе. Не стоит бередить душу, выяснять, вынюхивать, узнавать. Один взгляд способен вызвать эмоции, которые едва ли поддавались контролю. Нет, не стоит трогать там, где ноет.
Одриард вытащил ключи из замка зажигания, снова подивился тому, что новая машина никак не желала становиться «своей», и вышел наружу.
Хлопнула дверца.
Заскрипели по устилавшему дорожку снегу жесткие прорезиненные подошвы.
*****
Это объявление попалось на глаза случайно, когда в ожидании заказа я начала листать оставленный кем-то на подоконнике кофейни журнал, посвященный последним достижениям в области военных технологий.