Дай пять

Иванович Джанет

– Не надо было ему сбегать, – ощетинилась Мейбл. – И, кроме того, откуда мне знать, вернется ли он? Я заказала новую обстановку для спальни. Завтра доставят. Новый матрас и все такое.

– Может, это ты укокошила Фреда, – высказала версию Бабуля. – Сделала, наверно, это ради денег.

Матушка грохнула чашкой пюре из зеленого горошка об стол.

 – Мама! –воскликнула она с возмущением.

– Просто напрашивается, – сказала Бабуля Мейбл.

Мы все расселись за столом, матушка поставила перед Мейбл виски с содовой и пиво для папаши,

потом принесла маленькие подушки, чтобы подложить под сидение Бриггсу.

– Мои внучки их используют, – заметила она.

Бриггс вопросительно посмотрел на меня.

– Детки моей сестры Валери, – уточнила я.

– Ха, – сказал он. – Так по части разведения внуков ты такая же неудачница

– У меня есть хомяк, – оправдалась я.

Папаша подцепил жареного цыпленка на тарелку и потянулся за картофельным пюре.

Мейбл заглотила половину виски.

– Что еще ты собралась купить? – спросила ее Бабуля.

– Может, мне съездить отдохнуть, – сказала Мейбл. – Я могла бы поехать на Гавайи. Или в круиз по морю. Конечно, пока мне не стоит этого делать. Пока Стефани ищет этого мужчину. Это могло бы ускорить дело.

– Какого мужчину? – заинтересовалась Бабуля.

Я рассказала ей о женщине в «Гранд юнион».

– Сейчас нам есть, куда стремиться, – подвела итог Бабуля. – Вот это уже другой разговор. Все, что нам нужно сделать, – найти того типа. – Она повернулась ко мне. – Есть подозрения?

– Нет.

– Совсем никаких?

– Я скажу, кого я подозреваю, – присоединилась Мейбл. – Я подозреваю мусорную компании. Они не любили Фреда.

Бабуля размахивала куриной ножкой.

– В точности, что я говорила тогда. Что–то забавное происходит с этой мусорной компанией. Сегодня вечером мы собираемся на смотрины и посмотрим, что к чему. – Потом, задумавшись, пожевала курицу. – Ты встречалась с покойником, когда навещала мусорную компанию? – спросила она меня. – На кого он был похож? Похож он был на парня, который увез Фреда с собой?

– Думаю, он мог бы подойти под описание.

– Жаль, что гроб будет закрыт. Будь он открыт, мы бы взяли эту женщину из магазина с собой и посмотрели, не узнает ли она Липински.

– Черт, – вмешался папаша, – почему бы тебе не вытащить Липински наружу и не предъявить для опознания?

Бабуля взглянула на папашу:

– Думаешь, мы смогли бы это сделать? Я представляю себе, что он довольно окостеневший.

Матушка втянула воздух.

– Не знаю, остаешься ли долго окостеневшим, – заметила Мейбл. – Думаю, что снова становишься мягким.

– Как насчет того, чтобы передать соус, – попросил папаша. – Могу я здесь получить соус?

Лицо Бабули сияло вдохновением.

– Там будет куча родственников Липински сегодня. Может, кто–нибудь даст нам фото! Тогда мы сможем показать снимок леди из «Гранд юнион».

Я подумала, что все это малость безжалостно, учитывая присутствие за столом Мейбл, но Мейбл казалась безучастной.

– Как считаешь, Стефани? – спросила она. – Думаешь, стоит мне съездить на Гавайи? Или все–таки предпочесть круиз?

– Боже, – сказал мне Бриггс, – учитывая такой генофонд, ты еще вполне ничего.

Глава 9

–

Ух ты, только посмотри на это, – воскликнула Бабуля, выглядывая на парковочную стоянку. – Местечко–то упаковано под завязку. Значит, и у Стивы битком набито. У него в каждом зале кто–то выставляется. Я разговаривала намедни с Джин Мур, так она сказала, что умерла ее кузина Дороти, и они не смогли выставить ее у Стивы. Пришлось утащить ее к Мозелу.

– А что не так с Мозелом? – поинтересовался Бриггс.

– Он не знает толк в хорошем макияже, – пустилась в объяснения Бабуля. – Накладывает слишком много румян. А я люблю, чтобы покойники выглядели красиво и натурально.

– Ага. Я тоже так люблю, – согласился Бриггс. – Нет ничего хуже ненатурального трупа.

Дождь перешел в морось, но вечер все еще нельзя было счесть великолепным для прогулки, и посему я закинула Бабулю и Бриггса прямо к дверям, а сама поехала искать место для парковки на улице. Таковое я обнаружила за квартал отсюда, и к тому времени, когда я вернулась к переднему крыльцу бюро Стивы, мои локоны превратились в копну кудрей, а вязаный свитер удлинился на пару дюймов.

Ларри Липински возлежал в зале номер один, как и подобает самоубийце. Члены семьи и друзья образовали кучку у гроба. Остальная часть зала была заполнена той же публикой, какую я наблюдала на смотринах Дитер. Тут присутствовали посетители похорон, профессионалы вроде бабули Мазур и Сью Энн Шмац. Ну и работники мусорной компании, разумеется.

Бабуля Мазур шагала навстречу мне с семенившим за ней Бриггсом.

– Я уже выразила соболезнования, – сообщила она. – И хочу сказать тебе, что они настоящие буки. Как не стыдно такому необщительному народу отбирать зал у людей, подобных Дороти Мун.

– Я так понимаю, что фотографию тебе не дали.

– Шиш, – подтвердила Бабуля. – Вот что они мне дали.

– Здорово они ее отшили, – улыбаясь, заявил Бриггс. – Это надо было видеть.

– Я все равно не думаю, что это он, – успокоила я.

– А вот я не уверена, – заявила Бабуля. – Эти люди смотрели на меня так, словно что–то скрывали. Думаю, они компания жуликов.

Будь я в родстве с тем, кто сознался в убийстве, я бы, наверное, тоже чувствовала себя неловко.

– Не переживай, – заверила Бабуля. – Считаю, это еще можно устроить, и у меня есть план.

– Ага, план в том, что забудем об этом, – заявила я.

Бабуля пожевала вставными челюстями, зорко просматривая толпу.

– Мне сказала Эмма Гетц, что покойника в четвертом зале хорошо измочалили, есть на что посмотреть. Думаю, я бы взглянула.

– Я тоже, – присоединился Бриггс. – Не хочу ничего пропустить.

Меня не особо интересовало, что там сотворили с тем, кто занимал зал номер четыре, поэтому я вызвалась добровольно подождать в вестибюле. Через пару минут ожидание наскучило, поэтому я побрела к чайному столику и угостилась печеньками. Затем и печеньки надоели, и тогда я отправилась в дамскую комнату проверить прическу. Большая ошибка. Лучше бы я этого не делала. Пришлось вернуться к печенькам и прикарманить одну для Рекса.