Давным-давно
Шрифт:
Джим ничего не понимала, но согласно закивала, делая очень задумчивое выражение лица и одновременно — осторожные шаги в сторону двери. Да он же сумасшедший! В голове стучала лишь одна мысль: «Надо срочно сматываться!»
И она рванула со всех ног к выходу.
Незнакомец нахмурился. Стремительно преградил ей дорогу, оттесняя от дверей к кровати.
— А как же ответы? Разве тебе больше не интересно, как ты здесь оказалась, как я узнал, что ты девчонка, кто я такой?
Джим отрицательно покачала головой.
— Нет, спасибо, не сейчас.
— Конечно, уйдёшь, но мне бы хотелось сначала объясниться. — Он потянул её за собой, принуждая вернуться и сесть на кровать. — Не с того мы с тобой начали. Давай я для начала представлюсь тебе. — Встал, обеими руками аккуратно провёл вдоль висков, поправляя белые волосы, принял позу всевластителя и гордо проговорил:
— Арникус Лутас Сен Ативерн. — Перевёл дыхание, посмотрел на неё, удовлетворённо кивнул, видя неподдельное изумление на её лице и тихо добавил: — Потомственный вампир в семье потомственных первородных вампиров, единственный сын правящей династии Северного закрытого ковена Атлекхорн и будущий властитель вверенных земель и поданных.
Джим неподвижно сидела с открытым ртом и смотрела на юношу во все глаза. Спохватилась, поднялась с кровати, важно оправила на одежде все видимые и невидимые складочки, привычным движением провела по коротким непослушным кудряшкам, которые тут же встопорщились ещё сильнее в разные стороны, и тоже представилась:
— Джим Ветерн. — А потом скороговоркой быстро спросила: — А ты и правда самый настоящий вампир?
— Ты вообще слышала, что я тебе только что сказал? — Утвердительный кивок от совершенно не испугавшейся девчонки. — Я не просто вампир, я плохой вампир, и здесь я прячусь, точнее — меня прячут, потому что я наследник, потому что уже целый век на моих землях идёт война и ещё я…
— …жуткий урод, — почему-то вдруг вырвалось у неё изо рта, когда она вспомнила его рассуждения на тему её проживания в отдельном корпусе в полном одиночестве. Прозвучало тихо, но юноша всё же услышал.
— Это ты так считаешь, — обиженно проговорил он, — потому что на тебя не действует наша магия обаяния, а другие очень даже проявляют интерес к моей особе. При этом хочу заметить, мне нет разницы, кого очаровывать, не считая, конечно, некоторых представителей определённых рас нелюдей, но те просто от природы своей устойчивы.
— Нет-нет, я так не считаю. Сказала, потому что ты тоже живёшь в отдельном корпусе и в полном одиночестве, а значит, с тобой тоже никто не смог ужиться, как и со мной.
— Ну, хоть на том спасибо. Отдельно ото всех живу по совершенно другим причинам. — Повернулся к ней. — Джим, дружба со мной может оказаться очень сомнительной, но я хочу, чтобы ты знала: если ты её всё же примешь — это будет навсегда. Не вечно же я буду сидеть в этих стенах!
Джим смотрела на него широко распахнутыми глазами, не смея поверить в то, что только что услышала. «Что это? Он предлагает
— Моё имя Джим Ветерн. В Академии я появилась недавно, учиться начала чуть позже всех остальных. Для всех я мальчик. Это моя тайна. И я хотела бы, чтобы тайной это так и оставалось. То, что я девчонка, не ведают даже мои друзья. Но об этом знают: сам декан, «чёрный плащ», целительница ШельгаАраи и кое-кто из преподавателей, с которыми я ещё на первом курсе не встречалась, но знаю точно, я их видела раньше, когда они меня навещали в лазарете. А ещё я не знаю своей семьи, я не помню своей прошлой жизни, я не знаю, почему у меня такая причёска. — Нахмурила брови, грустно улыбнулась. — Может, я сама обстриглась? Всё равно не помню. А ещё я самый бестолковый и неуклюжий ученик в группе, мне с трудом даются науки, и моё тело с кровью и потом познаёт физические нагрузки. Но есть прогресс: я уже реже себе что-нибудь ломаю или же ломают мне. — Замолчала, перевела дыхание и спросила: — И ты, весь такой с множеством своих имён и титулов, предлагаешь мне свою дружбу? — Тот кивнул. — И тебя ничего не смущает? — Отрицательный кивок.
— Тогда я с благодарностью приму твоё доброе отношение ко мне и постараюсь отплатить тем же. — Широко улыбнулась и протянула ему руку для пожатия. Она бы сейчас не смогла и вспомнить, когда так много ещё говорила о себе.
Он протянул руку и крепко пожал маленькую ладонь. Посмотрел в окно. Там медленно поднималось солнце.
— Тебе надо уходить.
Джим кивнула, вырвала свою руку из крепких пожатий и рванула к двери. Взялась за массивную кованую ручку и услышала за спиной его насмешливый голос:
— Но я так и не ответил на вопросы.
— У тебя ещё будет время для этого. — Она смело посмотрела в его глаза. — Странно, но я раньше тебя не видела в академии.
— Потому что, Джим Ветерн, я так и хотел, чтобы меня никто не видел. Мне так было удобно. И это тоже моя тайна. И я хочу, чтобы тайной это пока и оставалось. — Джим снова кивнула. Не увидев на её лице ни презрения, ни страха, ни праздного любопытства, он искренне улыбнулся. — Думаю, мы с тобой поладим.
Джим выскочила в коридор и помчалась, куда глаза глядят. Мгновение — и её схватили сильные руки.
— Не туда бежишь! Надо в противоположную сторону. — Он развернул её тело вокруг своей оси, наклонился к самому уху и тихо прошептал. — Два поворота вправо, потом один налево, не пропусти маленький узкий и неприметный альков, тебе именно туда, за статуей находится потайная дверь. Потом вниз по ступенькам, снова направо — и ты в общем холе. Дальше разберёшься сама. — Он подтолкнул её. Джим, не оглядываясь, помчалась со всех ног теперь уже в нужном направлении, размышляя и всё больше удивляясь, как же она всё же умудрилась оказаться здесь и при этом ничего не запомнить. Она уже не слышала, как ей вслед тихо сказали: