Давид против Голиафа
Шрифт:
2.5. Культура
Кризис культуры в том, что для своего функционирования она должна играть на понижение смысла тех символов, которые использует, переходя от пострелигиозного (общечеловеческого) к «попсе» и дальше вниз.
Главная проблема культуры та же, что и главная проблема денег – ее всегда мало, и она всегда находится в состоянии инфляции.
Что такое инфляция денег, понятно каждому. Это значит, что сегодня за рубль можно купить меньше, чем вчера. А вот что такое инфляция культуры?
Возьмем высокий
На одном конце колоссальный груз подразумеваний, бездна мастерства, в итоге которых возникает шедевр. Вокруг этого шедевра веками идут споры, рождаются домыслы…
На другом конце у нас есть попсовая поделка, которую читают в метро, чтобы убить время. Это «высокая» инфляция, потому что «низкая» – это улыбка Джоконды на пластиковой сумке из супермаркета.
Культура возникает из переосмысления религиозных символов в человеческом ключе. Богомаз пишет по заказу церкви Деву Марию, а в качестве модели берет простую девушку. Потом приходит критик и объясняет, что Дева Мария – это просто повод для того, чтобы возвеличить обыденную человеческую женственность. С этого начинается. Кончается это массовой культурой, в которой завершается распад первоначальных символов.
С момента своего появления культура становится инструментом вытеснения обычных людей из сферы высших религиозных смыслов. Если религия для простого человека связана с этикой, с тем, что должно, культура концентрирует его внимание на эстетике, на том, что красиво. Это прием для того, чтобы заставить человека полюбить самого себя вместо того, чтобы любить Бога.
Культура освобождает от этики, потому что приучает к мысли, что «человек – широк». В человеке-де есть все. И, в конечном счете, ему все можно. А стало быть, если возможен в культуре Пласидо Доминго, то есть место и для Гарика Сукачева.
Культура изначально имитировала религию. Только она в качестве своего главного оправдания ввела в обиход идею «ценности». Торговое понятие, денежное, стало быть, еще раз сближающее культуру с низменной сферой финансов. И по мере того, как подвергается инфляции заложенное в культуру содержание, цены на культуру растут.
Она все в возрастающей степени становится привлекательным инвестиционным направлением.
А массы лишаются последнего контакта с «высоким»…
2.6. Информация
Кризис информации в том, что знак (в отличие от символа) совершенно не связан с пониманием, и, таким образом, расширение информационного потока ведет к уменьшению общей суммы знаний.
Самое распространенное заблуждение (которого не избежал даже Сократ) – это то, что «знание» есть обязательно «знание истины», то есть знание того, что есть на самом деле. Сократ шокировал своих современников и заставил цитировать себя бесчисленными поколениями живших после него философов, заявив, что единственное, что он знает, это то, что он ничего не знает!
Однако это не так. Сократ именно знал массу вещей, что и позволило ему сделать хотя бы выше приведенное высказывание. Он знал, по крайней мере, что такое то самое знание, которое, как он считал, у него отсутствует. Иными словами, у него была некая картина мира, которую он понимал.
Вот это самое главное. Знание не есть точное отражение того, что «на самом деле». Реальность вне нас проблематична. Может быть, ее и вообще нет, как подозревал Кант. Зато то, что есть точно, – это знание. Что же это такое? По сути, это то же самое, о
Понимание противоположно различению. Компьютер не понимает то, что он делает. В нем происходят операции различения, которые ничем не отличаются от химических или физических процессов. «Состояние» компьютера такое же, как состояние любого неживого предмета.
Понимание есть, прежде всего, соотношение с самим собой как понимающим. Человек, который узнает на фотографии знакомый пейзаж или сцену из собственной жизни, проходит две стадии в этом узнавании. Сначала он различает, то есть реагирует на сигнал, а затем понимает, на что он смотрит. Это понимание включает в себя обязательно присутствие самого себя в этом познавательном акте. Собственно говоря, такое понимание и есть подлинное знание. Все остальное может быть фальсифицировано.
Информация не имеет к этому состоянию понимания никакого отношения. Она сводится, в конечном счете, просто к различению сигналов. Буква «а» есть просто эта буква, никакая другая. Цветные мазки на картине не складываются вне понимания в осмысленное изображение, они так и остаются набором пятен. Программы для компьютеров пишутся, исходя из принципов именно такого различения, понимание к ним добавляет пользователь. Именно это делает идею искусственного интеллекта абсурдной. С какой бы скоростью ни проводил операции различения такой «интеллект», он все равно в действительности не будет отличаться от булыжника. Только живой человек обладает пониманием, потому что он знает о своей отдельности от того, что он воспринимает. Проблема информации в том, что, вытесняя знание из духовной сферы, она убивает в человеке его специфический статус «знающего». Информационный поток сегодня сводит любое отдельное сообщение на уровень цветного пятна. И хаос не складывается в картину. Еще недавно любые сведения, воспринимавшиеся человеком, были частью его картины мира. Сегодня человек тонет в море информации, которая остается для него совершенно чуждой и, в конечном счете, лишенной всякого смысла.
2.7. Образование
Кризис образования в том, что его задача – сделать из людей функциональный элемент общества, украв у них шанс на реализацию своей подлинной натуры.
Когда мы разъясняем необходимость образования, то говорим обычно: «Без этого нельзя стать полноценным человеком». Образование, в нашем понимании, – это путь к раскрытию и реализации человеческого потенциала, к тому, чтобы из родившегося «чистой доской» новорожденного сделать не какого-нибудь Маугли, а полноценного представителя своей цивилизации.
Вот здесь-то и находится камень преткновения. Что воспроизводится с помощью образования – личность или система? Мы обычно считаем, что личность, которая может раскрыться только усвоив картину мира и набор профессиональных навыков, достигнутых нашим обществом. Но есть не менее обоснованная позиция системы, которая нуждается в своем воспроизводстве, формируя соответствующих членов общества из сырого человеческого материала.
То, что к действительности ближе вторая точка зрения, подтверждается постоянным бунтом каждого очередного юного поколения против тесных рамок той матрицы, в которые его загоняют. В человеке изначально есть нечто, сопротивляющееся видению мира, способу мышления, которые навязываются ему его средой с момента появления на свет. Конечно, сил на бунт хватает только в молодые годы, пока еще не завершен процесс формирования и «замораживания» конечного продукта.