Даррелл. Тетралогия
Шрифт:
— Тебя мама не учила, что воровать не хорошо? — не скрывая злости, подошел я к пацану.
— Я ничего не брал, — обернулся ко мне Пахом.
— А книга к тебе в руки сама прилетела, так?
— Мне ее дали, — набычился парень.
— Ты реально дебил или прикидываешься? — не выдержал я, глядя на то, как грязные пальцы пачкают страницы книги. — Верни то, что тебе не принадлежит.
— Чего кричишь, барчук? — нарисовался Ждан, явно чувствуя свое превосходство в окружении группы поддержки.
— Я жду, — не обращая внимания на подошедших, обратился я к Пахому, который уже порывался
— Не так быстро. Мы может тоже хотим почитать. Учитель не права, выбрав себе любимчика.
— Ждан, вот скажи, — обратился я к старосте группы, — вас наказание болью ничему не научило? Или тебе Пахома не жаль?
— А ты разве нас сдашь? Я ведь вижу, чего ты добиваешься, хочешь другом стать для всех и ведь ведутся пацаны на твое лживое дружелюбие. А я знаю — гнилой ты человек, как и все дворяне. Ну давай, пожалуйся наставнику, покажи каков ты на самом деле.
Ждан понимал, чем мне грозит такое поведение. Стукачей не любят нигде, и не в моих интересах идти к наставнику, чтобы требовать справедливость.
В любом случае книгу нужно было возвращать, и раз отдавать ее мне не собирались, а на испуг этих четверых взять не удалось, придется действовать жестко.
— Твоя правда, Ждан, — усмехнулся я, — не стоит беспокоить куратора, ну тогда и ты не обессудь.
Сказав это, я без лишних предупреждений зарядил ближайшему пацану, имени которого даже не знал, прямой в челюсть. От удара ошалевший парнишка упал на пятую точку, а я уже перешел к наступлению на следующего противника, но эффект неожиданности был утрачен и меня встретил яростный отпор.
Трое против одного — это много даже для подготовленного бойца, что уж говорить про меня. Нет, будь я в своем прежнем теле, закаленном тренировками и вбитыми рефлексами уличных драк, то шансов у трех пацанов, еще не вошедших в период зрелости, не было бы никаких, но сейчас все обстояло совсем иначе.
От первого кулака, летящего мне в голову, я сумел увернутся и даже изобразил что-то вроде контратаки, но в следующий момент Пахом, просто прыгнул на меня, пытаясь подмять под свое грузное тело. И это ему почти удалось — раздался треск формы и на рукаве появилась длинная прореха.
Удар коленом слегка умерил пыл этого прыгуна, но на этом мои успехи кончились — чей-то кулак с размаху впечатался мне в ухо, отчего в глазах вспыхнул фейерверк искр, затем последовали еще удары, я в меру своих сил отвечал, и кажется даже уложил одного, но все же силы были неравны.
В какой-то момент я оказался на земле и понял одну вещь — сейчас меня начнут просто втаптывать в землю. Вариантов оставалось немного, и раз победить мне уже не светило, я как можно плотнее сгруппировался, защищая внутренности и попытался просто минимизировать ущерб, подставляя под удары руки и ноги. Именно тогда, в попытках найти выход из ситуации в голову пришла мысль, что я вообще-то маг, пусть и начинающий.
На каком-то адреналиновом кураже я почувствовал пульсирование силы и в безумном желании избавиться от атакующих, зачерпнул энергию магического поля и просто выплеснул ее с максимально возможной силой. Во все стороны шрапнелью выстрелили кусочки камня, земли, травы и всего, что
Глава 13 Наказание
Глаза мужчины пылали гневом. Он явно был на взводе и ждать, что наша потасовка останется без должного наказания, не приходилось.
Все разговоры Леонид решил приберечь на потом, а прежде начал внимательно осматривать стонущих от боли пацанов. Матерясь сквозь зубы, куратор бесцеремонно, не обращая внимания на вскрики потерпевших, осматривал раны, прикладывая то и дело руки к кровоточащим царапинам, если они заслуживали его внимания.
Судя по всему, моя внезапная шрапнельная атака хоть и оказалась довольно действенной, но серьезных повреждений не нанесла. Под руками Леонида кровь, медленно пропитывающая одежду курсантов, останавливалась, а сами они замолкали. Одним за другим пацаны получали своеобразную первую медицинскую помощь, и последним, что характерно, свою долю лечения получил Ждан. С другой стороны, в мою сторону куратор вообще не смотрел, то ли с первого взгляда определил, что я могу обойтись без лечения, то ли просто проявлял свое отношения.
Хотя, если оценивать мое состояние без лишних эмоций, медицинской помощи мне действительно не требовалось. Ждан со своими дружками конечно успели пару раз чувствительно приложиться по ребрам, но ничего серьезного отбить не успели. По крайней мере, была надежда, что почки и печень завтра болеть не будут, а синяки заживут, и не в таких передрягах бывал.
Минут через Леонид закончил экспресс лечение. К этому времени, вокруг нас уже собрались почти все пацаны первого курса, как наши, так и из второй группы, но ближе нескольких метров подходить не рискнули и замерли, в ожидании, что же скажет куратор.
Убрав руки от последнего пострадавшего, Леонид отступил на пару шагов и, окинув нас мрачным взором, задал самый ожидаемый вопрос:
— Что здесь произошло? Я хочу знать все, от начала и до конца. Почему вы четверо, избивали Даррела, и зачем ты, барчук, напал на своих сокурсников с помощью магии?
— Мы тут вообще не при делах! — Завопил тонким голосом Кисляк — вертлявый парень, первым пострадавший от моей руки, — мы разговаривали, а потом он мне вдруг в глаз ударил, ну и понеслась. Мы тут вообще не при чем!
— О чем общались? — не повышая голоса спросил Леонид, но я чувствовал его раздражение.
— Ну так, о разном, — невнятно ответил Кисляк и отступил за спину Ждана.
— Даррел, — обратился куратор, — твоя версия.
— У нас возникли разногласия о методах обучения, — ответил я, — которые трудно было решить, не прибегая к физическому воздействию.
— То есть дело не в той книге, что лежит сейчас на земле? — Леонид кивнул на объект раздора.
— Косвенно. Мы немного разошлись во мнениях относительно нескольких глав.