Даррелл. Тетралогия
Шрифт:
Так что скучать не приходилось. Времени на все не хватало. Магией удавалось заниматься утром и вечером, а остальное время отнимали другие уроки. За месяц пацаны из группы более-менее освоили чтение и вместо прекрасных часов, которые я мог провести за изучением нужных мне книг, начались уроки истории. И ладно бы что-то интересное, так нет, все курсанты наизусть зубрили родословную князя Орлова, и самых знатных родов княжества. И отлынивать не получалось — удар деревянной линейкой по голове при неправильных ответах отлично мотивировал
Немного лучше дела обстояли с физической подготовкой. Мое тело за прошедшее время привыкло к нагрузкам и уже не так болезненно реагировало на длительные пробежки и силовые упражнения. К тому же в программу тренировок включили элементы йоги, правда, никто не объяснил с какой целью.
А вот с мечом мы так и не подружились. Учитель Михаил, не раз и не два проходился по моим скудным умениям и природной косорукости. А я не мог с собой ничего поделать. Ну не воспринимал я эти деревянные поделки как оружие. Палка — она и в Африке палка, как ее не назови.
Оставалась надежда, что вскоре все изменится. Как уже было сказано, пацаны начали чувствовать магию, а это означало, что в ближайшем будущем мы перестанем изображать средневековых рыцарей с деревянными мечами и начнем совмещать оружие и магию.
Решился кстати и вопрос с женским полом. В то утро, после взбучки полученной от наставника, я отправился к Веронике, чтобы получить новый комплект одежды взамен испорченной. И еще раз увидев вблизи все прелести девушки, начал осаду на ее сердце, а точнее постель с новой силой, что в итоге привело к нужному результату. Не скажу что это было легко, но своего я добился, пусть и не сразу.
Взглядами Вероника обладала довольно свободными и никаких матримониальных планов в моем отношении не строила. Имелись у меня правда опасения, что я у девушки не один такой, но с этим приходилось мириться.
Как бы то ни было, но теперь я мог куда более спокойно смотреть на периодически мелькающих перед глазами девушек.
Жизнь наладилась. Я привык к интернату, и вполне себе вписался в местную жизнь, поэтому слова наставника Леонида, произнесенные в одно прекрасное утро, оказались для меня весьма неприятным, хотя и ожидаемым сюрпризом.
— Даррелл, — позвал он меня, когда на занятии по истории мы в очередной раз повторяли, длинную родословную князя Орлова. — К тебе приехал дядя.
Глава 14 Алые всполохи
Встреча с дядей произошла в кабинете директора. Владимир Гордеев, ощутимо загоревший и немного похудевший, отчего его длинный нос еще сильнее начал выделяться на аристократическом лице, сидел в мягком, удобном кресле и непринужденно беседовал с Макаром Тимуровичем, держа в руках чашку ароматного кофе.
— Даррелл, — воскликнул дядя, увидев меня в проеме двери, — как же я рад, что с тобой все в порядке! Макар Тимурович, прошу простить мою эмоциональность, но
— Ну что вы, Владимир Викторович, — прогудел директор, — я вас прекрасно понимаю. Знаете, давненько я не проверял работу своих подчиненных. Вы тут поболтайте, а я минут через десять вернусь.
— Это совершенно не обязательно, мы можем поговорить где-нибудь в другом месте.
— Не переживайте, мне действительно стоит размяться, — заверил директор, после чего поднялся со стула и, с хрустом потянувшись, направился к двери.
Даррелл, — вновь обратился ко мне дядя, как только Макар Тимурович вышел из кабинета, а я уселся в кресло напротив, — давай поговорим на чистоту. Агнетт конечно пыталась мне доказать, что перебраться в интернат было только твоей инициативой, но я слишком хорошо знаю свою жену. Понятия не имею, что у вас с ней произошло, однако это не повод сбегать из дома. Тебе тут не место.
— Мне нравиться здесь. И вы зря сомневаетесь в словах Агнетт, поступить сюда — действительно моя идея. Я хочу научиться защищать себя и своих родных, произошедшее с родителями очень сильно на меня повлияло.
— Прекрасно понимаю твои мотивы, но есть куда более простые способы достичь желанной цели, — гнул свою линию Владимир. — Мы наймем тебе лучших учителей и обеспечим отличное образование. Если захочешь, то можешь потом пойти на службу князю, но уже на достойную офицерскую должность. Здесь тебя ничего хорошего не ждет. Ты ведь даже не представляешь с какой целью существует данное заведение.
— Здесь учат тех, в ком проснулся дар. Разве не так? — с подозрением спросил я.
— Не совсем, — понизил голос дядя. — Скажи, ты знаешь сколько новых дворянских родов появилось за последние десять лет?
— Нет, память ко мне не вернулась, а такие вещи мы не изучали.
— Очень жаль, — вздохнул Владимир, — тогда я тебе так скажу — четыре. Четыре человека удостоились дворянского звания. Как думаешь, много это?
— Да не особо, — ответил я, прикинув в уме ежегодное число подростков, попадающих в интернаты.
— Вот именно — не особо. Нет у княжества цели плодить дворян, особенно прошедших боевую подготовку. Хватает и тех родов, что уже существуют. Задача интернатов — собрать этих стенах простонародье, в чьих жилах внезапно проснулся дар. Самые слабые умрут еще на первых этапах обучения, остальные в войнах и пограничных конфликтах.
— Зачем? — невольно вырвалось у меня, хотя ответ я и так знал.
— Потому что нельзя оставлять магов без присмотра. Князю не нужны одаренные, засевшие где-то в лесах. Вчерашний крестьянин, получивший силу, может стать угрозой власти.