Дарк Кэш
Шрифт:
Периодически мы встречаем охранников, которые курят в здании, развлекаются игрой в карты или пьют алкоголь. Они все хорошо вооружены, полагаю, на всякий случай.
Дрейк, молча, кивает каждому из мужчин, в то время как те проявляют уважение и покорность. У меня возникает странное чувство, по мере того, как мы проходим проход за проходом, все глубже и глубже проникая в самое нутро этого здания.
Это мучительное чувство, что я в ловушке, управляет моим страхом и всеми кошмарами, которые растут во мне.
Кажется,
Вероятно, это была комната отдыха для заключенных...
В помещении стоит бильярдный стол, настольный футбол, настольный теннис и различные столы со стульями, за которыми расположились люди Дрейка.
Вокруг валяются бутылки со спиртным, непристойные журналы и коробки от пиццы.
Уютно. Не хватает ароматической свечки, и атмосфера была бы идеальной. Нет.
Я то и дело ловлю на себе похотливые взгляды. Взгляды, которые мне абсолютно не нравятся. Но когда вижу позади Эйса, чувствую себя более защищенной. В конце концов, речь идет о двадцати вооруженных мужчинах.
Куда я вообще попала?
Дрейк не заморачивается, чтобы представить меня своей орде, и просто пересекает комнату — а мы с Эйсом плотно следуем за ним. Есть красивая поговорка: Лев не должен говорить остальным животным, что он царь — звери и так это знают. И его люди знают, что Дрейк здесь главный.
Власть сексуальна. Чертовски сексуальна.
Он проходит дальше вдоль камер заключенных и сквозь множество тяжелых дверей, которые, в итоге, закрываются.
Эта женская тюрьма больше похожа на лабиринт! Одна я бы в жизни не выбралась отсюда, не говоря уже о том, чтобы пройти мимо охранников.
Еще одна дверь преграждает нам путь, и Дрейк ее открывает. Наконец, он говорит:
— Вот мы и пришли...
За последним коридором скрывается несколько открытых дверей, в которые я с любопытством заглядываю.
Вероятно, раньше здесь были раздевалки и комната отдыха для охранников, а также радиоцентр, который Дрейк со своими братьями перестроили. Диван, пальма юкка и различные предметы мебели украшают помещение, а также что-то очень мне знакомое!
Золото!
Оно лежит тут просто так, сложенное пирамидками!
При виде золота у меня на короткий миг останавливается сердце. Даже для меня, как для работника банка, это не обычное дело!
— Ты остановишься здесь. — Дрейк указывает на комнату, где стоит большая кровать и шкаф. В ней даже есть небольшое окошко, через которое можно увидеть звезды. Романтика. Если бы не решетка. — Здесь всегда будет кто-то из главных. Сегодня ночью останусь я, завтра Эйс. Мы приготовим все для того, чтобы я получил информацию о выкупе... — Дрейк улыбается, говоря это.
— Во что ты меня втянул? — устало спрашиваю
Он обнимает меня и прижимает к своему телу. В данный момент я чувствую максимальную защищенность, которую он мне может дать.
— Я поставил вещи и переноску с кошками в комнату. — Эйс смотрит на часы и продолжает: — Я заступаю в ночную смену. Не хочу вызвать подозрения... — он кивает мне и Дрейку и покидает помещение.
Я всхлипываю и хватаюсь за одежду Дрейка.
— А теперь ты расскажешь мне все, что задумал!
— Хорошо.
Но в первую очередь я выпускаю Лу-Белль и Крэша на свободу. Самое замечательное в этой переноске, пожалуй, то, что в нижней ее части находится кошачий туалет, и его можно с легкостью снять. Корм я тоже прихватила с собой, но они должны будут делиться одной миской.
После того, как позаботилась о них, сажусь на кровать рядом с Дрейком. Я вижу, что он что-то держит в своих руках, что мне не очень нравится.
— Что это?
— Наручники и кандалы для ног. Когда через несколько дней тебя освободят, на твоем теле должны остаться следы, чтобы все выглядело более правдоподобно. — Я с готовностью протягиваю ему руки и ноги, он надевает наручники, но сразу же снимает их.
— Позже. Не сейчас. Будет достаточно, если я прикую тебя сегодня ночью. — Я чертовски этому рада, потому что каждый наручник достаточно тяжелый.
— Ну, так что ты задумал? — спрашиваю Дрейка, который, улыбаясь, смотрит на меня.
— У меня идеальный план. Но ты должна подыграть...
Я внимательно слушаю, что он мне рассказывает.
И медленно начинаю понимать, что он имеет в виду под «кайфом», когда он и его люди грабят банки.
— План идеальный. Ничего не случится. Ни с тобой, ни с нами.
— Почему ты мне доверяешь? Я могла бы предать тебя. Вы оставили в тюрьме так много следов, что не составило бы труда доказать, что это вы...
— Нет, потому что в лаборатории криминальной полиции работают люди, которые относятся к нам. Мы можем оставить здесь клок волос, и никто и предположить не сможет, что он принадлежит одному из нас. Наши масштабы доходят до властей, различных охранных предприятий и полиции в пределах этой страны. Ничего не случится...
— Это не лишает тебя «кайфа»? — спрашиваю я.
— Нет. Это все еще достаточно будоражит. В конце концов, я не хочу, чтобы пострадали невинные.
Мне нравится эта небольшая мягкая сторона Дрейка. Я закрываю глаза и прижимаюсь к его плечу.
— Ты преследовал меня сегодня на озере, в супермаркете и в лифте... зачем все это?
— Я хотел знать, насколько далеко ты готова зайти. Вообще-то, сегодня я собирался притащить тебя сюда насильно. Но ты доказала, что можешь меня обыграть, и...