Дарк Кэш

Винтер Лаура

— Ты ужасен... — рычу я напротив его губ, при этом расстегивая его брюки. Жадно засовываю руку в его боксеры, вынимая его возбуждение наружу. Я люблю его член, но гораздо больше я люблю его в себе, чем в своей руке.

— Ну же, трахни меня наконец! — задыхаясь, говорю я, и начинаю тереться о него.

— Твое красивое платье может помяться...

— Плевать! — вид Дрейка в костюме возбуждал меня весь вечер. Черный костюм с белой рубашкой и галстуком — женская страсть,

люблю я повторять, и это так и есть, ведь правда?

— На тебе есть трусики?

— Нет, на мне ничего нет под этим платьем, — выдыхаю в его губы. Я вижу, как он жадно смотрит на меня, несмотря на то, что в темноте его лица почти не видно.

— Повернись! — приказывает он мне, и я, разумеется, не колеблюсь ни секунды. Тут же повинуюсь его желанию и поворачиваюсь к нему спиной. При этом опираюсь на стол, на котором лежат различные документы.

Дрейк проводит руками по моей спине, одновременно прижимаясь своей твердостью к моей попке.

Потом чувствую, как кончики его пальцев блуждают под платьем. Грубо сжимают мою грудь, спускаются вниз по животу между ног. При этом он прижимает свое тело к моему и хрипит мне на ухо:

— Как давно ты уже влажная?

Я улыбаюсь и отвечаю ему:

— С первого момента, как увидела тебя... — какая женщина не возбудилась бы, если бы такой мужчина, как Дрейк, стоял перед ней?

Его пальцы массируют мои половые губы, лаская дико пульсирующий клитор, и заботятся о том, что я кончу через несколько мгновений. Но Дрейк уже знает меня и мое тело так же хорошо, как и я сама, поэтому прекращает свои действия.

— Ты ненасытна... — говорит он и снимает платье с моих плеч так, что ткань падает на бедра.

Он еще раз ласково касается моей груди, в то время как его член уже скользит между моих ног, наслаждаясь влагой. Я сжимаю бедра и наклоняюсь еще немного вперед. Таким образом его твердость прижимается к моему клитору, и я снова получаю стимуляцию.

Снова и снова я смотрю на дверь и надеюсь, что никто не стоит за ней или не зайдет в комнату.

Дрейк нежно толкает меня, и я не могу больше молчать. Возбужденно стону, когда он кладет руки мне на бедра и полностью проникает в меня.

Я опираюсь лишь кончиками пальцев, когда он крепко прижимает меня к себе.

Стол начинает покачиваться, так как мои бедра натыкаются на него, и некоторые предметы — предположительно чашка, папка с документами и другие — падают.

Снова мои глаза устремляются к двери. Мое сердце бьется все быстрее — потому что опасность быть пойманными возбуждает так же сильно, как и знание, кто именно позаботится о том, чтобы я могла испытать чудесный и интенсивный оргазм.

Я протягиваю

руки назад и пытаюсь ухватиться за его костюм, чтобы можно было держаться за Дрейка. Не так-то просто, когда он мощно трахает меня, и я при каждом толчке думаю, что теряю рассудок.

Его руки сжимают мою грудь, а губы касаются шеи. Языком он облизывает обнаженную кожу и возбужденно стонет, когда снова и снова проникает в меня.

Конечно, через вздохи и стоны я позволяю ему знать, насколько возбуждающей нахожу эту ситуацию, пока он достигает своей кульминации, и я чувствую его жар внутри себя.

Измотанная, я снова опираюсь на стол перед собой и на мгновение замираю, пока Дрейк отстраняется от меня. Мне нужно еще мгновение…

Довольная, я стою и улыбаюсь в темноту. Тьма уже давно поглотила меня. Но я не заблудилась, хотя выхода нет. Потому что Дрейк на моей стороне. Он берет мою руку и крепко сжимает ее.

Пока он со мной, в моей жизни всегда будет свет.

Мы снова выпрямляемся и открываем дверь. Никого не видно.

— Именно поэтому я хотел тебя, Кэс, — говорит Дрейк.

— Почему?

— Ты знаешь, чего хочешь. И если тебе чего-то хочется, ты берешь это. Это свойство, которым я очень хорошо могу охарактеризовать себя. — Он поправляет галстук, а я ткань платья, прежде чем мы продолжаем идти по темному коридору.

— Теперь ты расскажешь мне, что мы делали тогда при нашей первой встрече? — Дрейк до сих пор молчал, что меня вполне устраивало.

— Скажем так... ты была очень, очень настойчивой. И твои бонсай произвели на меня впечатление. Мы, наверное, четыре часа только о них и говорили…

— Ты, наверное, единственный мужчина в мире, на которого я могла бы произвести впечатление хорошо подстриженными бонсай.

— Ну, это же правда... — он начинает смеяться и берет меня за руку, чтобы я не споткнулась о ящики, которые беспорядочно валяются на полу.

— Кстати, я встретила главного комиссара. В буфете, — говорю я Дрейку.

— И что он сказал? — интересуется он.

— Он все знает.

— Ага. Как я и предполагал. Я бы сказал... битва только началась. Что ты думаешь? — Дрейк останавливается и смотрит на меня. На заднем плане слышна музыка. В коридор падает немного света, который позволяет распознавать некоторые цвета окружающей среды.

Я пристально смотрю Дрейку в глаза. В эту бесконечную черноту с зеленым отливом, что так волшебно притягивала меня еще со времен нашей первой встречи.

Улыбаясь, я сжимаю его руку крепче и уверенным голосом говорю:

— Да, битва только началась.