Дарк Кэш
Шрифт:
Прежде чем он спросит за что, объясняю:
— Спасибо, что ты не воспользовался ситуацией. И спасибо за вкусный завтрак. И... прежде всего, спасибо за то, что после моего позорного выступления сегодня ночью ты не сбежал от меня, куда глаза глядят.
Дрейк таинственно улыбается и говорит:
— Женщина, которая в опьяненном состоянии способна целенаправленно попасть трусиками мне прямо в лицо, несмотря на то, что между нами было расстояние около двух метров, и она сидела на полу, кудахтая...
Вообще-то в таких подробностях я не хотела этого знать. Но зато теперь я представляю, куда делось мое нижнее белье.
Я вздыхаю и говорю:
— В данный момент я должна разобраться со своей жизнью. Сейчас я сама не знаю, чего хочу, или правильно ли я выбрала путь, по которому иду.
— Ты не торопишься и правильно делаешь. Мы взрослые люди и можем делать все, что нам хочется. Но я хочу попросить тебя кое о чем... — он говорит это спокойным голосом, и я поднимаю на него взгляд в ожидании, что он скажет дальше. — Не пытайся больше сделать так, чтобы я ревновал. В следующий раз это может произвести противоположный эффект.
— Обещаю. — В этом был виноват алкоголь, а может даже спонтанность Эйса. Обычно я ничего подобного не делаю. Ладно. Обычно я и не бросаю трусики мужчинам в лицо. Так кто же может быть уверенным в том, что в будущем я не буду вести себя странно?
— Хорошо. — Дрейк допивает свой кофе и поднимается.
— К сожалению, мне пора, хотя я бы с удовольствием остался бы здесь и пообщался с тобой. — Он слегка напряженно смотрит на свои часы, а потом еще раз на мои бонсай, которые красиво расставлены на комоде возле балкона.
— Ты действительно потрясающе за ними ухаживаешь. Возможно, моей маме тоже необходима женская рука. Ну... иногда. — Тонкий намек и комплимент, который я очень ценю.
— Я бы с удовольствием на нее посмотрела. Когда-нибудь. — Это не ставит нас во временные рамки.
Меня очень удивляет, почему он идет в коридор с голым торсом, надевая сверху пальто.
— Эмм... а что произошло с твоей рубашкой? — слегка озадачено спрашиваю я.
— А ты не помнишь? — мог бы и не спрашивать.
— Нет? — извиняющимся взглядом, смотрю на него, подозревая, что в этом виновата тоже я.
— В случае если ты когда-нибудь найдешь несколько пуговиц в своей спальне, где-то под шкафом или в люстре, то можешь вернуть их назад. — О, Господи. Что же такое я вытворяла?
— А пальто?
— Когда я нес тебя из машины домой, то завернул в него, чтобы ты не замерзла. — Он такой милый...
— Спасибо, — выдыхаю я, когда он, к сожалению, надевает черное пальто. Я бы с удовольствием снова его раздела.
Вздыхаю и подхожу немного ближе.
— Так что... — смущенно начинаю я и делаю еще один шаг к нему.
— Созвонимся? —
— Да. Я позвоню. Обещаю. — Я поправляю свою хоккейную футболку поверх темно-розовых леггинсов и хочу еще что-то сказать. Но моя храбрость покинула меня. Надеюсь, я снова найду ее...
Возможно, когда начну искать его пуговицы?
— Ах да. Еще кое-что, — вдруг говорит Дрейк, когда уже собирается уходить. Убирает руку от дверной ручки и поворачивается ко мне.
— Да?
Он подходит ближе. Еще ближе. Так близко, что я отступаю назад до тех пор, пока не упираюсь спиной в стену. Он поднимает руки, берет мое лицо и страстно целует. Удивленно и счастливо я выдыхаю в его поцелуй, на который совершенно не рассчитывала! Поднимаю руки и уже хочу положить их ему на грудь, или может лучше оставить на стене?
Всего этого слишком много!
Его губы прижимаются к моим, язык врывается в мой рот. Я полностью подчиняюсь его требованию и чувствую, как он жаждет большего. Ох, проклятье... он так хорошо целуется, что у меня подкашиваются ноги.
Но, к сожалению, поцелуй заканчивается.
Когда он его разрывает, то шепчет в мои губы:
— Чтобы ты не забыла. Если хочешь, их будет больше. — Если я хочу? Если Я хочу?! Конечно, хочу! Что за вопрос?
Я крепко сжимаю зубы и пытаюсь не слишком очевидно сглотнуть, чтобы не показать, насколько понравился мне его поцелуй. Но когда я все-таки выдыхаю через нос, прекрасно слышно, что я дрожу от возбуждения. Это вызывает у него улыбку. Черт!
Я вздыхаю и опускаю взгляд, прежде чем снова посмотреть на него с абсолютной уверенностью в себе.
— У меня есть твой номер... — если бы я это смогла сказать возбужденно, не простонав при этом и не покраснев, как помидор — тогда да, это прозвучало бы убедительнее.
Дрейк понимающе кивает мне и молча покидает мою квартиру. Как только дверь закрывается, я вдыхаю и задерживаю дыхание. Прижимаюсь щекой к двери и прислушиваюсь к его шагам.
Только когда его шаги затихают вдалеке, я в состоянии выдохнуть и, прижав руку к груди, хихикаю от счастья.
Его поцелуй сразил меня наповал!
Было бы еще лучше, если бы я так не опозорилась этой ночью.
Но потом я кое о чем вспоминаю: камеры! Точно... по всей квартире понаставлены камеры, и они точно все записали!
К сожалению, меня ждет разочарование... Все камеры показывают лишь черную картинку. Каждая из них! Вот дерьмо!
Я удаляю все с карт памяти и снова устанавливаю их. Возможно, мне периодически нужно так делать, чтобы память не была забита, за что, уверена, должна поблагодарить своих котов.
Или же...