Дар
Шрифт:
— Никакая Евдокия не моя! Она мне незнакома! — возразила Лара.
— Та шо ты кажешь! А як же ж та чернэнька кошка, шо тэбэ едва не схарчила? — прищурилась Фаина, перейдя на кубанское балаканье. Кстати, её яркой красоте и длинной косе это очень даже шло. Но, став серьёзной, она продолжила: — Полуночница Евдокия уже лет двести как потеряла человеческий облик и в виде оборотня творит тёмные дела. Она — хитрая бестия. Нам, Хранителям клана, редко удаётся таких уличить в нарушениях — умеет она обходить Покон.
— Покон?
— Так называется свод законов для владеющих силой, — пояснила Фаина.
— Так это была не кошка? — удивилась та. — А как же когти, клыки и… вообще?
— Это была чёрная ведьма и этим всё сказано, — махнула рукой Фаина. — Хотя, не все ведуньи таковы. Например — Бондарчиха, которая вас сюда прислала. Она многих людей спасла — от порч и заговоров, от злобы и зависти, от ревности и недоброжелательства! Боюсь даже представить, какой Евдокия станет, если добавит ещё и твою нерастраченную силу, — покачала головой Фаина. — С Ариной-то было непросто, — вздохнула она, — а уж с ней, не раз уж умножившей свою тёмную силу, хлебнём бед.
— Надеюсь, вы этого не допустите, — сказала Лара. — Поможете мне?
— Уж постараюсь, сделаю, что смогу, — нахмурилась ведунья.
— Если вы так хорошо знали Арину, мою маму, расскажите мне о ней, — попросила Лара, — Какая она была? Красивая?
— Знала, к сожалению, — нехорошо усмехнулась ведунья. — И ты очень похожа на неё. Рада, что только внешне.
Теперь-то Лара понимала, почему Фаина так нелюбезно посматривала на неё. Видно, у них с Ариной были непростые отношения и старые счёты.
— Скажите, Фаина, почему моя мама умерла? — спросила она. — Почему не пережила роды? Ведь для многих женщин это не смертельно. Вы говорите — она была сильной ведуньей. И… это, даже умела не стареть, как вы. Непонятно. Почему злая Евдокия до сих пор живёт, а её нет? Я уверена — мама была не настолько плохим человеком.
— Хотелось бы верить, но не могу. Знаешь, её счёты с жизнью и смертью меня не касаются, — нахмурилась Фаина. — Мне своих забот с кланом хватает. Когда Арина вышла замуж и немного утихомирилась, я только обрадовалась и далее мало ею интересовалась. Знаю только, что твоё рождение она не пережила. Не ведаю и то, почему она закрыла твой дар. Это всё дела вашего рода. И вернётся ли твой дар к тебе, теперь зависит только от Арины. Я лишь помогу вам встретиться.
— Как — встретиться? Она же умерла! — растерялась Лара.
— Какая ты ещё юная и неискушённая! — вздохнула Фаина. — Даже жаль тебя портить. Но делать нечего — пора тебе уже умнеть, Лара, и становиться жёсткой. А то пропадёшь, попав в пасть кому-то охочему до чужого добра. Или — по наивности — станешь для нас, Хранителей Покона, источником новых неприятностей. Как, впрочем, для себя и для людей.
Смерти нет, милочка. Есть разные формы жизни — в том или ином теле.
— И в какой… форме сейчас моя мама? — растерялась Лара.
— Сама увидишь. Я той стороной не распоряжаюсь и предсказать ничего не могу, — сказала Фаина.
— А что — дар мне обязательно надо вернуть? Я что, ведьмой стану? — растерялась Лара.
Она ожидала неких пассов, советов, в крайнем случае, но такое….
— Ведьмой или ведуньей это уж тебе выбирать. Но я не думаю, что из тебя получиться ведьма, — усмехнулась та. — Как говорят — харизма не та.
Ой, — зябко поёжилась Лара — её уже бил мандраж. И от встречи, и от того, что она принесёт.
— А вот трусить не надо, — повысила голос Фаина. — Иначе ваш контакт может сорваться. Там всё очень тонко и неустойчиво. Это не наш материальный мир…
— Хорошо, — взяла себя в руки Лара. — Не буду бояться. Это же моя мама, она не причинит мне худого. Так ведь? В любой форме. И знает, что для меня лучше…
— Правильно мыслишь, деточка. Итак, начинаем сеанс потусторонней связи! — поднялась с лавки Фаина.
Глава 11
Арина
Что сделала Фаина дальше, Лара не заметила — слишком она была взволнована. Может, та совершила некий пас или тихо произнесла какое-то слово, но вдруг посреди комнаты появилась фигура.
Эта женщина в тёмном одеянии с длинными пышными волосами, была очень похожая на Лару. Только её лицо было грустным, глаза потухшие, а уголки губ печально опущены. Она стояла неподвижно, опустив взор.
— Асмодина-Аралия-Арина! — громким голом сказала Фаина, женщина, вздрогнув, подняла на неё глаза.
И тут Лара заметила, что Фаина теперь совсем другая. Это была высокая женщина с гордой осанкой, одетая в белую римскую тогу и золотые плетёные сандалии. Её русые волосы, украшенные золотой тиарой, были уложены в причёску из тугих завитков. При взгляде на неё вспоминались греческие скульптуры богинь из музеев.
— Одна из владеющих силой, живущая в мире теней, я снимаю с тебя печать молчания! — объявила Фаина.
И женщина посреди комнаты, сделав глубокий вдох, будто отмерла, а взор её синих глаз обвёл комнату.
— Доченька! — глухо вскрикнула она, увидев Лару.
— Мама! — отозвалась та, бросившись к ней.
Но, не добежав, упала, как подкошенная, будто ударившись о невидимую преграду или откинутая невидимой силой.
Фаина, подав девушке руку и помогая встать, сказала:
— Тебе туда ещё рано, Лара! Забыла предупредить — мир мёртвых и мир живых разделены непреодолимой преградой.
— Я хотела её обнять! — тихо сказала девушка.
— Я бы могла тебе сказать — обниметесь потом, когда обе будете по ту сторону. Но и это вряд ли. У вас с Ариной пока разные дороги, — тихо сказала Фаина.