Дар ведьмы

Ахминеева Нина

Ни в холле, ни по дороге в библиотеку я никого не встретила. Если это не очередной выверт замка, то, скорее всего, студенты на лекциях. Рыжик прогуливает или отпросился? Впрочем, не столь важно. Пришел — и ладушки.

Молодой человек встал, одернул полы форменного темно-синего кителя.

— Рад вас видеть, — он сдержанно поклонился.

Приблизившись к юноше, я села за его стол, заложила ногу за ногу.

— Взаимно, — ответила любезно.

Зря куртку надела. После пробежки неимоверно жарко. И не разденешься: наверняка

на рубашке появились следы от пота. Придется терпеть.

Привидение подлетело ближе, зависло в проходе. Скрестив руки на груди, дева угрюмо взирала на юношу.

Молодой человек никак не отреагировал на призрачную боярышню. Он опустился на свой стул и с достоинством сказал:

— Разрешите представиться: дворянин Максим Павлович Рыжов.

Подходящая фамилия. Интересно, в их семье все рыжие? Или только этого парня солнышко полюбило?

— Александра.

— И все? — Рыжов вопросительно приподнял брови. Я промолчала. — Приношу извинения за бестактность, — румянец окрасил светлую кожу симпатичного парня. — Впредь постараюсь не задавать вам неуместных вопросов.

Пфф, таким меня не смутить. Но говорить об этом не стану. Не собираюсь и откровенничать. Пора переходить к теме собрания.

— При нашей первой встрече вы меня удивили своей осведомленностью о ведьмах.

— Я дворянин, и у меня две сестры, — выдал Максим.

Отличный ответ. Только мне он ничего не дает.

— Поделитесь тем, что знаете о метке ведьмы? Мне действительно интересно, — я подбадривающе улыбнулась, скрестив пальцы на удачу.

Рыжов ненадолго задумался и приступил к рассказу:

— Когда появились первые ведьмы, доподлинно не известно. Дар проявлялся исключительно у девушек из знатных родов. Они лечили травами практически любые недуги, могли превратить дурнушку в красавицу, сделать так, чтобы с полей собирали невиданные урожаи, коровы давали много вкусного молока, а куры неслись без перерыва. На первый взгляд, ведьмы приносили исключительно пользу. Но это не так, — на лбу парня пролегла глубокая складка, — Обладательницы этого дара уничтожали посевы, вызвали болезни скота, насылали порчу и проклятья. А еще они запросто убивали словом.

Мурашки побежали по коже. Ведьм, бесспорно, невинными не назовешь. Но вряд ли их невзлюбили лишь за перечисленные Максимом гадости. Уверена, есть другая причина. И догадываюсь какая.

Будто отвечая на мои мысли, студент произнес:

— После каждого использования дара, и неважно, примененного во благо или во зло, ведьма обязательно забирает силу. У простого люда — жизненную, у одаренных — магическую. И это еще не все. До активации дара юная ведьма кажется обычной, не считая метки на правом плече. Но стоит применить дар в первый раз, она начинает заимствовать чужую энергию. Чаще всего в небольших количествах, но обязательно регулярно. А порой человека выпивали досуха.

Внутри все свернулось в тугой узел. Мне что, грозит участь вампира? И пусть

придется не кровь сосать, но все равно противно. До омерзения.

— Зафиксированы ли прецеденты, когда девушка с меткой ни разу не использовала дар?

— Это в принципе невозможно, — категорично заявил студент. — Когда велась охота на ведьм, немало женщин погибло в тюрьмах. Обладательниц меток, — Максим запнулся, вновь покраснел, — изучали. До наших дней дошел ряд документов, рассказывающих о том, что любой эмоциональный всплеск способен послужить катализатором дара. И самоконтроль в данном случае не помощник, наоборот — враг. А без активации способностей девушка долго не проживет. Она обречена ими хоть раз, но воспользоваться.

Я мысленно застонала. Не одно, так другое!

Выходит, на территории академии мне предстоит провести бог весть сколько времени, ведь за ее стенами я очень быстро отправлюсь к предкам. Неужели участи аналога вампира-кровососа не избежать, и рано или поздно я начну пить силу тех, кто здесь живет?

В памяти промелькнуло воспоминание. Посчитав про себя до десяти и обратно, я успокоилась, ровным тоном спросила:

— А что насчет еще одной категории ведьм? Я о тех, кто не пьет чужую силу.

— Самостоятельно я не нашел информацию и как-то на лекции улучил момент, задал вопрос ректору. Со слов архимага, в древности жила женщина, у нее была не изумрудная, а серебристая метка. Заемная сила ей не требовалась, своей хватало. По сути, она одновременно являлась и магом, и ведьмой. К сожалению, это все, что я о ней знаю.

Занавес.

Переваривая услышанное, я смотрела на правую руку. Там под курткой и рубашкой пряталась пока еще черная татуировка.

Что будет, когда способности проявятся? Умру на месте? Или кинусь на ближайшую жертву, кусать бедолагу за шею? А если шея потная и грязная? Фу, какая гадость!

— Александра, прошу, выслушайте, — привлек к себе внимание студент. — Охота на ведьм давно закончена, но до сих пор многие люди относятся к ним как к вселенскому злу. Честно говоря, до встречи с вами я думал, что ни одной девушки с меткой ведьмы в империи не осталось, — он удивленно качнул головой. — У меня нет предрассудков, и к ведьмам отношусь так же, как и к всякому другому, владеющему силой. Не поймите меня превратно, но вам неизбежно понадобится чужая энергия. И я готов стать для вас первым донором.

Серьезно? С чего вдруг столь щедрое предложение? Похоже на ловушку.

Заметив мое недоверие, Максим занервничал.

— Никакой корысти в моем предложении нет, — заверил с излишней поспешностью. — Просто знайте: когда возникнет необходимость, вы можете на меня рассчитывать.

Все же что-то здесь нечисто. Но сейчас не до выяснения его мотивов.

— Буду знать. Благодарю за познавательную беседу.

Я встала. Молодой человек тотчас поднялся. Вдруг он насторожился:

— Маргарита Павловна плачет.