Дар памяти

Митягина Елена

На диване сидел Александр Гейтсман с букетом цветов и улыбался. Войдя в зал, на нас сразу же накинулись с расспросами, и рассмотреть других гостей студии я просто не успела. Самого Гейтсмана я тоже узнала не сразу. После слов Натали он встал, подошел к нам и пожал руки.

– Ребят, я хочу низко поклониться вам еще раз, - сказал он.
– Каждый год в январе я отмечаю второй день рождения и вспоминаю вас Лера, и вас Андрей. До сих пор, когда я думаю о том дне, я не могу поверить, что остался жив благодаря детям. Будьте так любезны, расскажите нам, как все-таки вам это удается? Журналисты прозвали

вас "песчаными ангелами", и, мне кажется, что так оно и есть.

Говорил все это Гейтсман, конечно же, с наигранным преувеличением, поскольку был профессионалом журналистики сенсаций, однако в его глазах читалась искренняя благодарность. Зная, как важны интересные собеседники в рейтинговой программе "Центрального телевидения" и я яркость заявлений, я решила немного позабавиться и дать людям то, чего они хотят.

– Ну, если я скажу вам, что была в прошлой жизни спасателем, и до сих пор помню, что нужно делать в экстренных случаях - вы же мне не поверите?
– попыталась пошутить я, после чего весь зал засмеялся и стал аплодировать.
– Отчасти мы действительно ангелы. Мы и правда нередко оказываемся в нужное время в нужном месте. Скажите, Натали, вы верите в судьбу?

– Да.

– А в то, что человеку подвластна любая стихия и любое обстоятельство, если понимать, как с ним обращаться?

Кажется, телеведущая не поняла моего вопроса, поэтому просто пожала плечами.

– Самое главное - это понять, на что ты способен. Человек может совершать такие вещи, о которых и не подозревает. Мы изначально умеем многое, просто наши способности прячутся где-то глубоко внутри, и их нужно найти и заставить работать. Это получается не у всех лишь потому, что большинство из нас даже не пытается. Я не экстрасенс, Андрей тем более. И мы не герои, хотя это льстит. В каждом человеке живет Супермен, способный на отважные поступки, просто его нужно разбудить. Многие уже давно не реагируют на чужие проблемы, и просто проходят мимо. А ведь однажды помощь может понадобиться и вам, но такие же люди без сердца в момент отчаяния просто не посмотрят в вашу сторону. Как вы когда-то.

– И откуда в этой юной девушке такие глубокие мысли и рассуждения?
– с восхищением посмотрела на меня Натали Гейтсман и улыбнулась в камеру.
– Кажется, Лера, вы действительно уникальны.

После этих слов Натали посмотрела на режиссера, который показывал ей на часы, и снова обратилась к нам.

– Время нашей передачи подходит к концу, и напоследок я хотела бы дать слово своему отцу, еще одному герою нашей сегодняшней программы. Он очень просил у меня минутку эфира, чтобы что-то вам сказать.

– Да, спасибо, Наташа. Лера и Андрей, я ваш должник на всю оставшуюся жизнь, только не эксплуатируйте меня слишком жестоко, договорились?
– улыбнулся он, после чего зал по команде засмеялся.
– За свою спасенную жизнь и жизни других людей, я хочу оказать вам посильную услугу, и исполнить любое ваше желание. В разумных рамках, конечно же. Поэтому, можете просить у меня все, чего хотите, я с удовольствием помогу вам.

Зал снова зааплодировал по команде режиссера, а мы с Андреем задумались.

– Ребята, давайте поступим следующим образом: Александр Эскандерович оставит вам свою визитку, и вы обязательно ему перезвоните.

Но если вам есть что сказать сейчас - прошу, - сказала Натали.

Мои желания скромно молчали, поэтому я вежливо поблагодарила Гейтсмана и отрицательно кивнула головой. Хотя личное знакомство и номер сотового телефона одного из главных бизнесменов страны мне очень льстили. Андрей, по всей видимости, наоборот, был настроен решительно.

– Александр Эскандерович, я знаю, что вы очень влиятельный человек, и владеете многими средствами массовой информации, - немного волнуясь, произнес он, на что Гейтсман одобрительно кивнул.
– Дело в том, что я будущий журналист, но, к сожалению, до сих пор мне не представилось возможности практиковаться. Я был бы вам очень признателен, если бы вы взяли меня корреспондентом в одну из ваших газет. Это было бы для меня большой честью.

Александр Гейтсман удивленно посмотрел на Андрея.

– Молодой человек, на вашем месте я бы попросил бы что-то более существенное, - сказал он.
– Видимо, вы не корыстный человек, и это хорошее качество. Но не для журналиста. Я возьму вас обозревателем в один из своих еженедельников, но вам придется много работать. Вы готовы?

Андрей радостно кивнул.

– Можете приступать к работе в удобное для вас время.

На этой позитивной ноте эфир был завершен. Александр Гейтсман получил хорошую долю пиара, показав стране свою щедрость, да и мы не остались в стороне: Андрей нашел заветную работу, а я попала в телевизор - очередная радость для родителей.

Часть пятая

Глава девятнадцатая

– Меня, наконец, пригласил на свидание наш новый официант, - делилась я радостью с Андреем.
– Он работает у меня уже два месяца, и только сейчас решился подойти, представляешь. И это притом, что он заигрывает со мной с самого начала. Вот скажи, почему мужчины такие стеснительные? Если бы тебе понравилась девушка, ты бы сразу признался?

– Не знаю, смотря, какая девушка, - ответил Андрей.
– Может, вообще бы не стал рассказывать.

– Почему?

– Не знаю. Наверное, не всегда обязательно рассказывать о своих чувствах. Иногда лучше просто быть с человеком, который тебе нравится, наслаждаться проведенными вместе моментами. А правда о чувствах, порой, может только навредить.

– Странные вы мужчины. А мы из-за ваших игр в молчанку от неведения с ума сходим. Я чего только не передумала за эти два месяца, что мы с Максимом вместе работаем: и что он гей, и что у него есть девушка, и что он больной... в общем, успела голову поломать, пока он нужные слова подбирал.

– Лер, зачем спешить?
– улыбнулся он.
– Лучше ведь растягивать удовольствие. Тем более, запретный плод сладок, поэтому и чувство предвкушения - как зефир в шоколаде. Вкусный снаружи, безумно вкусный внутри.

– Ты просто мастер слова, - засмеялась я.

Андрей улыбнулся в ответ. Вообще, в последнее время он был каким-то странным: на него часто нападала волна романтики и чрезмерной нежности, а иногда он внезапно становился слишком вспыльчивым и грубым. Особенно, когда я рассказывала ему об интересующих меня молодых людях и спрашивала совета.