Дао воина

Самаров Сергей Васильевич

– Резонно… – согласился Чен.

– А я бы лично предпочел полную темноту… – чеченец Саша вздохнул, понимая, что к его голосу не прислушаются.

– В полной темноте мы рискуем не увидеть прохода дозора.

– У нас есть приборы ночного видения…

– …Которые выдают себя зеленым ободком вокруг окуляров… Спасибо. Оставьте их себе… Тот, кто пойдет в темноте, рискует никуда не дойти…

* * *

При возвращении на базу интерполовцы заметили в кустах у дороги еще одну машину – темно-зеленый «Ленд Ровер Дисковери». Номер рассмотреть из-за дальности расстояния не удалось, но всем показалось,

что номерной знак нероссийский и негрузинский. Форма не такая.

– Не пополнение ли к нам? – поинтересовался Доктор Смерть.

Насмешливые нотки в его низком голосе позволяют ему задавать прямые вопросы так, словно это просто ворчание. И не ответить на такое ворчание не всегда представляется вежливым.

– Нет, это гости к нам… По понятным соображениям, я не буду вас знакомить, – ответил Чен.

Однако во дворе интерполовцы с новыми гостями встретились. Наметанный глаз сразу определил, что это иностранные журналисты. Пять человек. Фотографы, операторы и, видимо, обычные журналисты, пишущие статьи…

Ни слова не говоря, Доктор Смерть подошел к высокому худощавому блондину, держащему в руке фотокамеру «Nikon», похлопал блондина по плечу и вырвал из руки фотокамеру.

– Мой тебе совет, дружище, – перестань играть в шпионские игры. Это может плохо для тебя кончиться.

И тут же, у всех на глазах, вытащил из фотокамеры пленку, засветив ее и бросив в тлеющие посреди двора угли костра.

– Что случилось? – спросил обеспокоенный Чен.

– Объясните этим невоспитанным людям, что я беру слишком большой для их карманов гонорар, когда соглашаюсь сниматься. А папарацци я просто уничтожаю. И уничтожу… – погрозил Доктор журналисту пальцем, похожим на милицейскую дубинку.

2

Генералу Астахову по телефону спутниковой связи позвонил полковник Согрин и доложил о положении, сложившемся вокруг «драконов» и лже-«драконов». И высказал опасения, что группу подполковника Клишина специально заманивают куда-то, чтобы захватить или уничтожить, а потом представить дело так, словно это месть боевиков за расстрел жителей мирного чеченского села. При таком исходе дела, как сразу понял генерал, все косвенные доказательства, имеющиеся в наличии, становятся отнюдь не бесспорными. Более того, пропажа пленных, способных дать запротоколированные показания, только подтверждает доводы противоположной стороны. Правда, есть еще пленные, захваченные подполковником Сохно и отправленные к спецназу МВД. Но от следственной бригады пока не поступало никаких сведений.

– Подкрепление к вам высылают, – сообщил генерал. – Отдельная мобильная группа подполковника Разина. Их, кажется, девять человек. По времени они должны уже вылететь. Ваши парни… Как вы и просили… Боюсь, этой группы не хватит. Я недавно связывался с РОШем. У них есть в наличии резервная десантная рота. Пока эту роту вместо охранников используют. Нечего так к подготовленным частям относиться. Их должны отправить через час… Десантом перекроем пути отхода бандитов…

– В том-то и вся неприятность ситуации… Они, товарищ генерал, отходят так, что мы оказались, можно сказать, в окружении. И не в состоянии точно определить силы боевиков. Каждый раз, когда пытаемся подсчитать, их оказывается значительно больше, и появляются они с разных сторон. Можно сказать, на месте топчемся. А лже-«драконы» в это время куда-то уходят. Нам больше

ни одного на глаза не попалось…

– Что вы предлагаете, Игорь Алексеевич?

– Я предлагаю передать роту под мое командование. Это самое верное средство в обеспечении безопасности «драконов». Нам нельзя допустить, чтобы «драконы» или их тела попали в руки к боевикам. Они будет их козырем… При этом следует искать силы, которые будут в состоянии найти самих лже-«драконов» и если не задержать, то хотя бы уничтожить, чтобы представить тела как доказательство.

– Есть возможность вообще вывести Клишина и его людей из боя?

– Пока – никакой… Не можем же мы втроем вести преследование… А если мы бросим преследование, то сразу же преследовать начнут нас – у меня сложилось такое впечатление. Однако, если будет солидное подкрепление, разговор у нас получится совсем другой. Тогда нам уже нечего будет опасаться.

– А если подкрепление прибудет и к боевикам? – задал генерал резонный вопрос.

– Основательные силы они собрать не смогут. В этом районе просто негде их собрать. У нас нет никаких данных по концентрации значительных сил в окрестностях. Хотя не было информации и о тех джамаатах, с которыми ведем бой…

– Насколько мне известно, готовится выход какого-то подкрепления с территории Грузии. Пограничники проходы перекрыли. Пограничникам тоже выделили в подкрепление десантную роту. Таким образом, они пропустят только незначительную группу, и…

– Пропустят группу, товарищ генерал? – не понял Согрин.

– Да… Группу, в которой четверо ваших друзей-спецназовцев, сейчас служащих у Басаргина.

– Теплая компания. Какая перед ними ставится задача?

– Боевики ставят им задачу, предположительно, по уничтожению лже-«драконов». Мы же ставим им встречную задачу по уничтожению боевиков сопровождения и по захвату этих самых лже-«драконов».

– Серьезная задача для четверых…

– Усложняет ситуацию присутствие в группе настоящих боевиков. Хочется думать, что они сумеют их нейтрализовать. Имейте в виду, что вам предстоит с интерполовцами встретиться. Опознавательным ориентиром может послужить Доктор Смерть. Его трудно с кем-то спутать… Остальных вы тоже знаете и покажете их «драконам» Клишина. Вот, в принципе, и все… Будем поддерживать связь…

– Одну минутку, товарищ генерал… У нас тут новости…

– Слушаю…

– Пришло и к нам подкрепление. Командир группы сопровождения следственной бригады прислал нам в поддержку пятнадцать человек во главе с лейтенантом Лихановым. Правда, на какое время, не оговаривается. Он услышал звуки боя и послал людей, но я прошу, товарищ генерал, вас связаться со старшим лейтенантом Романовым и передать ему, что я приказал прибывшей группе оставаться с нами до завершения операции.

– Хорошо, свяжусь.

* * *

Связываться с Романовым пришлось опять через штаб «Альфы», потому что Астахов не хотел, чтобы его разговор слышали на местном узле связи, где всегда толчется слишком много людей. Старший лейтенант, конечно же, не пришел в восторг от известия о том, что у него забирают четверть личного состава, причем на неопределенное время, тогда как сам он находится в нелегком положении, поскольку не имеет возможности выставить посты на сопках и предотвратить возможность повторной атаки. Тем более что в отряде охранения есть собственные потери.