Данте
Шрифт:
— Сколько она выпила? — спрашивает Данте, адресуя свой вопрос Максимо.
— Это твоя свадьба. Ей двадцать один, — отвечает Максимо, пожимая плечами.
— Не похоже, что у меня когда—нибудь будут неприятности с моим постоянным телохранителем, — добавляет Джоуи. — В любом случае, я играла. Это был не мой тост.
— Смирись с этим, — Лоренцо вздыхает.
— Прекрасно, — огрызается Джоуи. Затем она снова поднимает свой бокал. — Я никогда не думала, что какая—то женщина сможет покорить сердце моего брата, Кэт. Я знаю, что вела
— Вроде того? — Данте говорит, выгибая бровь.
— Да, но это было до того, как я узнала, как много ты значила для него, а также до того, как я узнала, как много ты станешь значить для меня, — добавляет она, и ее глаза блестят от слез. Она качает головой, как будто недовольна собой за то, что стала такой эмоциональной. — Я не могу дождаться, когда стану тетей и развращу твоего маленького ангела, и я так рада, что ты здесь, чтобы немного разбавить тестостерон и токсичную мужественность в этом доме, — торжествующе добавляет она. — За Данте и Кэт.
— Данте и Кэт, — вторят остальные, прежде чем все допивают свой скотч, и Максимо наливает еще.
— Аня, — тихо говорит Лоренцо, и она послушно поднимает свой бокал.
— Вы двое созданы друг для друга, как луна и звезды. Вы так прекрасно подходите друг другу. Я так рада, что ты нашел великую любовь, Данте. И Кэт, ты единственная женщина, которую я когда — либо встречала, которая достаточно сильна, чтобы встать на его сторону. За Данте и Кэт.
Все снова поднимают тосты и выпивают по рюмке, пока я прихлебываю чай со льдом.
— Я следующая, — настаивает Тони. — Кэт, я еще не очень хорошо тебя знаю, но я знаю Данте. Когда он сказал мне, что женится, я чуть не упала со своего чертового стула. Я подумала, что Сэл наконец убедил его совершить немыслимое. Это было единственное объяснение, которое имело смысл для меня. Но потом я встретила тебя и увидела, как он смотрел на тебя, и все встало на свои места. Единственное объяснение — это ты. Вам двоим, так суждено быть, что это немного тошнотворно. И я надеюсь, ты знаешь, во что ввязываешься, милая. За Кэт и Данте, — добавляет она, подмигивая, и процесс рюмки / тоста повторяется.
— Ах, думаю, я следующий, — говорит Максимо со вздохом.
— Ты уверен, что это так, — отвечает Данте.
Максимо поворачивается на своем месте и смотрит на нас обоих:
— Кэт. Ты украла моего лучшего друга, — говорит он, качая головой, и все смеются. — Но ты сделала его лучшим человеком за то, что он любил тебя. В эти дни он намного менее сварливый…
Сейчас я тоже смеюсь.
— И он больше не работает по сто часов в неделю, а это значит, что я тоже не работаю. Не буду врать, ты мне действительно не нравилась, Кэт, но ты делаешь это отчасти невозможным. И теперь вы Данте и Кэт, и я не знаю, когда это произошло, но теперь ты просто часть его, и я не могу представить, что ты тоже являешься частью моей жизни.
— Ого, — говорит Джоуи, глядя на него с огромной дурацкой улыбкой на лице.
— За Канте, — заканчивает Максимо.
— Канте? Ни хрена себе, — говорит Данте с хмурым видом.
— Что? — Аня хихикает.
— Это правда, — хихикает Джоуи, и я чуть не выплевываю жидкость из носа.
— Данте и Кэт лучше звучит, — Данте вздыхает.
— Тогда Данте и Кэт, —
— Теперь все зависит от тебя, большой парень, — говорит Джоуи своему старшему брату, шевеля бровями.
Я сглатываю, глядя на Лоренцо. Он не произнес тост на свадьбе. Данте сказал мне, что это потому, что он не любит выступать публично, но я полагаю, что ему тоже не очень нравится говорить наедине. Потому что он почти ничего не делает. Он наблюдает.
Максимо снова наполняет бокалы всех присутствующих, и Лоренцо поднимает свой:
— Катерина, теперь ты одна из нас. Я имею в виду не просто Моретти, это нечто большее, чем носить наше имя. Я бы умер за каждого человека в этой комнате. Ты будешь одним из нас до последнего вздоха. Это может быть благословением или проклятием, но только тебе решать, что именно. Выбирай мудро.
— Черт возьми, Лоренцо, — говорит Данте, качая головой и мрачно смеясь.
— Боже, чувак, — хихикает Джоуи, в то время как Тони и Максимо тоже смеются.
— Нет, я понимаю, — говорю я, когда темные глаза Лоренцо впиваются в мои с другого конца стола. Я понимаю, что он говорит мне о семье, частью которой я стала. Быть объектом привязанности Данте вполне может считаться проклятием, но не для меня. — Хотя выбора нет. Для меня это не может быть ничем иным, как благословением. Я никогда не чувствовала себя частью настоящей семьи с тех пор, как умерла моя мама. Не той, кто присматривает и защищает друг друга, как вы все. За всю свою взрослую жизнь я никогда по — настоящему не чувствовала, что я кому — то принадлежу. И теперь я знаю. Так что спасибо вам всем, — а теперь я произнесла свой тост, и все, кроме меня, выпивают по рюмке виски.
Слава Богу, остался только Данте, иначе их всех нужно было бы вынести из этой комнаты. Лоренцо кивает головой и слабо улыбается мне. Вау, двое таких за один день.
— Думаю, моя очередь, — говорит Данте, садясь рядом со мной. Он обнимает меня за талию и притягивает ближе, так что я продвигаюсь на несколько дюймов вдоль скамейки, пока почти не сижу у него на коленях.
— Думаю, да, — я улыбаюсь ему, почти затаив дыхание от предвкушения того, что он собирается сказать.
— Единственные люди, о которых я по — настоящему забочусь во всем этом мире, находятся здесь, в этой комнате, но еще несколько месяцев назад я думал, что этот круг никогда не станет больше, чем этот. Потому что давайте посмотрим правде в глаза: мне не понравится никто, за кого выйдут замуж мои сестры, и шансы Максимо найти женщину, которая справится со своим безумием, ничтожны, — он поворачивается и подмигивает своему лучшему другу. — Но потом я встретил эту невероятную женщину, и она изменила мою жизнь столькими способами, которые я никогда бы не мог себе представить. Итак, этот последний тост только за неё, — он поднимает свой бокал, и остальные делают то же самое, пока я прижимаюсь лицом к его плечу. Я так не привыкла быть в центре внимания. — Кэт, моему лучшему другу. Моей жене. Женщине, которая сделала меня отцом. Vita mia. Sei la cosa piu bella che mi sia mai capitata (перевод: моя жизнь. Ты лучшее, что когда-либо случалось со мной)