Дань для Хана
Шрифт:
— Я не прочь! И я! — Ислом и Амир активировались. Они как раз в комнату зашли с очередными баулами Регины. Вещи на пол и с похабными улыбочками, руками замахали.
— Пошли прочь, — беззлобно их послал. Парни дурашливо досадуя, покинули комнату, а мы с сыном так и пилили друг друга взглядами. Продолжать цирк было не нужно, такое негодование в глазах сына я ещё никогда не видел. Ещё бы секунда и он бы бросился на меня с кулаками.
Вот и отлично! Ему был нужен пинок. Кто если не я его пропишет?
Правда я пожалел о том
Пиз*ц!
Пусть сами разбираются, что мог, сделал.
И я поспешил прочь из комнаты, но напоследок глянул на парочку. Они меня ненавидели, но и по хрену! Сейчас я о них думал, и не шутил. Парни у меня хорошие, но бесхозную тёлку в оборот возьмут быстро. Особенно такую, которая и отбиваться толком не может, слова против…
Без насилия, но отымеют.
А так, вроде как он её не принуждал, просто для неё неудачно ситуация сложилась. Регина не посмеет отказать, и каким бы Карим не был с бабой размазнёй — он мой сын. Тут главное пробудить самца. Верю, что мне удалось пробудить того самого Альфу.
Того, кто хочет и берёт. Кто подминает и владеет! Хочет он Регину — пусть будет счастлив. Она, конечно, не Даня…
На этом меня опять накрыло отчаяньем.
А что если не сбежала, а её похитили?
Что, если уже закопали?
Сук*!!!
Сжал голову руками, будто хотел черепушку расплющить. А я хотел, чтобы боль ушла, чтобы мысли больше не долбились… Потому что неведение — смерти подобно. Знать бы, где Данька. Хотя бы знать, что жива и здорова. Знать бы, что сама сбежала, а не выкрали…
И вообще, знает ли, что её обвиняют в убийстве отца?
Мне уже донесли…
Мачеха показания взахлёб давала в полиции: уверяла, что Даниила говорила с отцом накануне по телефону. Что застала, как они ругались. И всё из-за наследства, которого он её по ходу лишил…
Меня это не убедило. Не привык я верить словам шлюхи, меняющей койки чаще, чем мои парни стреляли. Да и оружие не найдено, из которого стреляли в Юсупа. Камеры в доме почему-то были отключены. А Ольховская уверяла, что это Юсупов их сам вырубил. Мол, дочь в гости ждал, и не хотел, чтобы на записи был компромат, подтверждающий её приход.
Других свидетелей нет: ни домашней прислуги, ни охраны…
Это всё смердело нечистотами.
Но полицию понять можно. Они работали с той информацией, которую поступала. И судя по тому, что мне донесли, звонок от Даниилы имел место быть. А ещё пробили номер, с которого на мобильный Юсупа приходила СМС. Телефон друга Даниилы — Вячеслава Лаврентьева, сына Лавра, брата Цезаря — правой руки Монгола.
Мои прошерстили школу, кафешку, где часто Даню видели в кругу друзей и даже в клуб, куда они ходили по поддельным ксивам. Парня не видели в школе уже пару дней. Друзья были в непонятках, учителя переживали…
По адресу друга Дань уже прокатились. Следили, но Слава домой не приходил. Я дал ещё день, а потом сам наберу Лавра, Цезаря и Монгола, если придётся. Я должен
Опять скрежетнул зубами. Я, сук*, в ней тонул. Утопал в этой бестии малолетней. Хотя, как оказалось не настолько малолетней, чтобы переживать за некоторые моменты, которые у нас с ней были, и за которые я себя особенно сильно ненавидел и презирал. А доводила она меня от души: то дуростью своей, то заумностью, то очарованием, то сучизмом. Чокнуться можно, какие смешаны грани в одной личности…
Даже не знаю, что меня больше бесило.
Наверное ВСЁ. Хотя нет, скорее ТО, что у меня к ней… что-то было. Какое-то чувство, природу которому не мог пока объяснить. Чувство, которого не испытывал и потому не принимал. А ещё дичайшее желание не допустить в своей жизни ошибки по имени Дань.
Это очень правильное желание. Рациональное, трезвое, вот только… я хотел её. Как бы не кричал об обратном, незаметно для себя уже сделал её своей. И пусть не физически, но как озабоченный самец был на грани заявить на неё права…
Вот только кому и какие?
Мозговыебительная дилемма! И неразрешимая проблема…
Мне нравилась непокорная Данька: раздражающе строптивая и такая беззащитно нежная. И до сих пор душу затапливало идиотское тепло, когда вспоминал девчонку в своих объятиях. И её нагло изумлённый взгляд на мне… в душе…
Я аморально погряз в девчонке.
Спасения нет — мне теперь даже ебля и разборки не помогали.
— Хан, — ко мне в комнату стукнул Амир. — Брат Юсупа вроде оклемался. К нему не пускают, но Шакал выжил…
Глава 32
POV Даниила/Дань
Рыдания скрывала под маской злости на весь мир. Понимала, что перебор, но во мне кипело… особенно нерастраченная боль, которую некуда было вылить. Поэтому потребовала у Славки выпивки и закуся, и только он принёс, уже какое-то время напивалась в хламину.
Мысленно перебрала всех, кто мог желать смерти отца, и конечно это списке главным был Хан, Монгол и несколько имен авторитетов менее значимых фигур.
— Дань, ты новость читала? — ко мне в бездну депрессии ворвался друг. Мы были в комнате, развернули попойку на полу. Общались немного, больше с гаджетами воевали. И когда я зависла в раздумьях, меня толкнул Лаврентьев. Повернул ко мне планшет, а там моя фока почти на весь экран с пометкой РОЗЫСКИВАЕТСЯ.
— Щас сек, — нетрезво пальцем по экрану водил и тыкал: — Это новости. Прямой эфир… — аккурат с повисшим молчанием раздался голос диктора:
— …Авторитет Юсупов Кирилл Матвеевич был застрелен в своём доме, — я перехватила планшет из рук Славки, поворачивая к себе экраном. — Обнаружила его гражданская жена Ольхина Маргарита Игоревна. — Лаврентьев рядышком пристроился, жарко сопя. — Даниила Кирилловна, дочь Юсупа, ушла из дома неделю назад. Как стало известно, они ругались с отцом последнее время…