Дамоклов меч

Мэрфи Уоррен

— Не в руке, — разочарованно пробурчал Римо, вскакивая на ноги.

— Римо! Уходи немедленно! — по-прежнему кричал с потолка Чиун, держась одной рукой за высоченный сталагмит, почти достигавший кольца планеты Сатурн, которая, как понял Римо, и была замаскированным “Дамокловым мечом”.

Сталагмит начал медленно уходить в пол, увлекая за собой Чиуна. Мастер Синанджу перепрыгнул на соседний сталагмит. Сатурн начал поворачиваться к Римо. Дно его отвалилось, явив похожие на зубы микроволновые излучатели.

— Римо,

оно указывает на тебя! — завопил Чиун. — Беги! Мы одолеем его как-нибудь после!

— Ну уж нет, — возразил Римо. — Он убил Анну. Так что придется мне поквитаться с ним.

— Я не хотел вступать с вами в конфликт, — признался мистер Гордонс. — Я хотел только пережить вас. Мне было важно знать, что вместе с вами прекратит свое существование Дом Синанджу.

— Да, — согласился Римо, — вдвоем нам тесновато на нашей старушке Земле.

— Я вспомню твои слова, когда умрет последняя машина из мяса, — кивнул Гордонс, занося оставшийся левый кулак.

Поднырнув под занесенную руку андроида, Римо ударом ноги отбил от его тела голову. Голову Анны. Она отлетела на другую сторону комнаты, словно воздушный шар, из которого резко выпустили воздух.

— И не в голове, — отметил Римо.

Обезглавленное тело Гордонса описывало круги в середине зала. Во время одного из них, наткнувшись на стену, он схватился за провод. Лихорадочные движения стихли, стали ровными.

Римо, не подозревая, что гибельные волны уже настигли его, готовился к финальному раунду.

Мастер Синанджу почувствовал, как его ногти коснулись стальной поверхности “Дамоклова меча”. Всего на секунду, но сталагмит, за который он держался, тут же ушел в пол.

Оказавшись на полу, Мастер Синанджу воспользовался этим, чтобы оценить ситуацию. Можно кинуться к Римо, утащить его из этого места и тем самым, возможно, спасти его от Гордонса. Но этот дьявольский аппарат тогда останется невредимым. И уничтожит жизнь в чреслах его воспитанника, прежде чем они успеют добраться до двери. Мастер Синанджу пребывал в растерянности.

В этот момент он увидел у своих ног какой-то странный предмет. Больше всего он походил на голову Анны Чутесовой, но шея ее заканчивалась обрывками кабеля и разноцветных проводов.

Схватив голову за светлые волосы, Чиун отшвырнул ее в дальний угол. Он принял решение.

* * *

Римо сжался в комок в ожидании следующего удара. Увернувшись, он схватил оставшуюся левую руку Гордонса за запястье и резко дернул, одновременно поворачивая. Движение было слишком сложным, чтобы принадлежать простому дзюдо. Это было искусство Синанджу.

Левая кисть мистера Гордонса осталась у Римо в руке.

Обезглавленное тело качнуло в сторону, к медному проводу, змеящемуся по стене.

Схватившись рукой за провод, Римо по всей длине выдернул его из стены и одновременно наступил

на оторванную кисть руки, растирая в порошок схему.

Сложившись пополам, тело Гордонса тяжело упало на пол и замерло.

— Ага, — удовлетворенно вздохнул Римо. — На сей раз все было в левой руке.

— А ты — не в своем уме, — раздался сзади скрипучий голос наставника. Римо обернулся.

— Прости, что я все-таки нарушил твои инструкции, папочка. Но он притворился Анной и сказал, что я нужен тебе.

— И ты поверил, конечно!

— Я даже не стал раздумывать. Раз я был тебе нужен...

— Чего у меня никогда не было, так это умных учеников, — пожаловался Мастер Синанджу. — Тех, у которых достало бы здравого смысла повиноваться не лживым измышлениям самозванца, а приказам своего наставника.

— Значит, это твоя благодарность за то, что я остановил Гордонса?

— Глядите! Он остановил его! Это я его остановил. Вот, полюбуйся.

Повернувшись, Римо увидел шар “Дамоклова меча”, валявшийся на дне бутафорского лунного кратера. Мятый, расколотый, он напоминал разбитый елочный шар. Недалеко от него лежала голова Анны, уставившись невидящим взглядом сквозь путаницу длинных светлых волос, которые, вспомнил Римо, принадлежали еще недавно настоящей Анне Чутесовой. Он отвернулся.

— Ты разрушил спутник, — пожал он плечами. — Я убил Гордонса.

— Лишь когда я разрушил этот круглый меч, человек-машина стал уязвимым. Именно в нем спрятан был его мозг.

— Нет, он был в его левой руке, — покачал головой Римо. — И когда я оторвал ее — вот тут он и сошел с катушек.

— Нет, не так, — возразил Чиун. — После этого он еще пытался встать на ноги. Вернее, искал эту медную змею — она-то и соединяла его тело с мозгом. Видишь? Она ведет к потолку и к той веревке, на которой висел круглый меч.

— Да нет же, — снисходительно сказал Римо. — Чиун, ты просто не понимаешь ничего в электронике. Он управлял спутником при помощи этого провода.

— Это спутник при помощи провода управлял им. Потому-то он и трогал этот самый провод. На своих прошлых ошибках Гордонс учиться умел. Он знал, что мы попытаемся уничтожить его, разрушив его мозг — без него жить он не может. Поэтому он и послал сражаться свою... свою копию, которой управлял этим дис... дистаци...

— Дистанционным управлением, — подсказал Римо.

— Значит, ты признаешь, что я прав. Римо всплеснул руками.

— Да какая разница? Один из нас угробил его. И точка.

— Нет, разница есть, — возразил Чиун. — Убил его я. Значит, мне достанется и вся слава. И я буду весьма благодарен, если ты подержишь закрытым свой недостойный рот, когда я буду рассказывать Императору Смиту, восхищенному моим бесстрашием, о своей великой победе.

— Как скажешь, папочка, — устало вздохнул Римо. — Как скажешь.