Дамоклов меч
Шрифт:
Римо поежился.
— Да, папочка, это верно.
— Теперь глаза твои открылись, сын мой. Но многих их них можно еще спасти от страшной участи, но для этого ты должен повиноваться каждому моему слову. Времени у нас осталось совсем в обрез.
— Говори, папочка, — склонил голову Римо, — я исполню все, что ты скажешь мне.
Мастер Синанджу кивнул.
— Русские нервничают. У них много оружия, а кругом — еще больше ни в чем не повинных людей. Ты должен заняться этим. Используй все, чему я тебя научил, но чтобы обошлось
— Сегодня они в последний раз видели заход солнца. Где искать тебя?
— Я же займусь орудием бесплодия и тем, кого зовут Гордонс. Не пытайся следовать за мной — я не желаю, чтобы ты рисковал своим семенем, Римо. Это — самое важное. Поверь мне.
— Но я не могу отпустить тебя одного к Гордонсу, — запротестовал Римо.
— А я не могу позволить тебе стать порожним сосудом, — ответил Чиун. — Если ты не можешь сделать это для меня или для Дома Синанджу, подумай о той, что верна тебе и ждет твоего возвращения.
— Ма Ли.
— Да, Ма Ли хочет стать матерью твоих детей, хотя почему, мне не дано понять. Подумай о ней, если вдруг соберешься нарушить мой приказ. А теперь иди и займись русскими, я же буду обыскивать эти огромные дома и начну вот с этого. И что бы ни случилось со мной, не пытайся искать меня, пока я не уничтожу этот круглый меч русских.
— Понял тебя, папочка, — кивнул Римо. Когда Мастер Синанджу растворился в толпе, Римо попробовал определить хотя бы направление, в котором он двинулся, но тщетно. Волнующаяся, хохочущая и жующая масса, казалось, навсегда поглотила его.
Полковник Ришат Кирлов очень хорошо усвоил данные ему инструкции. Ему нужно было ждать возвращения Анны Чутесовой в течение ровно двадцати минут. Делать ему в это время ничего не полагалось. И сейчас, пребывая в ожидании, он лишь удивлялся, почему такая смелая и дерзкая операция, как десант в Америку русской разведгруппы, окончилась в таком идиотском месте, как этот “Ларриленд”. Даже он понял, что это — увеселительный парк, вроде знаменитого “Диснейленда”. Про “Диснейленд” знали везде — даже в Советской России.
Он было подумал — не состоит ли задание Анны Чутесовой в том, чтобы выкрасть у американцев технологию строительства этих самых парков. Может, правительство собирается построить такие по всей России. И назвать их “Ленинленд” или еще как-нибудь.
Мысли его были прерваны появлением ярко-голубого медведя футов в семь высотой.
— Простите, сэр, — извинилось животное. — Но я вынужден попросить вас оставить ваше оружие на входе в парк. Разумеется, я не думаю, что оно у вас настоящее, но в нашем парке не разрешены даже водяные пистолеты. Такова наша политика в отношении оружия, сэр, исключительно для безопасности посетителей.
— Проваливай! — огрызнулся Ришат Кирлов. — Я вообще не понимаю, о чем ты талдычишь мне, образина.
— Мне совсем не хотелось бы прибегать к помощи полиции...
— Тебе и не придется к ней прибегать, — прорычал
Окончательно потеряв надежду проследить за Мастером Синанджу, Римо, оглянувшись, увидел, что трое русских собрались вокруг одного из служителей парка в голубом костюме “Молниеносного медведя”. Все трое прижимали к животу мишки цветастые пляжные полотенца и, поддерживая его под мышки, осторожно двигались за павильон “Лунный путь”.
— Прошу простить, — фигура Римо выросла прямо перед полковником Кирловым, — но вы наносите оскорбление национальной святыне, сэр.
— Святыне? — Кирлов недоуменно нахмурился.
— Точно так. Неужели вы не знаете, как выглядит “Медведь-йоги”?
— “Молниеносный медведь”, — поправил его слабым голосом обмирающий от страха Ларри Леппер.
— Заткнись, — с ослепительной улыбкой посоветовал Римо и продолжал: — Все дело в том, что “Медведь-йоги” — национальный герой, звезда наших средств массовой информации и ближайший друг самого медвежонка Смоки. Прошу вас оставить его в покое, джентльмены.
— Почему бы тебе не уткнуться в свою лохань?
— Прекрасно, — наклонил голову Римо. — Я вежливо попросил вас. Надеюсь, вы все это хорошо слышали?
— Да, — снова подал голос Ларри Леппер. — По крайней мере, я.
Римо понял, что сами по себе русские не представляют сложности. Их автоматы — это вот да. Одним движением он вырвал у двоих русских пляжные полотенца вместе с оружием; третий, тот самый, который так грубо говорил с ним и явно был главным, моргая, смотрел, как Римо взял оба “узи” в правую руку, а свернутые пляжные полотенца — в левую. Он колебался.
Колебания его были, впрочем, недолгими. В следующую секунду автомат полковника Кирлова взмыл в воздух. Римо поймал его у самой земли. Полотенце Кирлова немного погодя приземлилось в правую руку Римо.
— Теперь смотрите внимательно, — предупредил зрителей Римо Уильямс.
Необходимости в предупреждении, в общем, не было — Ларри и русские и так стояли и смотрели, раскрыв рты. Подбросив в воздух все три “узи”, Римо поймал по очереди каждый из них и в долю секунды запихнул все три полотенца в узкие, не толще карандаша, стволы автоматикой. Поклонившись, он с улыбкой вернул оружие владельцам.
— Вуаля, — развел он руками. — В рукаве, к сожалению, ничего не припас.
— Что такое “вуаля”? — вопросил полковник Кирлов, окончательно сбитый с толку.
Ничего не понимая, он таращился на зажатый в его руке автомат. Каким образом этот психованный американец умудрился запихнуть махровое полотенце в ствол, куда не войдет даже шариковая ручка? Полковник Кирлов знал, что такого не может быть.
— С вашим оружием все в порядке? — спросил он у своих солдат. Те кивнули.
— Тогда что вы стоите, так вашу мать!