Дама пик
Шрифт:
Он указал на пистолет, который временно исполнял роль пресс-папье.
– Но мне все еще не удается написать слово “Конец”.
Полночь воскресенья
Когда Мартен вернулся, Марион крепко спала. Он заглянул в микроволновку, но она ничего ему не оставила.
Мартен съел яблоко и йогурт и разделся в своем кабинете, чтобы не будить ее.
Он лег в постель, Марион не проснулась. Он устроился рядом с ней, поставил будильник на семь утра и немножко поразмышлял о человеке, с которым только что
Понедельник, восемь утра
Сидя за рулем в утренней пробке, Жаннетта думала о Зоэ, которая пойдет в школу без нее. Последние выходные наедине с молчащим телефоном веселыми не назовешь, зато у нее впервые нашлось время подумать о себе, что, впрочем, не привело ни к каким кардинальным решениям.
Зазвонил мобильный, и она надела наушник. Ландовски уже приступила к работе.
Она сообщила, что потребовала повторно провести тщательный анализ всех обстоятельств убийства детектива Дюперье, а также его телефонных звонков по мобильному и стационарному телефонам, всех его расходов, чеков, денежных переводов. Цель – отыскать мельчайшие следы.
Жаннетта предупредила ее, что сыщик вел бухгалтерию более чем небрежно. Он явно задерживал перечисление денег с чеков клиентов на свой счет, поскольку в банке не оказалось ни одного перевода за последние два с лишним месяца. А убийца уничтожил практически все документы.
– Я вот еще о чем подумала, – сказала Ландовски. – Детектива находят не только по объявлениям в газете. Тут работает и сарафанное радио.
– Вполне возможно, – согласилась Жаннетта, пока какой-то водитель отчаянно сигналил, требуя, чтоб она продвинулась на три метра вперед.
– Наверняка это так. Я получила список прежних клиентов Дюперье, тех, что обращались к нему более двух месяцев назад и чьи чеки уже поступили в банк. Я подумала, что некоторые из них наверняка рассказывали знакомым о своем сыщике, и, значит, нельзя исключить возможность, что кто-то из таких клиентов приведет нас к лицу, фигурирующему в списке убийцы. Как вы думаете?
– Отличная мысль, – признала Жаннетта. – Несмотря на множество “если”.
– Да, я знаю, – вздохнула Ландовски. – Но других вариантов у нас все равно нет.
Классная идея, подумала Жаннетта. Мартен прав, Ландовски – хороший сыщик. Она умеет воспользоваться еще не исследованными возможностями в интересах сложного дела.
– Что ж, осталось приступить к работе, – весело проговорила Ландовски. – Нужно опросить примерно тридцать человек, если мы охватим только ближайший период.
– А кто будет дежурить на бесплатном телефоне? – спросила Жаннетта.
– Направлю двух стажеров. Руссель не возражает.
Она всегда была пунктуальной.
В понедельник ровно в час дня она вошла в ресторан, где префект полиции заказал столик.
Служащая приняла у нее пальто, а подобострастный метрдотель проводил в глубь длинного зала
Перед ней возник префект в сопровождении метрдотеля.
Он рассыпался в извинениях за пятиминутное опоздание.
Префект был лет на десять старше Франсиса, с более темными волосами и более смуглой кожей, меньше ростом и менее красив, однако в его подбородке и рисунке губ читалась твердость, которой недоставало ее мужу. Мелкие морщинки окружали рот, словно скобки. Префект, по всей видимости, много курил, однако сохранил белизну зубов. Он носил очки в почти незаметной титановой оправе серого цвета, обручальное кольцо отсутствовало, зато на правом запястье красовался “ролекс” в стальном корпусе. Возможно, он левша. Она не доверяла левшам. Вообще-то этот мужчина был к ней расположен, однако он не производил впечатления марионетки, которую легко дергать за веревочки.
– Председатель примерно объяснил мне, что вам нужно, – произнес он бархатным голосом кабинетного работника. – И я уже кое-что сделал для вас.
– Префект полиции работает на меня?! Ничего себе! А что конкретно сказал вам Царь-Ворон?
Префект расхохотался. Смех был коротким, но искренним, и в нем звучали удивление и веселье.
– Царь-Ворон! – повторил он.
Она не знала, почему так сказала, и тут же пожалела об этом. Совершенно не к месту. Тем не менее теперь он смотрел на нее по-другому, с большим любопытством и симпатией, как будто впечатление, которое он заранее составил, начало меняться.
– Очень ему подходит, – заметил он. – Известно ли вам, что вороны живут в крайне авторитарном и иерархическом обществе, со своими кастами и системой привилегий? Причем некоторые особи считаются париями, и с ними никто не общается. В детстве я страстно увлекался зоологией. Если бы родители не заставили меня пойти в Национальную школу управления, я бы сейчас, наверное, прогуливался по субтропическому лесу, занимаясь ловлей бабочек.
Они обменялись улыбками.
– Но хватит обо мне. Я знаю вашего мужа, хотя между нашими выпусками восемь лет разницы. Блестящий молодой человек. Он все так же прекрасно стреляет из пистолета?
– Похоже на то.
Она слегка сморщила нос.
– Должна признаться, что не слишком интересуюсь огнестрельным оружием. Оно меня пугает и заодно вызывает отвращение.
– И тем не менее вы продюсируете полицейские фильмы.
– Ну да, – согласилась она. – По крайней мере, пытаюсь. Но меня больше интересуют психологические пружины и человеческие мотивы, чем фейерверки горящих машин и раздающиеся каждые пару минут взрывы. Я ищу актуальные сюжеты с непредсказуемыми поворотами, необъяснимыми убийствами, преступниками-извращенцами и т. п.