Дачный сезон

Никольская Наталья

– Коллекция на самом деле так дорого стоит? – спросила я.

– Да, – ответил Жора и назвал ее стоимость.

У меня аж дух захватило от такой цифры. Ух ты! Хоть бы десятую часть ее получить! Что там Жора несет насчет того, что хорошо было б, если бы бандиты нашли коллекцию сами? Никаких сами! Мы ее найдем! И нам положена премия от государства!

Я уже сидела и мечтала, на что истрачу свою долю, когда Жора тронул меня за плечо.

– Эй! – удивленно проговорил он.

– А..? – очнулась я.

– Полина,

ты где?

– Я… Здесь. Я просто задумалась.

– Понятно, – усмехнулся Жора. – Ну короче, теперь их будут искать. Надеюсь, что найдут. И тогда мы узнаем, они или не они убили Скворца. Видишь, по первым твоим двум вопросам уже ведется работа. Что же касается третьего… – Жора глубоко затянулся сигаретой, – ждать надо.

– И все?

– И все! Сейчас езжай спокойно домой, а еще лучше на дачу. От тебя все равно сейчас ничего не зависит. Как только что-то станет известно, я за тобой приеду.

– На «Мерседесе»? – съязвила я.

– На служебной машине, – не дрогнув, ответил Жора.

Видимо, он обиделся, потому что даже не сделал попытки предложить мне куда-нибудь пойти вечером. Например, к нему домой. Обычно Жора предлагал мне это по сто раз за время беседы и иногда даже получал свое, когда был мне очень уж нужен. Конечно, он мне бывший муж, но все равно… Невежливо как-то.

Я сухо попрощалась и вышла из кабинета. Чувство было не из приятных. А кому приятно чувствовать, что к вам охладевает пусть даже бывший муж?

Я села в машину и снова закурила, хотя во рту уже была какая-то горечь от сигарет. Никуда не ехала, просто сидела и курила. И еще думала.

Жора велел мне ехать домой и ждать. Но просто ждать – совершенно не в моем характере. Еще чего, ждать! Нужно действовать самой. Если по первым моим вопросам уже ведется работа, то я сама займусь третьим, самым важным. Насчет коллекции.

«Я вот что сделаю, – подумалось мне. – Поеду-ка поговорю с ограбленным коллекционером Караевским!»

Но у меня не было адреса Караевского. И вообще – как я ему представлюсь? Неужели придется просить Жору после того, как он по-хамски со мной обошелся?

Но тут судьба смилостивилась ко мне: дверь здания распахнулась, и на улицу вышел сам майор Овсянников. В руках он держал мою сумочку и вертел головой, высматривая меня. «Ниссан» мой был приметной машиной, Жора сразу его заметил и двинулся ко мне. Надо же, как я расстроилась из-за Жориного обращения, даже сумочку у него забыла. Такое со мной редко случается.

– Поля, – сказал Жора, открывая дверцу и садясь рядом со мной, хотя его никто не приглашал. – Хорошо, что ты еще не уехала. Вот твоя сумка.

– Спасибо, – ответила я.

Овсянников смотрел на меня и улыбался.

Я хотела спросить: «Чего лыбишься?», но не стала грубить. Все-таки мне придется попросить Жору еще об одной услуге.

– Жора… –

тихо сказала я и даже слегка коснулась его щеки.

– Да? – он оживился. Слава богу, работают еще мои флюиды!

– Жорочка, мне бы хотелось навестить этого коллекционера, Караевского…

– Зачем?

– Ну… Просто поговорить. Вдруг он сможет мне помочь?

Жора вздохнул.

– Ну… пойдем.

– Я лучше подожду, – ответила я.

Овсянников сходил в отделение и вскоре вернулся, неся в руках листочек бумаги.

– Вот его адрес, – сказал он. – И телефон.

– Подожди, телефон! Это ты из дела взял? Так сколько лет прошло, у него наверняка номер сменился.

– А ты думаешь, я такой идиот? – усмехнулся Жора. – Я только что по справочному узнал его номер. И даже позвонил и предупредил, что сейчас к нему приедет от меня человек.

– Спасибо, Жора! – я повисла на шее у Овсянникова и услышала, как часто забилось его сердце.

– Поленька, может быть мы сходим куда-нибудь сегодня вечером? – торопясь, хрипловато спросил он. – Например, ко мне домой?

– Извини, Жора, – радостно ответила я. – Но сегодня как раз я никак не могу. Как-нибудь в другой раз!

С этими словами я завела мотор. Погрустневший Овсянников вылез из машины и стоял, глядя мне вслед. Зато у меня настроение резко улучшилось. Нет, быть женщиной прекрасно! А тем более умной женщиной!

Я мчалась к профессору Караевскому и думала о том, как здорово иметь бывшего мужа-следователя. От него определенно можно получать пользу. Если только умело использовать.

Жил профессор Караевский на Набережной, в большом девятиэтажном доме. Я поднялась на седьмой этаж и позвонила в квартиру. Дверь почти тут же открылась, и на пороге появилась высокая, крупная фигура.

– Вы профессор Караевский? – спросила я.

– Да, а вы Полина Андреевна? – спросил в свою очередь приятный баритон.

– Да.

– Прошу! – он улыбнулся, широко распахивая дверь и приглашая меня войти.

Я прошла и огляделась. Обстановка в квартире была что надо. Больше всего меня поразило обилие всяких антикварных вещей. Я не люблю всякие финтифлюшки, но у профессора даже вазочки и статуэтки были просто изумительными.

Но больше всего мне понравилось обилие картин на стенах. Настоящих картин, не репродукций.

– Прошу, – повторил Караевский, показывая на мягкое кресло.

Я села и сразу утонула. Кресло было очень удобным. И тоже старинным. «Может, в нем какой Людовик Четырнадцатый сидел?» – мелькнула даже у меня мысль.

– Кофе хотите? – любезно предложил профессор.

Я не отказалась.

– Маша, будьте добры, два кофе, – крикнул он кому-то в кухню.

Вскоре появилась пожилая женщина в простом платье, которая несла подносик с кофе.