Да здравствует король!
Шрифт:
Фауст глубоко вздохнул, выныривая из воспоминаний. Лес вокруг казался густым и бескрайним, словно древние развалины, полные загадок и тайн. Вдруг перед ним открылась небольшая полянка, ничем не примечательная на первый взгляд. Но Фауст чувствовал, что именно это место звало его. Он остановился на краю поляны и прислушался. Шепот стал громче, отчетливее, будто шел из самой земли. Это место дышало древней магией, магией смерти.
Фауст встал в центр поляны и сконцентрировался. Он почувствовал магические струны, переплетающиеся под его ногами, и закрыл глаза, призывая силу смерти. Его разум погрузился во тьму, и он ощутил древнюю мощь, поднимающуюся из земли. Легкий туман появился вокруг, и из него
— Кто зовет нас? — прошептал один из фантомов, его голос был едва слышен, словно эхо далекого прошлого.
— Я — Фауст, король Агорана и мастер смерти, — ответил он, используя всю силу своей воли, чтобы подчинить фантомов. — Расскажите, что удерживает вас в этом месте?
Фантомы заговорили хором, их голоса слились в один общий плач. Они рассказали, что погибли здесь более пятисот лет назад от стрел подлых эльфов, которые убили их из засады, не вступая в честный бой. Души павших жаждали битвы, но были обречены оставаться здесь, привязанные к этому месту своей ненавистью и неутолённой жаждой крови.
Фауст улыбнулся, чувствуя, как его власть над фантомами крепнет. Эти воины могли быть полезны ему. Их жажда крови совпадала с его собственными целями, и он знал, как можно использовать их силу.
— Вы жаждете сражений? — спросил он, поднимая руку. — Я дам вам их. Служите мне, и я обещаю вам битвы, которых вы так желаете. Вы сможете отомстить своим врагам и обрести покой.
Фантомы замолчали на мгновение, затем кивнули, признавая его власть. Фауст чувствовал, как их древняя ярость переплетается с его магией, подчиняясь воле некроманта. Теперь они были его армией, его тенью, готовой следовать за ним куда угодно.
Фауст знал, что впереди ещё много испытаний, но теперь он не был одинок. С армией древних воинов-призраков можно смело двигаться вперед, навстречу своей судьбе.
Он вернулся к ручью, у которого привязал коня, чувствуя себя спокойнее, чем раньше. Теперь его охраняли фантомы древних воинов, поднятые им из забытых могил. Они следовали за ним, невидимые в темноте леса, но он ощущал их присутствие — холодное и безмолвное, словно сама смерть шла по пятам. Беглецу нужно было добраться до Диких Земель, и с этой призрачной армией у него появился шанс противостоять преследователям, если те его настигнут.
Честно говоря, Фауст сомневался, что за ним будут долго гнаться. Армия герцога Эдмунда была измотана после кровопролитной битвы, а лес Забвения считался проклятым и полным опасностей. Немногие рыцари рискнули бы углубиться сюда, зная, что их ждет. А на юго-западе от Агорана уже начинались Дикие Земли — территория, где не действовали законы королевств.
Места эти были гиблыми, и народы селились здесь неохотно. Густые леса, переходившие в зловещие болота, лесостепи, окружённые невысокими, но запутанными горами. В этих мрачных горах, с их темными и извилистыми пещерами, обитали опасные существа, которые давно стали предметом страшных легенд. В Диких Землях можно было встретить самых отчаявшихся и проклятых — тех, кому не было места в людских королевствах, эльфийских лесах или других цивилизованных землях. Здесь обитали разбойники, изгнанники и те, кто, как и сам Фауст, избрал путь смерти.
Еще будучи королем, Фауст случайно услышал в замке разговоры странствующих рыцарей, которые рассказывали о тайных поселениях, противных Святой Матери, — церкви, которая считала магию смерти самым тяжким грехом. Они упоминали о практикующих тёмные искусства людях, которые обосновались в этих землях. В своей нынешней ситуации Фауст надеялся, что эти поселения были обителями некромантов, а не демонов или их почитателей. Сейчас столкновение с демонами стало бы худшим из возможных
Небо постепенно темнело, солнце скрылось за горизонтом, и наступила ночь. Фауст знал, что не сможет двигаться дальше в полной темноте, особенно в таком незнакомом и опасном месте. Он нашел небольшую поляну, где можно было остановиться на ночлег. В прежней королевской жизни у него не было необходимости ночевать под открытым небом. Всегда была теплая постель и мягкие подушки, верные слуги и обильная еда. Но теперь он был один, без роскоши и удобств.
Фауст собрал несколько сухих веток и попытался разжечь костер. Это оказалось сложнее, чем он предполагал. Его руки дрожали от усталости, а одежда была мокрой и грязной после долгого дня в седле. Он несколько раз пытался высечь искру, но лишь с третьей попытки ему удалось разжечь огонь. Небольшое пламя заколыхалось на ветру, давая немного тепла и света. Фауст подкинул веток и сел поближе к костру, протянув руки к огню.
Он начал осозновать, что теперь в полной мере познает все тяготы жизни беглеца. В темноте леса казалось, что каждый звук, каждый шорох — это знак приближающейся опасности. Но хотя фантомы его охранников и не были видны в ночи, он знал, что они на страже, готовые защитить его.
Фауст задумался о своем будущем. Если слухи о поселениях некромантов в Диких Землях правдивы, то он может найти там союзников. Возможно, даже тех, кто изучил магию смерти глубже, чем он сам. Ему нужно больше знаний, больше силы, чтобы выжить и отомстить врагам. Архиепископ Бельмонт, герцог Эдмунд и все, кто предал его, еще заплатят за свои проступки.
Беглец сидел у костра, огонь танцевал перед его глазами, и мысли снова вернулись к прошлому. Он вспомнил первое занятие с Ярашем, когда тот показал ему магические струны, пробивающиеся сквозь материю. Теперь он знал, что сила смерти, которую он выбрал, была не просто путем к знанию, а судьбой, тенью, которая преследует его с детства.
Утром Фауст проснулся с ощущением тяжести в теле и усталости. Прохладный воздух окутывал его влажной пеленой, которая, кажется, так и не высохла за ночь. Он собрал остатки своих припасов и понял, что их совсем мало. Будучи королем, он никогда не задумывался о подобных вещах — всегда были слуги, которые обо всем позаботятся. А теперь он осознал, что недолго протянет без еды, если только не найдет способ добывать ее самостоятельно.
Однако он едва ли сможет охотиться. Фауст видел дичь только на королевской охоте, для которой животных готовили заранее и ловля оленя или кабана была лишь ритуалом. Настоящая же охота требовала навыков и терпения, которых у него не было. Лука у него тоже не было, и он не знал, как правильно выслеживать диких животных. Конечно, можно попытаться натравить на зверей своих фантомов, но животные наверняка почувствуют их присутствие раньше, чем те смогут подобраться на расстояние атаки.
Фауст мрачно вздохнул. Его одежда была грязной и мокрой, холод пронизывал до костей. Будь он более опытным в магии смерти, возможно, знал бы какие-то хитрости, чтобы согреться и добыть пищу, но Фауст остался недоучкой. Яраш успел обучить его лишь основам, прежде чем был изгнан. С этими печальными мыслями бывший король продолжил свой путь, упрямо шагая вперед, несмотря на холод и голод.
Он задумался о том, что сейчас происходит в его бывшем королевстве. Герцог Эдмунд, вероятно, уже готовится к коронации. Он не просто сверг короля, но и раздобыл давно утерянную корону Ерласа Великого, основателя первой человеческой державы. Этот древний артефакт, считающийся символом легитимности власти, добавит Эдмунду веса в глазах соседних королей, которые наверняка признают его правителем Агорана. Так новая династия займет трон, а сам Фауст останется всего лишь забытой страницей истории.