Цитадель тайны

Ова Юля

Время шло до ужаса медленно.

Какое-то время он наблюдал за тем, как Уно убивает бандитов, скроенных под копирку, а когда ему надоело переживать за сохранность джойстика, ушел к Амэ. Но наблюдать за ним было еще невыносимее. Он полностью растворился в звуках красивой, разрывающей душу музыки. В какой-то момент Йоми показалось, что посреди студии осталась только оболочка Амэ, а сам он и правда растворился в музыке. От этого стало не по себе. Йоми с грустью посмотрел на Амэ еще раз. Затем бросил печальный взгляд на бас-гитару, к которой так

ни разу и не прикоснулся. И вышел.

Обследовать бункер желания не было, и потому он отправился в комнату, которую указала Лилин, в надежде убить время за подборомподходящей для себя одежды и, как ни странно, этот процесс увлек его. Там было все, что только можно было себе представить: брюки и джинсы, рубашки и футболки; спортивные костюмы, нижнее белье, много обуви, и даже смокинги.

Йоми даже откопал точно такую же футболку, что была на нем.

Комната эта была похожа на небольшой магазин одежды, совмещенный со складом и с салономкрасоты одновременно. Ряды полок и вешалок с одеждой вдоль одной стены, несколько трюмо с большими зеркалами — вдоль другой, около них одноногие высокие стулья, и много всяких прибамбасов для ухода за собой.

Когда Лилин окликнула Йоми, он сидел и смотрел на свое отражение.

— Пойдешь в ванную? — спросила она.

— Амэ же собирался.

— Он так заигрался, что, по-моему, ничего не слышит и не видит.

— Да, с ним такое часто бывает… точнее, бывало. Ладно, тогда я пойду, — Йоми поднялся со стула и взял приготовленный сверток одежды, — правда, можно взять?

— Конечно, бери, они мне все равно не подходят, — попыталась пошутить Лилин, а потом улыбнулась и добавила, — бери и не парься.

Лилин окликнула Йоми, когда он выходил из гардеробной.

— С тобой все в порядке? — настороженно спросила она, подойдя ближе, — ты сам не свой.

— Да, вроде нормально, — ответил я, а затем, чуть помедлив, добавил, — тебе знакомо чувство дежавю?

— Да, случается иногда, правда сейчас, когда моя жизнь замкнулась вокруг этого бункера, это случается все чаще. А что?

— А меня это чувство в последниедни не покидает совсем. Ладно, я пошел.

Йоми аккуратно притворил за собой дверь и замер, прижимая к себе сверток с одеждой. Видимо задумался о чем-то. В чувство его привел едва слышный голос Лилин.

— Нет, не получится. Опять. Как же я устала.

Йоми тихонечко, стараясь не дышать, заглянул в гардеробную. Он не собирался подслушивать, не хотел пугать или расстраивать Лилин, но и уйти просто так не мог. Лилин сидела на стуле, на том же самом, на котором только что сидел он, и безучастно смотрела на свое отражение в зеркале.

— Все впустую, но нужно собраться с силами и продолжать улыбаться.

— Амэ! Амэ! А-амэ-э-э!!!

Он так заигрался, что не сразу услышал, что Лилин зовет его. Когда ее голос, наконец, достучался до него, он, не прекращая игру, оглянулся.

— Амэ! Оторвись на минутку, — попросила Лилин, — ты мыться будешь.

Клавиши

обиженно квакнули.

— М-м-м, а можно попозже?

— Как хочешь. Я собираюсь туда, — она ткнула пальцем в потолок, — не хочется тут ночевать. Уно решил остаться, он тоже заигрался, только в компьютер.

— Он разлюбил музыку.

Уно разлюбил музыку, даже возненавидел. По крайней мере, он так говорил. А раньше он жил одной лишь музыкой

— Я надеюсь, что не разлюбил. Йоми собрался со мной идти, а ты как?

— Мне бы хотелось поиграть еще. Ты не против?

— Конечно не против. Играй, сколько душе будет угодно. Занимай любую комнату, какая понравится. И не забудь выключить тут все, когда пойдешь спать.

— Не забуду.

— Тогда пока, — она улыбнулась и помахала рукой на прощанье.

— Пока, — Амэ махнул рукой в ответ и повернулся к синтезатору.

Снова полились гармоничные звуки, заставлявшие радоваться и печалиться одновременно.

Йоми ждал Лилин в гостиной, сидел на диване и наблюдал за Уно, самозабвенно игравшем в бессмысленную компьютерную стрелялку. Он был так увлечен развернувшимся на мониторе побоищем, что далеко не с первого раза услышал, что Лилин зовет его.

— Уно. Уно!

Бесполезно. Еще бы, он ведь нацепил наушники и включил их на всю громкость.

— У-уно-о-о! — Лилин все же решилась потрепать его за плечо.

— Да?! — откликнулся, наконец, Уно, оттянув один наушник.

— Мы с Йоми пошли наверх. Амэ решил остаться.

— Кто бы сомневался.

— Я двери запирать не буду, просто прикрою. Чтобы открыть наружный люк, нужнонажать на самую большую кнопку на панели. Понятно!

— Ладно-ладно, я понял. Чего тут не понять? Пока, — отмахнулся он и вновь с головой погрузилсяв игру, где его персонажа за время короткой отлучки едва не убили. — Вот я тебя сейчас, дохлая тварь!

Йоми шел и представлял, что когда-нибудь этот путь станет привычным для него. Путь по извилистому тоннелю с тусклым неживым светом, мимо железной двери с кодовым замком, мимодесятка таких дверей; через склад с заваленными стеллажами и компьютерами наблюдения; по лестнице наружу, на волю, к солнечному свету. И между тем он был уверен, что все это, ну хотя бы лампы, освещавшие лестницу и днем и ночью, не перестанут быть для меня чем-то, что напоминает жизнь, которую уже не вернуть.

Лилин шла впереди, ее хрупкий силуэт казался Йоми таким знакомым и родным. Казалось, что она всегда шла перед ним, указывая дорогу. Все в ней было знакомо, и походка, и манера держать голову, и даже собранные в пучок на затылке волосы.

— Лилин! А как так вышло, что у тебя склад, совмещен с пунктом наблюдения, да еще и расположен он сразу за входом?

Они к этому времени дошли до двери, за которой скрыта лестница. Лилин окинула помещение туманным взглядом и принялась набирать на панели замысловатую комбинацию цифр.