Цикл Мир
Шрифт:
Голос парнишки из таверны назойливо тянул песню. А потом он сменился на голос Дани.
Не пой, пожалуйста, не пой…
Девушка проснулась.
Она очень удивилась, обнаружив себя не в гамаке в окружении темноты, а на мягкой широкой кровати среди подушек и одеял. Как только до кожи дотронулся солнечный свет, волоски мгновенно встали дыбом, а кончики пальцев посинели. Девушка вновь почувствовала холод, который, как ей показалось во время сна, отступил.
А когда она скинула всю ткань, оставшись в платье кораллового цвета, подаренного женщинами Морсы, так и вовсе задрожала до клацанья зубов.
На кровати лежало
Она опустила ноги на пол, но вместо пушистого ковра почувствовала что-то в кожаном переплете с латунными уголками. Книга. На первой странице было написано: «Логика». Девушка пролистала страницы, попыталась вникнуть в текст, но он оказался сухим, запутанным и полным каких-то силлогизмов. Она вернула книгу на место.
«Пора приступать к своим обязанностям», – решила она и в одном платье вышла на палубу, когда Ролло, стоявший на капитанском мостике, готовился что-то бросить в воздух.
Девушка хотела остаться незамеченной, но звон монеток на поясе выдал ее.
– Поднимайся сюда! – приказал капитан. – Я собираюсь открыть портал на остров сирин.
И Зеленовласка послушно пошла наверх.
Ветер раздувал легкую шелковую ткань, алеющую на фоне голубовато-серого горизонта и серых парусов, отчего белые ноги девушки обнажились, играл с волосами, сплетая их в волнистые косы. Вот только плечи Зеленовласки были опущены, а тонкие руки обхватывали тело. И зубы стучали, да так, что Ролло – вместо того, чтобы любоваться красивой фигурой, – со всей силы стиснул штурвал, стараясь не выдавать бешенство.
– Здесь неподалеку есть маленький порт, – сказал капитан. – Заглянем туда на некоторое время.
– А как же портал?
– Часом раньше, часом позднее. Боюсь, это мало что поменяет. А вот терпеть скрежет твоих зубов – выше моих сил.
Они направились в портовый городок, расположенный в бухте на западном побережье, на входе в которую высились скалистые утесы – каменные заостренные пики напоминали копья великанов, пронзавшие облака.
Первым делом Ролло и сирена отправились к местным ткачам.
– Мне нужен плед, – объяснял он на местном диалекте. – Очень теплый. И платье.
Когда ему назвали цену за куски шерстяной материи, у Ролло едва ли не прихватило сердце. Два золотых? Два?! Золотых?! За шерсть какой-то редкой горной овцы… Ну, хорошо, ламы. Суть-то одна.
«В следующий раз сам полезу в горы и остригу баранов», – подумал мужчина, искусственно улыбаясь продавцу, уверявшему, что эта ткань согреет даже призрака.
«Если не согреет, – решил Ролло, – я тебя самого превращу в призрака. И ты мне таки вернешь деньги».
Ругаться и торговаться при девушке почему-то не хотелось. И капитан никак не мог понять причину смущения. Возможно, она заключалась в том, что Ролло в первый раз ходил по суше не один (сирены не могли ступать на землю), а может быть… Ролло тряхнул головой, чтобы прийти в себя. К сожалению, он не мог объяснить себе этого чувства. Но наблюдая за тем, как девушка кутается в плед и даже робко улыбается, мужчина радовался.
Далее они посетили маленький рынок, где сухонькая
Девушка дотронулась до одной: наполовину коричневой, наполовину желтой, с черным зигзагом посередине.
А капитан в это время скупил все согревающее и успокаивающее. Отдавая деньги уже за травы, Ролло подумал, что если братец Зеленовласки не объявится в ближайшее время – он разорится. Капитан слышал, что содержание женщины обходится дорого, но даже не представлял, насколько: одежда, вещи, еда. В этот список еще не входили красивые платья, украшения… что там еще женщины просят?
Вновь и вновь он возвращался мыслями к Лорелейн, которая всегда была сама по себе. Ее не надо было содержать, ее не интересовали его подарки, меркнувшие перед королевскими дарами Верховной птице. Сирин устраивали его подвиги и проникновения к ней в комнату по стене башни. За все время их отношений она попросила его лишь достать упавшую звезду да пресловутые «слезы» несуществующей кошки. Поэтому Ролло даже не подозревал о том, что в жизни с женщиной существует еще и самый обычный быт – простой, незатейливый, но временами выматывающий и бесящий.
Рядом с лавочкой травницы расположилась жаровня, на углях которой жарились крохотные тушки неизвестных животных. Смуглый старичок улыбнулся девушке беззубой улыбкой и что-то сказал. Сирена непонимающе пожала плечами и позвала Ролло.
– Он говорит, что эти уже куплены, – пояснил капитан, – но специально для тебя остался последний. Хочешь? Они их мигом готовят. Не скажу, что очень вкусно, но с голодухи неплохо заходят.
Только сейчас девушка заметила в ногах у старичка деревянную коробку, внутри которой копошилось что-то маленькое, пушистое, живое. Существо подняло на нее свои черные блестящие глазки.
– Ролло, они что, едят хомяков?
– Не только. Еще кузнечиков, бабочек, но это вообще гадость редкостная.
Зеленовласка замерла, как громом пораженная. А хомячок уже встал на задние лапки и принюхивался к запахам вокруг.
«Только не этот маленький комочек меха с крохотными ушками», – думала девушка, сжимая кулаки.
– Ролло, пожалуйста, давай ее оставим!
Мужчина отпрянул от неожиданности.
– Нет!
– Ролло, пожалуйста! Ты только посмотри на нее: какая у нее шерстка цвета персика, мягонькая, шелковистая.
– Нет!
– А эти глазки-бусинки!
– Нет!
– А этот розовый носик? Ты посмотри, как она им смешно шевелит!
– Нет, сирена, на моем корабле никогда не было, нет и не будет крыс! – Ролло развернулся и пошел прочь от жаровни, полный негодования и возмущения. Как только девушка посмела просить его о подобном – после всего, что он для нее сделал!
Зеленовласка же оторопело проводила его взглядом, но решила не сдаваться и бросилась вдогонку.
– Это не крыса, а хомяк! – сказала она, неожиданно повисая у него на плече. И откуда только сила и наглость взялись? Но девушке казалось, что этот маленький персиковый хомячок чем-то похож на нее: заперт в деревянной коробке в ожидании, когда его съедят. И если в своем положении она была виновата сама, то это существо не совершило ничего преступного. – Пожалуйста, Ролло!