Чужой
Шрифт:
В ванной, пока умывался, все к бороде присматривался на предмет немедленно ее сбрить. Ненавижу эту поросль, смертно ненавижу, но нельзя пока, как мне кажется. Потом плюнул и принял соломоново решение, то есть сделал так, чтобы и волки сыты и овцы целы — превратил ее в эспаньолку. И зря, наверное, потому что с ней стал выглядеть даже моложе, чем без нее. Несерьезней как-то. Это плохо, но вообще-то ладно. Тем более, что в новом ай-ди уже мое лицо, а не дубля, так что особо в глаза не бросится. Правда, возраст в документе указан… Ладно, хрен с ним. Молодо выгляжу, здоровый
Завтраком в мотеле, несмотря на ранний час, уже кормили, так что я получил яичницу с жареным беконом, кофе и тосты с джемом, все вполне нормально, как в «мирное время». Вместо Эрла в баре заправляла толстая женщина средних лет, улыбчивая и доброжелательная, но постоянно зевавшая, причем так сильно, что я начал опасаться за ее челюсть.
«Рейнджер», приткнувшийся у самого подъезда и выстывший за ночь, легко завелся и так же легко домчал меня до аэродрома. На улицах даже было заметно какое-то оживление, люди ехали на работу, кто куда. На самом выезде проскочил мимо колонны из десятка грузовиков, вытянувшихся вдоль обочины и сопровождаемых вполне серьезного вида восьмиколесным бронетранспортером и уже привычным бронированным «хамви». Похоже, что в Анклавы отправлялась очередная партия собранных «полезностей».
На аэродроме тоже была заметна суета. Пикетта я нашел сразу, он стоял возле «каргомастера», о чем-то разговаривая с пилотом, низкорослым мужиком лет сорока, с такой же, как у меня, круглой бородкой. Увидев меня, ткнул пальцем в «ремингтон», что я нес в руках, сказал:
— Длинный, в кабине с таким неудобно. Тебе надо короткий получить, вроде этого, — он похлопал по автомату, висевшему у него на груди.
— Надо, — сразу согласился я. — Как увижу, что кто-то торопится мне такой выдать, так немедленно и получу. Не ты выдаешь?
— Это в городе, — махнул он рукой. — Вернемся обратно, напомни, сходим вместе.
— Напомню обязательно, — уверенно сказал я в предчувствии халявной добычи. — Что делаем сейчас?
— Ничего. Он нас везет, — Пикетт кивнул на пилота, — мы спим в кабине. А там ты сегодня осваиваешь «фоксбэт», завтра вылетаем обратно, ты уже сам по себе.
Да, времени зря здесь никто не тратит, наверное. Ладно, справлюсь, я думаю, что там может быть сложного?
В «каргомастере» кроме нас не было никого. Заработал двигатель и вскоре самолет порулил по дорожке в начало полосы, гулко постукивая покрышками по трещинам в асфальте. Мотор заработал громче, машина сорвалась с места, быстро разогналась и оторвалась от земли. Сразу стало тише.
— Я уже официально где-то работаю? — спросил я у Пикетта после того, как земля совсем отдалилась и потерялась в дымке, и смотреть в иллюминатор стало не интересно.
— Да, уже, видишь? — Пикетт достал из небольшой сумки планшет, похожий на тот, что я видел у Люси, только поменьше, включил его, дождался загрузки, после чего открыл какую-то таблицу со списком фамилий и цифрами напротив — зарплатой.
— Сотня? — немного удивился я.
— Да. Двести
Ну да, в неделю. Четыре сотни в месяц. Нормально. Хотя мне здесь сколько осталось? Полагаю, что получить что-то кроме аванса у меня не получится. Зато его почти полностью отработаю, получается. Все по-честному.
— Что ухмыляешься? — спросил Пикетт.
— Да так, — отмахнулся я. — Просто немного странно, что вроде бы к нормальной жизни вернулся. Работа, зарплата, все такое.
— Ну да, ты же в горах так и жил как медведь, — тоже усмехнулся он.
— Кстати, ты когда-нибудь слышал про то, что люди заражались от чужих?
— Это тебе доктор наболтал? — вместо ответа уточнил Пикетт.
— Он, кто же еще? — не стал я укрывать правду.
— Это поначалу так пугали людей, — сказал он, попутно зевнув и прикрыв рот ладонью. — Нет, не слышал, и никого они пока не заражали. Хотя многие до сих пор верят.
— А что тогда все такие нервные по поводу этих самых чужих?
— А черт его знает, если честно, — сказал Пикетт, переключая свой планшет на игру в покер. — Не моя область компетенции. А что?
— Как что? — вполне натурально удивился я. — Интересно же.
— Интересно? — переспросил он и вроде даже задумался. — Да, наверное интересно. Но я понятия не имею, что дальше. Всех отправляем в Форт-Сэм, а что дальше — ни малейшего представления. Но уж точно не убивают их там, потому что приказ обращаться бережно, кормить хорошо, обеспечивать условия и все такое. Только отпускать нельзя, жесткий карантин.
— Карантин как с инфекционными больными? — решил я все же уточнить.
Похоже, что Пикетт и вправду никогда раньше этим не интересовался, потому что сейчас явно задумался, после чего сказал:
— Нет. Как в тюрьме карантин, если проще сказать. У них в госпитале отдельный коридор, там решетка и охрана, я мимо часто прохожу. И еще им туда тренажеров на целый спортзал навезли, — добавил он, явно вспоминая подробности. — Да, приятель туда беспроводную сеть протянул, и кабельное туда протащили. Нет, на заключенных они не похожи, о них заботятся.
— А кто они вообще? Ну, в смысле… даже сам не знаю как спросить, — изобразил я полное непонимание.
— Американцы, — пожал плечами Пикетт. — Такие же как мы. Просто не отсюда, а из других Америк. Параллельных. Обычно растерянные, ничего не понимающие, если говорить о тех, что попадали к нам. Несколько раз попадались иностранцы, но все провалились к нам из Америки.
— Откуда проваливались, там и оказывались? — уточнил я.
— Не совсем. Бывало так, что человек проваливался в Вайоминге, а выходил в Колорадо, например. Но обычно не дальше.
Вот так, все как в Отстойнике. Нет, этот мир точно идет по его стопам, руку на отсечение, или зуб даю, если проще.
— Подожди, я вот чего никак не пойму, — начал я постепенно подбираться к важному. — То есть сюда может свалиться «параллельный я», что ли?
— Нет, — засмеялся он. — Ты есть ты. А он есть он. Люди не повторяются, в тех Америках живут другие люди.