Чужой
Шрифт:
«Возможно, она тоже с Соти» — Недоумевал сержант догадливости чародейки. Цена ошибки — тайна. Теперь она уплачена.
Лилиана некоторое время постояла, обдумывая, что дало ей знание родного города Ронина. А то, что сержант какой-то барончик, уйти из службы в армии не аристократу невозможно. В том, что Ронин обученный солдат у Лилианы не возникало сомнений. Может быть, перебрался с Роддона после переворота, потерял покровителя или просто испугался и рванул в Республику.
Придя к таким умозаключениям, она пошла на расследование.
На кухне царил хаос. Перекладывались со стола на другой стол у окна фрукты, овощи, сыры и много всего во что чародейка вникать абсолютно не хотела.
— Откуда это всё? — Спросила она Юлис.
— Похоже, гости решили принести с собой частичку недели богов из столицы и сделать праздник.
— Точно! — Сказал Ирмис. — Кто у них там по счёту — Хулл, бог ветров? Вот и занесло нас сюда попутным дуновением!
— Идите, я всё приготовлю. — Уверила Юлис. — А ты, Румис, с Лилианой развлекай гостей.
— Вам помочь? — Спросил вошедший Арист.
— Нет, что Вы!
— Мне не сложно. Мои блюда иногда даже хвалили. Правда, всё чаще только на первый день.
— Тогда приступим. — Усмехнулась хозяйка. — Я за Вами прослежу.
Лилиана поспешно удалилась, чтобы ей не загадали стоять у плиты. Чародейка любила кухню только когда в ней ела, готовка точно не её призвание. Даже в школе магии она ненавидела корпеть над рецептами лечебных мазей и настоев. Зачем, если магия справляется с теми же задачами в разы эффективнее, а главное эффектнее.
Ронин, пока все болтали в ожидании раннего ужина, сидел хмурый, не произнеся и слова. «Как же, разгадали загадку самого умного и прозорливого» — Злорадствовала волшебница.
— Прошу! — Румис умчался на улицу и Юлис, сияя как начищенный злот, сама вышла с подносом.
Из кухни давно уже распространялись манящие ароматы, и поневоле захочешь есть. Через пять минут стол ломился от изобилия кушаний, принесённый с помощью подоспевшей подмоги в лице наёмников.
— Мне молока.
Все уставились на сержанта, проронившего эту фразу. Лилиана не смогла удержать смешок. Ирмис замер с наклоненной бутылкой белого Асторского вина.
— Будет Румису компания. — Тихо сказал сидящий около Лилианы Молф нейтральным тоном, хотя была заметна его веселость.
Ирмис вернулся с чашкой указанного напитка.
Сержант попробовал его и нахмурился.
— Э-э… Господин сержант, может, Вы расскажите Юлис о наших приключениях во время рейда. Это было бы очень занимательно.
Ронин удивлённо посмотрел на Ирмиса.
— Ирмис, в твоём изложении будет больше красок. Я же смогу сказать только одно слово.
— …провал. — Снова тихо прокомментировал Молф.
Голос Дирта никто не услышал, никто не услышал слова «война».
— Слушаюсь, господин сержант.
«Интересно, что Ирмис задумал. О том, что коварная мыслишка посетила наемника, говорила его хитрая физиономия»
Ирмис со своей привычкой преувеличивать и приукрашивать поведал о походе. Лилиана вместе с ним вспоминала их путешествие и на душе становилось как-то легче. В ее памяти осталось много интересного по окончании рейда, но были вещи, которые стоило позабыть как можно скорее и больше никогда не вспоминать
Группе Фостра он уделил всего пару слов:
— …встретили дальний патруль противника, но слава богам они нам вреда уже не могли причинить. Как вообще посмели перейти границу, я не представляю!
— Был приказ. — Подал голос сержант, о котором уже и подзабыли.
— Что? — Переспросил Ирмис от неожиданности, что его перебили.
— Они выполняли приказ, Ирмис, ничего более. — Голос сержанта расслабленный и слегка хмельной. — Им дают задание, они его выполняют. Пешки в руках людей могущественных и способных отправлять других на смерть. Способных хладнокровно подсчитывать потери и соотносить их с достигнутым результатом. Думаешь важно для солдат, что больше сотни лет назад у них страна уменьшилась вдвое, когда у них есть дом, семья и надежды на будущее? И думаешь, современная власть Фостра пылает праведным гневом за потерянными территориями. Холодный расчёт, вот что ими руководит. А расплачиваться должны обычные люди.
— Что-то я не заметил обычных людей в тех, кто резал моих ребят в пустыне. — Сказал Дирт.
— А кто твои «ребята», Дирт? Наёмники, которые сами выбрали, кем им быть. В этом деле Республика преуспела, у неё и армейцы берутся из добровольцев. А как быть с теми, кто в Хамани не может ослушаться слова старейшины, как с теми, кто служит своей родине? Ты сейчас мыслишь однобоко. Нет никакой разницы между солдатами, если их сёстры, жёны, отцы, кто угодно, боятся курьеров, несущих вести из места службы. Боятся получить письмо с красной лентой или песок в платке, как в Хамани. Их всегда использовали более изворотливые и хитрые, беспринципные и аморальные. Да, есть паршивые овцы и порой одной хватит… Знаешь, когда войны закончатся? Когда останутся только правители: короли, министры, советники. По-прежнему неудовлетворенны своими огромными безлюдными землями, но со стремлением расширить свои владения и власть. Однако они никогда не пойдут друг на друга врукопашную, их оружие не сталь, а вещи намного опаснее — бумага и перо. А сейчас…
Ронин замолчал, будто прислушиваясь к самому себе. Никто не нарушал тишину. Сержант посмотрел на пустую чашку молока, потом на Ирмиса, который тут же отвел взгляд. Сержант прикрыл веки и секунд десять сидел неподвижно. А как только открыл глаза, то сразу обратился к хозяйке:
— Извините, Юлис, я вас расстроил.
— Нет, что Вы! — Поспешила успокоить Юлис, быстро смахивая со щеки слёзу. — Вы говорили правильно.
— И тем вызвал у Вас нежелательные воспоминания. Я понимаю. Извините.
Ронин аккуратно отставил стул и бесшумно покинул комнату. Стукнула входная дверь.
— Неужели ваше приключение на этом и закончилось, Ирмис? — Преувеличенно бодро и весело спросила Юлис.
— Да, на этом и закончилось. — Хмуро отозвался тот.
— Тогда пора развеяться. Ронин показал отличный пример, скоро будет закат и зрелище это с открытого второго этажа на крыше просто изумительное. — Юлис как радушная хозяйка не позволяла гостям загрустить. — Я предлагаю перенести дальнейшие события именно туда, там, кстати, тоже есть стол, а ещё зонтики…