Чужой

Антипенко Олег Евгеньевич

Он закрыл дом на засов, спрятал в указанном хозяевами месте рычаг и по пути в таверну «Белый закат» вспоминал отдельные фразы из письма: Воин, твоя отвага, ты сохранил отряд… Теперь на его плечи легла новая ответственность — в полной мере соответствовать этим словам.

Тинот Хафал

Капрал был невысокого роста, худощав и с загорелой кожей фострца. Русые волосы убраны в шлем, а из темных провалов головного убора поблескивали карие глаза. Тинот сноровисто пристегивал обмундирование, чтобы ничего не звенело при ходьбе

или беге. Вытащил из ракотового футляра амулет и надел его на шею, как было сказано в инструкции. Он готовился к патрулированию.

Как всегда выход был намечен на полночь и капрал в сотый раз проклял умников, которые посчитали выход в темноте из города удачной идеей. Перестраховщики, к демонам их душу. Еще хорошо, сегодня нет облаков, а то бывает темень, хоть глаз выколи.

Однако его больше всего расстраивало другое обстоятельство — его отряд покинул Семюэль, его отправили к второстепенному городу за незначительное нарушение дисциплины. Он сохранил звание и жалование, но фактически его понизили, выдворив с новой столицы в захолустное поселение. Сам виноват, что попался.

Вместо проверенного человека в его отряд втюхивали вемана — жителя прибережной части Фостра. Как он здесь оказался вообще не ясно, и лучше бы его не было. Тиноту пришлось столкнуться однажды с этим типом, еще до начала освободительной войны, в Гилле при формировании. Тогда вемана забраковали в подразделение и отправили в пехоту. Или его и оттуда турнули, или это кара богов, которые таким стечением обстоятельств решили отомстить ему, капралу, за непутевую жизнь.

Он покинул казарму и отправился к Восточным воротам, где и была точка сбора. По дороге маршировала стража из местных вперемешку с его соотечественниками, повсюду горели факелы, освещая улицы и целые строения. Брусчатка прерывалась грунтом, кое-где проступал фундамент бывших домов, которые снесли ради построения радиальных улиц. Несмотря на редких солдат, город спал, дневной шум и гам уступил место покою. Даже непривычно как-то, еще с полчаса назад здесь стоял такой гвалт, что казалось, он слышен и у столицы старой, но пришло время отбоя и голоса как отрезало. Наступил комендантский час.

Около очередного светильника стоял, опершись о стену одной из десятка казарм, Риз.

— Знал, что ты не пойдешь по кратчайшему пути и подберешь старину Риза.

— Ты бы так и остался стоять до утра, выбери я другую дорогу? — Тинот крепко пожал протянутую руку.

— Я успел понять тебя очень хорошо, Хаф. Ты же не упустишь шанс испробовать канийское четырехлетнее, а? — Риз постучал себя по карману. — Не удивлюсь, если по запаху отыскал.

— Смотри, доиграешься. Семюэль уже попался…

— Дурак потому что. Кто же с Фатом сориться будет как не дурак?

— Так это видящий его сдал?! — Деланно удивился капрал.

Тогда это совсем другое дело, с магом шутки плохи и хорошим никогда не заканчивались. Пожалуй, стоит осторожнее себя вести с ним. Ходили разные легенды о мстительности волшебников, потому капрал даже говорить на эту тему с видящим не станет. Маг может прикрыть спину в случае опасности, а в случае какой-то затаенной злобы

может и не прикрыть. Кто потом узнает со зла он или просто не смог в силу объективных причин?

Они свернули в переулок, так как идущая вниз улица все дальше уходила от нужных ворот.

— А из-за чего они вообще поцапались? — Спросил капрал.

— Да по пустяку какому-нибудь. Семюэля не знаешь? Ему дай только повод для склоки, а иногда и повода не нужно.

— По крайней мере, он лучше новичка, надежнее уж точно.

— А почему огни не горят. — Невпопад спросил Риз и только сейчас Тинот заметил, что идет по неосвещенной улице.

Только они притормозили как откуда-то слева, от затененного угла просвистел серый предмет, буквально перед глазами у капрала сверкнув отблеском от далекого факела.

— Берегись. — Крикнул Тинот, но его предупреждение запоздало.

В горло Риза впился кинжал и друг с хрипом упал на брусчатку.

Капрал развернул и, мгновенно высвободив клинок, принял защитную стойку. Он собирался дать отпор врагу, однако тот так и не вышел из тени. Тинот собрался поднять тревогу, позвать стражу, но только он открыл рот, как резко кольнул грудь амулет, вспыхнуло золотым, а по затылку ему врезали чем-то твердым. Последняя мысль была о втором неучтенном противнике. Какой же он болван!

* * *

Первым его чувством была жажда, во рту все пересохло. Тошнило, пульсировала болью голова. Если есть боль, значит жив.

— Я задам два вопроса. — Слова острой иглой впивались в мозг капрала. — Все что я прошу ответить быстро и правдиво.

Он с трудом разлепил веки, что-то липкое склеило их. Тинот сразу понял, где находится — трущобы. Старый квартал к югу от центра, его не успели снести, ведь здешние хибары не годились как строй материал и их оставили на потом. Идеальное место для пряток, ведь всех расселили по другим городам, и теперь это место заброшено.

— Что тебе нужно? — Прохрипел капрал.

Незнакомец был один, по крайней мере, только его освещал артефакт, подвешенный у забитого досками окна.

— Всего два ответа.

— Где Риз?

— Ты, наверное, его имеешь в виду. — Голос без ехидства, отстраненный, спокойный, тихий.

Капрал повернул голову и только сейчас понял — руки связаны, а сам он сидит на полу, подпертый стеной. В двух футах лежал его друг, накрытый по подбородок тряпкой с темными разводами.

— Убийца!

— Да, так и есть. — Согласился тот без намека на эмоции. — Первый вопрос: куда и каких пленников распределяют.

— Да иди ты в преисподнюю!!! — Взревел капрал и что есть силы рванул путы, но те лишь глубже врезались в запястья.

Ожидаемой злости у незнакомца это не вызвало, даже раздражение не проявилось на каменном изваянии лица.

— Я однажды уже пытал человека, — отстраненно произнес незнакомец, глядя на пылающий артефакт. — Вытянул все нужные мне сведения, но такой метод слишком жесток. Я прибег к нему только потому, что тот человек пытался меня убить. Ты даже не подозревал о моем существовании, лишь оказался не в том месте не в то время.