"Чужой"

Соболев Сергей Викторович

– Где то с четверть часа, - Краснов обменялся с ним рукопожатием.
– Игорь, сначала хочу спросить о главном. Что с Лехой Супруном? Есть какие нибудь сведения о нем?

– А ты что, не в курсе?
– Шулепин бросил на него странный взгляд.
– Пропал Леха. Его в Выселках подстрелили... я ж тебе говорил!

– Убили? А это... Супруна уже похоронили? Когда?

– Гм... Я думал, что тебе об этом больше нашего известно! Ты же, кажется, последним оттуда свалил?!

– Да ни хрена я не знаю! Сам еле ноги унес!

– Вот что, Димон...
– Шулепин вдруг заозирался,

как будто опасался, что за ними кто то следит.
– Пойдем отсюда! Тут недалеко тачка стоит: там один наш общий знакомый дожидается.

Они прошли пешком примерно два квартала. Шулепин свернул во двор одной из многоэтажек. В ряду припаркованных здесь разнокалиберных легковушек стояла серая "нива". Шульц распахнул дверцу и откинул вперед кресло пассажира.

– Паук, а вот и мы!
– сказал он московскому соратнику, поджидавшему их в машине.

– Димон, садись на заднее сидение!

Краснов сразу же признал в водителе "нивы" одного из москвичей, принимавших участие в ночной акции в Выселках.

– С приездом, братишка!
– Паук, обернувшись, протянул ему ладонь.
– А мы тут вспоминали тебя... Молодец, что выбрался к нам! Ладно, потом поговорим...

Он завел движок и стал выбираться из двора. Шулепин сунул в автомагнитолу кассету с записью своей любимой группы "Нью ордер". Серая "нива", попетляв по городским улицам, теперь уже катила по городской окраине, среди гаражей и частных домовладений. Очередной поворот, переулок - или тупичок - с несколькими старыми деревянными домами. Которые, верно, были построены еще в начале прошлого века...

Дом, к которому подкатила "нива", оказался крайним, ближним к лесу.

– Приехали, - сказал Паук.
– Димон, бери сумку и на выход! Шульц, покажи нашему гостю его "апартаменты".

Краснов выбрался из салона "нивы". Шулепин, словно оправдываясь, сказал:

– Я снимаю однокомнатную квартиру... Но пока решено кантоваться здесь - в целях безопасности!

Вслед за своим воронежским знакомым Краснов сначала поднялся по деревянному скрипучему крылечку. А затем, миновав захламленную старыми вещами веранду, прошел в дом.

Шулепин, шедший впереди, вдруг остановился, - в коридоре - пропуская его вперед.

– Проходи, Димон, - сказал он странным голосом.
– Тут с тобой наши соратники хотят одну тему перетереть.

Краснов прошел мимо него в дверь и оказался в большой комнате, в которой из за прикрытых ставней царил полусумрак.

Некрашеные полы, стены с облупившейся штукатуркой, два составленных вместе - в форме буквы "Т" - стола. Диван и с полдюжины стульев и табуреток. Вот и все довольно скромное убранство.

Кроме него здесь находились еще двое людей: один стоял у окна, другой сидел на табуретке возле стола.

Несмотря на полусумрак, Краснов узнал обоих: это были москвичи Антизог и Топор. Те самые мужики, с которыми Шулепин и Супрун познакомили его накануне ночной акции в Выселках.

– Ага, а вот и наш славный боец нарисовался, - с какой то непонятной Краснову иронией в голосе произнес Антизог. Он встал на ноги, облокотился двумя руками о край стола, затем своим хорошо поставленным голосом скомандовал.
– Обыщите

его!

К Краснову, который от неожиданности застыл посреди комнаты, неспеша, ступая вразвалочку, подошел один из двух братьев Мясоедовых.

– Давай сюда сумку!
– сказал крупногабаритный парниша по прозвищу "Топор".
– И выворачивай все из карманов... на стол!

– Не понял?!
– процедил сквозь зубы Краснов.
– Вы чего, умом тут все тронулись?

Кто то - кажется, это был Паук - подошел к нему со спины и приставил ствол меж лопаток.

– Не дергайся, Краснов!
– подал реплику Антизог.
– Это во первых. А во вторых, у нас имеются к тебе кой какие вопросы. На которые, если хочешь жить, ты обязан дать исчерпывающие ответы.

– А не пошли бы вы, мужики... в известном направлении?! Ни хрена себе "теплый прием"?! Вы что, забыли, кто ваши задницы огнем прикрыл?! Кто дал вам возможность отойти без потерь?!

– Мы все помним, не сомневайся. А вопросы у нас к тебе будут такие.
– Антон Снаткин протер носовым платком стекла очков, затем, водрузив их на переносицу, продолжил.
– Когда и кем, Краснов, ты был завербован во время службы на Кавказе? Кто тебя свел с Тахиром Сайтиевым и его ближним окружением после твоего возвращения в Воронеж? Кто приказал тебе внедриться в ряды воронежской организации НСО? Почему - и почем!
– ты сдал ребят кавказцам! И еще один вопрос, самый важный в данную секунду: к т о приказал тебе отправиться в Москву и искать здесь контакты с нашей организацией?!

Глава 6

Басгул, старейшина семьи, просыпался раньше всех. Вот и сегодня, в пятницу, он встал ни свет ни заря - в половине пятого. Вместе с ним в съемной двухкомнатной квартире, расположенной в панельной многоэтажке на границе Алтуфьевского и Бибирево, на севере Москвы, проживают еще десять человеческих душ. Пятеро - его сыновья, в возрасте от тридцати восьми до двадцати лет. Остальные земляки, приехавшие из Курган Тюбе, откуда они все родом, на заработки в российскую столицу.

Жен и детей они оставили в родной стороне. Без них, без близких, без женской заботы и ласки, мужчинам приходится несладко. Но других вариантов нет. В их собственной стране нищенские заработки и переизбыток рабочих рук. Везти вместе с собой и семью? Это не только дорого, неподъемно по деньгам, но еще и глупо, еще и опасно. Они сами то здесь существуют на птичьих правах. В любой момент в квартиру может позвонить участковый - которому, впрочем, Басгул и еще несколько "бригадиров", снимающих жилье в этом квартале, регулярно платят отступные. Случаются облавы на рынке в Бибирево, где работают двое его сыновей, так что от неприятностей они не гарантированы. Иногда его младшие сыновья ездят наниматься на "нелегальную биржу" в Мытищи, там тоже не всегда спокойно. Частники либо владельцы небольших фирм, нанимающие гастарбайтеров для выполнения "разовых заказов", также не всегда, мягко говоря, выполняют свои обязательства. Иногда можно вместо расчета услышать