Чужое небо
Шрифт:
С. противоположной стороны поля шагал Тесленко, размахивая пистолетом и широко улыбаясь. Он явно был доволен всем случившимся.
– Ловко вы их...- начал было он, но капитан оборвал его:
– Заберите оружием
Теперь прятаться уже не было смысла. Немцы, если они были поблизости, слышали выстрелы. Надо как можно быстрее уходить в лес. Грабарь поднялся и, постанывая, заторопился через поле. Поравнявшись с сержантом, приказал:
– Индивидуальные пакеты тоже заберите. Сержант хотел было что-то сказать или спросить, но Грабарь прикрикнул:
– Без разговоров,
Сержант торопливо сунул пистолет в карман и склонился над немцами. Потом догнал капитана.
4
– Не ранены?
– спросил Грабарь, когда деревья сомкнулись за их спинами. Он пошел медленнее, тяжело отдуваясь.
– Никак нет, товарищ капитан, - обрадованно проговорил сержант.
– Меня аккуратненько сбили. Упал прямо на это дурацкое поле, забежал в лес, гляжу - и вы горите. Ну и перепугался же я! Я видел, как вы выпрыгнули, все ждал, когда парашют раскроете, а вы не раскрывали. А потом уже над самым лесом - хлоп! Немец в дураках остался - он ведь до самой земли за вами пикировал и все равно проскочил. Потом развернулся и ну со злости полосовать по лесу. Смех! Ну, я спрятал парашют, думаю, надо капитана выручать. Только добежал до середины поля - трах-бабах!
– фрицы. Ну, я начал давать им жару...
Капитан посмотрел на него тяжелым взглядом, пожевал губами. Ну что ты будешь делать с таким героем! Ведь напорись они не на резервистов, а на обстрелянных солдат, - уж будьте уверены, они превратили бы обоих летчиков в решето. Уж те-то знают, и где залечь, и когда встать, и как стрелять. Им дико, невероятно повезло, а этот думает, что иначе и быть не могло, что он со своей хлопушкой невесть какая гроза для немцев...
Капитану хотелось обругать этого несмышленыша самыми последними словами. Но вместо этого он спросил:
– Ползать вас не учили?
– Чего-о?
– не понял тот.
– Ползать, спрашиваю, не учили?
– Стану я ползать перед фрицами! Капитан промолчал. По его лицу прошла судорога, он запнулся и схватился за бок. Тесленко взглянул на него с тревогой:
– Что с вами? Грабарь передохнул.
– Ничего. Шагайте.
– Вы ранены?
– Шагайте!
– с раздражением повторил капитан. Сзади послышались отдаленные крики, треск автоматов. Капитан насторожился.
– Сколько магазинов вы подобрали? Тесленко посмотрел на него с замешательством.
– А я... не заметил их...
Грабарь остановился, резко повернулся к сержанту. В его глазах промелькнуло бешенство.
– Что-о?!
– Я ведь не знал...- испуганно пролепетал тот.
– Ладно... Сбейте патроны из обоих автоматов в одну коробку. Оставьте один автомат, второй выбросьте.
Он вынул из своего автомата рожок и вставил новый, полный.
Заметив, что сержант вертит в руках автомат, не зная, что с ним делать, протянул руку:
– Дайте сюда!
На ходу перезарядил оружие, протянул Тесленко. Они шли до тех пор, пока крики и выстрелы сзади не смолкли. Тогда капитан остановился и опустился на землю.
– Помогите снять куртку и гимнастерку, - попросил
– А теперь возьмите бинты и перевяжите, - сказал Грабарь, когда гимнастерка была снята.
– Стягивайте так сильно, как только можете.
На спине капитана синел громадный кровоподтек. Тело вспухло. Тесленко поежился:
– Здорово вас...
– Крепче!
Сержант старался изо всех сил. Капитан морщился, но терпел. Вскоре тугая повязка стянула ребра. Капитан оделся, внимательно огляделся по сторонам и вздохнул.
– Таи... Теперь надо подкрепиться. У вас что-нибудь есть? Тесленко начал поспешно шарить по карманам.
– Нет, - сказал он наконец.
– Видно, утерял... Капитан вытащил из кармана бумажный пакетик, развернул. В нем был бортпаек - кусочек хлеба, немного колбасы и сахара.
– Пристраивайтесь.
Слабый ветерок набежал на мгновение, тревожным шепотом метнулся по веткам и, дохнув в лицо влагой, замер. Стало тихо-тихо. Даже птицы смолкли.
Глава третья
1
"Надо как можно быстрее уходить отсюда, - думал капитан, пережевывая хлеб.
– Пока мы здесь, мы в мышеловке..."
Хотя он знал этот участок местности только по карте, все же он достаточно точно представлял, где они находятся. Речка - он забыл ее название - делала здесь большую петлю, и они были почти в центре ее.
– Если немцы нас поймают, я застрелюсь, - сказал Тесленко.
– Лучше смерть, чем плен.
Грабарь поднял на него глаза. Он как-то забыл о его присутствии, и слова Тесленко вывела его из задумчивости. Он свернул комочком пакет, оставшийся от бортпайка, и помял его в пальцах.
– Не говорите глупостей, - сказал Грабарь.
– Солдат должен воевать, а не стреляться. Не хватало еще, чтобы солдаты становились самоубийцами. Он отбросил в сторону пакет и поднялся.
– Идем!
Тишина была обманчивой, она в любой момент могла взорваться трескотней автоматных очередей. Единственное их спасение было в том, чтобы идти.
Лес становился все глуше и темней, потянуло сыростью. Ноги глубоко проваливались в мох.
Небо затягивалось облаками. Капитан взглянул вверх.
– Дождь будет, - сказал он. Тесленко тоже посмотрел на небо.
– Их еще может разогнать.
– Нет, муравьи ходы заделывают, а это верная примета.
По верхушкам елей шумнул ветер, упал вниз н затих в кустарнике. Как бы в подтверждение слов капитана по веткам щелкнули первые капли. Потом дождь усилился, и вскоре с неба хлынул настоящий потоп. Вокруг стало темно, как в сумерки.
– Может, спрячемся?
– спросил Тесленко. Грабарь покачал головой.
– Нет.
Несколько минут они молча шагали под дождем. Капитан радовался этому неожиданному союзнику: хоть маленькая, а передышка. Но он не забывал и о другом. Он поглядел на Тесленко, насупился.
– За сегодняшний день вы дважды нарушили приказ - проговорил он. Результаты сами видите.
Сержант поднял голову, с беспокойством взглянул на капитана и поежился.
– Так?
– спросил тот.
– Так, - неуверенно подтвердил Тесленко.