Чуть выше неба
Шрифт:
– Какое ещё наказание?
– дёрнулась Лан, выбираясь из-под его руки.
– Тс-с, тихо. Не буянь. Ночь на улице, - Даймонд, не особо напрягаясь, уложил её обратно.
– Спи лучше. Только голову не поворачивай, а то от меня перегаром несёт. Думаю, без такого подарка точно обойдёшься. Хочешь, сказку расскажу?
– А ты умеешь?
– Не очень. Но я постараюсь. Слушай и не перебивай, а то из роли выйду. Было это давным-давно, лет пятнадцать назад. Случился у некоронованного короля далёких Северных островов юбилей. И под это дело собрались
– Только не говори, что ты там был!
– Молчи. Не слышишь, я сказку рассказываю? Представление, значит. Скучная, скажу я тебе, церемония. Представь, выводят за ручку малышню - многие только говорить научились. Они, конечно, перепуганы, как кролики. Зал-то огромный, народу тьма, да ещё кресло каменное. А на нём - какой-то большой рыжий дядька. И надо кланяться, да ещё говорить что-то. Вспомнишь тут, чему учили.
– Да уж, отвратно, - поёжилась Лан.
– Ты помнишь?
– Помню, как меня к этому трону отец вёл, а все вокруг пялились, словно я что-то натворила.
– Ну, ещё бы!
– хмыкнул Грех, теснее прижимая Лан к боку.
– Так вот, представление идёт своим чередом. И вдруг в углу зала переполох. Натери, понятно, спрашивает, чего там случилось. И вот представь: элвы расступаются, а там девчонка. Рожица насуплена, косички в разные стороны торчат и уже растрёпаны. Глянула она на зрителей, на короля и дальше своим делом занимается. Между прочим, дева не в куклы играла, а старательно так пыталась отодрать у собственного платья подол.
– Врёшь!
– Да чем хочешь поклянусь. Ну, король приказал у отца деловитого детёныша вино отобрать. И семейству перед его грозные очи явиться. Предстали. Глава клана сопит и уже явно жалеет, что дочь вообще сюда привёз. Малышка тоже сопит - точно как отец. И на господина смотрит исподлобья, как зверёныш. Король её и спрашивает: «Зачем ты, краса ненаглядная, платье портишь?». Ребёнок, ничуть не смущаясь, отвечает: «Сами эти юбки, как дура, потаскайте, а потом спрашивайте!».
– Не-ет...
– простонала Лан, сползая и зарываясь под одеяло с головой.
– Так всё и было. И не хихикай, ты меня сбиваешь. Дело-то этим не кончилось. Король, конечно, брови нахмурил и говорит, мол: страдания юной девы он полностью понимает и где-то даже сочувствует. Но на таких праздниках дамы обязаны быть в юбках - положено так. С другой стороны, любой подвиг должен вознаграждаться. И чтобы хотела аэра взамен? На выбор Натери предложил сладости, щенка или хорошего мужа. Знаешь, что выбрала эта рыжая?
– Щенка, наверное, - не слишком уверенно предположила Кайран.
– Почти угадала. Прелестное дитя потребовала, чтобы ей сейчас же, не сходя с места, выдали щенка и корабль. Но с условиями. Собака пойдёт не любая, а только размером с пони. И корабль больше папиного. Непременно с мачтами, выше неба. Правда, на этом условии девочка замялась
– Страх и появился примерно, когда мне лет пять исполнилось...
– Значит, дело за кораблём.
Лан промолчала, пристраивая голову на груди Натери. Корабль - это, несомненно, здорово. Только вот плыть на нём некуда. Якоря слишком прочно держат.
Глава пятнадцатая
Глава пятнадцатая
Не говори, что ты честный, пока не появится возможность украсть
(Поговорка Северных Островов)
Ни на какой пикник желания тащиться у Лан не было. Только кто ж её спрашивает? Аэр Канелл желает принести свои извинения за неподобающее поведение. Между прочим, он ещё вчера прислал письмо и букет. Просто Даймонд забыл об этом сообщить. Правильно, зачем девушке лишняя информация? Расстроится ещё.
– Да ничего интересного, - пожал плечами Натери.
– Обычный набор банальностей.
Вот из-за того, что Канелл не грешил оригинальностью, письмо оказалось в камине. Розы пошли за компанию. Видимо, тоже не соответствовали эстетствующему вкусу Греха.
Но эстетика эстетикой, а отказывать аэру в нижайшей просьбе принести извинения лично и непременно на лоне природы никак нельзя. Хочешь - не хочешь, а с утра прихорашивайся и тащись неизвестно куда завтракать. Правда, сначала изволь подождать, пока конюх соблаговолит лошадей привести, а аэр Натери явиться. Стой как дура рядом с подъездной дорожкой и наслаждайся утренним птичьим щебетом. Или не наслаждайся - твоё дело. Можешь понудить по поводу слипающихся глаз и желания спать. Всё равно слушать некому.
– Позволено ли мне будет сказать, хозяйка?
От такого обращения Лан едва очередным зевком не подавилась.
– Ты чего, Редгейв? Тоже ночью не спал?
– Все не спали, - телохранитель, стоявший, сложив руки на груди, стал ещё мрачнее. Хотя вроде бы и без того был смурнее некуда.
– Стены в доме... тонкие.
Элва закрыла глаза, считая от десяти до одного. Что не сделай - хоть покрасней, хоть заори - а выглядело бы одинаково глупо.
– Так что ты сказать хотел?
– Уезжать отсюда надо. Хватит, наигралась, - буркнул вояка.
– Заиграешься скоро. Не хватает ещё, чтобы Кайран постилкой такой сволочи стала.
– Ты, вообще, здоров?
– перебрав пару десятков вариантов ответов, выдала Лан самый нейтральный. «Совсем охренел?» - в данном случае подходило больше. Но аэре, наверно, так выражаться всё-таки не стоит.
– Может, лучше в постель вернуться и не ездить сегодня никуда?
– В чью постель?
– Редгейв сцапал хозяйку за плечи, кажется, едва сдерживаясь, чтобы не встряхнуть хорошенько.
– Я имела в виду, тебе вернуться в постель и полежать денёчек, - ласково, словно с больным ребёнком говорила, предложила аэра.