Чума заклинаний

Корделл Брюс Р.

Ногах просто нырнула в море. Почти без всплеска она стрелой вошла в воду. Через секунду чешуйчатая голова кво-тоа появилась рядом со шлюпкой, моргая сквозь синевато-серые волны.

Фостер развязал узлы, и матросы налегли на вёсла. Шлюпка медленно начала приближаться к острову. Ногах плыла рядом, булькая что-то полуразличимое. Сначала Яфет решил, что она молится, потом вспомнил, что Ногах отказалась от своей веры. Должно быть, она черпала энергию Сердца Снов с помощью какого-то ритуала. Предположительно заклинание должно было обеспечить защиту от наблюдателей на острове,

хотя не обладало каким-либо заметным эффектом. То, что бывшая жрица смогла использовать силу камня на таком расстоянии, произвело на колдуна впечатление. Он надеялся, что Гефсимет этого не заметит.

Во мраке над островом стали заметны крохотные точки. Яфет указал на них капитану Фостеру. Тот нацелил подзорную трубу и выругался.

– Что там?
– спросила Серена. Фостер молча передал трубу волшебнице. Серена взглянула, и её бледная кожа побелела ещё сильнее.
– Как такое возможно?

Яфет взял подзорную трубу из почти обмякших рук женщины.

Он увидел пятерых парящих в воздухе часовых, описывающих ленивые петли по периметру острова. Часовыми были кво-тоа с хищными телами, подобные тем, с которыми они сражались в башне. Странные кво-тоа восседали на существах, похожих на огромные копны водорослей. Следом за каждой копной тянулось извивающееся гнездо боковых отростков, которые волнами колыхались, продолжая скользить по небу. Каждый наездник оставлял за собой полосы чернильного мрака. Чернила медленно таяли на ветру, но всё же вносили свою лепту в общие сумерки, укутавшие остров. Каждый кво-тоа сжимал под мышкой длинное копьё.

– Таково могущество Сердца Снов!
– раздался из воды голос Ногах.

– Как? Почему?
– спросил Фостер.

– Камень черпает силу из некоего изобильного источника, а тот даёт свободу приговорённым к подводной жизни существам. Для избранных граница между небом и морем стирается, и они могут дышать и двигаться в обеих средах одинаково. Видишь? Эти существа, парящие в воздухе — порабощённые моркоты! Гефсимет переделал их в летающих носителей для всадников!

Речь кво-тоа была яростной и быстрой, и стала почти неразличимой, когда Ногах заколотила по воде.

– Полегче, - предупредил её Фостер.
– Ты в порядке?

– Будем надеяться, - вмешалась Серена, - что Гефсимет не наделил себя способностью скользить по воздуху подобно птицам.

– На самом деле, - неожиданно произнёс Яфет, пока его взор оставался прикован к летающим часовым, затемняющим воздух, - для нас так было бы даже лучше. Мне не слишком хочется погружаться под воду для встречи с кракеном.

Ногах пыхтела и сопела, но понемногу начала успокаиваться. Наконец, она продолжила:

– Я предвижу, что Гефсимет встретит нас на полпути.

Яфет задумался, что это значит, но Ногах помешала ему задать вопрос, быстро покачав головой. Она сказала:

– Придержите языки. Я должна удвоить усилия. Я не ожидала таких сторожей.

Шлюпка продолжила своё путешествие. Остров приближался. Яфет не отрывал взгляда от парящих созданий и их наездников, высматривая хоть какой-то признак поднятой тревоги. Он вздрогнул, когда

дно лодки неожиданно заскребло по скалистому берегу острова.

Из волн поднялась Ногах. С её тела стекала вода. Бывшая жрица продолжала напевать какую-то атональную мелодию, и поэтому просто указала рукой направление.

Все, кроме гребцов, покинули шлюпку. Высокая волна захлестнула сапоги Яфета неожиданно холодной водой, и колдун зашипел.

Лёгкий путь на берег оброс по бокам густыми зарослями мангрового дерева. Ногах разумно выбрала для высадки место, скрытое от остального острова. Мелкая рыбёшка, креветки, крабы и моллюски играли в чистой морской воде, омывающей длинные корни мангров.

Бывшая жрица возглавила отряд и направилась в густые заросли, следуя тропинке — хотя на самом деле это был мелкий солёный эстуарий. Кво-тоа так и не прекратила свой ритмичный напев. Яфет посмотрел вверх. Он не смог разглядеть часовых, но не сомневался, что те по-прежнему находятся в воздухе.

Он задумался, не рискнуть ли обратиться к собственному колдовству, но решил, что не стоит.

На самом деле ему было необходимо обострённое восприятие, которое даровала пыльца путешественников.

Колдун говорил себе, что это глупо — пренебрегать ресурсами в настолько отчаянном положении. Он может принять всего лишь половину зёрнышка. Этого хватит, чтобы обострить чувства, не притупив реакцию. И не увлечь его разум на багровую дорогу, что ещё хуже.

Жестянка уже была у него в руках. Яфет открыл её и достал крупицу пыли. Кристаллик был мелким. Гордясь своей сдержанностью, он бросил кроваво-красную крошку в левый глаз.

– Ох! Яфет, ну почему сейчас?
– раздался из ниоткуда голос Ануши.

Капитан Фостер оглянулся.

– А это ещё что?

Он озадаченно прищурился.

– О чём ты?
– спросил Яфет.

– Мне показалось, что кто-то произнёс твоё имя. Причём недовольным тоном.

Яфет пожал плечами.

– У тебя галлюцинации.

Фостер нахмурился, но продолжил хлюпать по тропе за Сереной.

Яфет чуть наклонил голову, изучая облачённое в доспехи тело Ануши. Девушка выглядела размытой. Он скупо улыбнулся и подмигнул призраку.

– Со мной всё будет в порядке, - прошептал он. Голова в шлеме чуть качнулась, потом исчезла. Либо он принял слишком мало пыли, чтобы хорошо видеть её присутствие, либо девушка решила уйти. Из-за того, что разочаровалась в нём? Эта мысль обеспокоила колдуна. Но беспокойство было смутным, перечёркнутым эйфорией, сопровождающей первые мгновения после употребления пыльцы.

Яфет растворился в настоящем.

Впереди мангровые заросли редели, открывая первое из нескольких зеленовато-серых зданий. Здания были похожи на кораллы своей текстурой и гладкой твёрдостью, однако вместо беспорядочных наростов представляли собой грубую пародию на более привычные постройки. Виднелись стены, двери, окна, башни и шпили, разделённые дворами и площадями, а также многочисленными чистыми прудами. Углы зданий иногда казались чересчур резкими или расходились там, где должны были оставаться параллельны.