Чума насилия

Филипс Джадсон Пентикост

– Вы не закончили вашу мысль.

Джерико устало повернулся к Шеннону:

– Стоит таким вещам начаться, как они превращаются в настоящую оргию насилия. Они действительно дали Прентису проехать туда и обратно. Я подумал было, это потому, что он - отец Дэвида. Но ведь могла быть совсем другая причина.

– Да?

– Кого мы можем вызвать на подмогу?

– Полицию. Особенно если учесть, что каждый дееспособный мужчина в это время занят где-нибудь в другом месте.

– Представьте, что вместо ваших помощников вы привезли бы с собой двух полицейских. Неизвестно, удалось

бы вам тогда добраться до дома. Открыт сезон охоты на легавых, Шеннон. В кабинете было около двадцати пяти или даже тридцати ружей и достаточно боеприпасов, чтобы вооружить целую армию. Боюсь, что первый же полицейский в форме, который здесь появится, немедля превратится в покойника. Они дали Прентису проехать. Возможно, потому что он - отец Дэвида, а возможно, потому, что решили сделать его тем козлом, который приведет им на убой целое стадо. И теперь они могут не выпустить отсюда никого, кто решился бы предупредить полицию. Потому что рано или поздно она и так появится здесь, чтобы выяснить, что у нас происходит. Мы приманка, и у меня такое предчувствие, что нас хотят держать в западне.

Лицо Шеннона пошло пятнами.

– Это только предположение.

– Обоснованное предположение. За свою жизнь я не раз видел беснующиеся толпы. Они не думают о последствиях. Только о цели.

– Так что вы предлагаете?

– У нас нет достаточного количества людей и оружия, чтобы принять бой. Так что мы будем ждать и надеяться, что полиция не приедет.

– Не приедет?

– До темноты. Когда стемнеет, мы с Бобом сумеем выбраться отсюда, чтобы предупредить, что их здесь ждет.

– Вы с Уилсоном? - переспросил Шеннон.

– Мы вместе служили в Корее. И нам не раз приходилось проходить через вражеское расположение.

– Но стемнеет еще не скоро!

– Я знаю.

– Вы уверены, что им не надоест дожидаться полицейских и они не решат напасть на нас?

– Совсем не уверен.

– А мы так и будем сидеть здесь и ждать, когда нас перережет банда кровожадных парней?

Джерико саркастически усмехнулся:

– Может, если вы выйдете и помашете этим самым белым платком, они согласятся вступить с нами в переговоры.

– Вы еще шутите!

– Да, я шучу.

Шеннон глубоко, с присвистом, вздохнул:

– Вся эта игра в догадки - бессмысленное занятие. - Было ясно, что он оценил опасность и теперь пытался побороть охватившую его неуверенность. Миссис Бауман выяснит, нет ли в доме еще какого-нибудь оружия, кроме того, что было в шкафу. Не могли бы вы попросить ее прийти сюда, Уилсон? - спросил он и снова повернулся к Джерико. - Мы можем запереть все двери, забаррикадироваться в одной комнате, в которой нет французских окон. Например, в подвале.

– Если бы вы видели самодельные бомбы, которыми они взорвали машины, ответил Джерико, - вы бы поняли, что подобные меры нам ничего не дадут. Только одна такая бомба способна разворотить целое крыло дома, чтобы они смогли в него проникнуть.

Шеннон усмехнулся:

– Вы всегда такой оптимист? - Ему хотелось действовать. Только действие могло заглушить его тревогу. Он повернулся к Бобу Уилсону, который привел Лиз Бауман из столовой. - Миссис Бауман, я не знаю, какими словами выразить, как

я потрясен и опечален тем, что ваш муж...

– Нам будет проще, если мы не будем тратить время на взаимные реверансы, - прервала она его ровным голосом, затем повернулась к Джерико. Мне показалось, вы с Томми...

– С Томми все будет в порядке.

– Мистер Джерико только что разъяснил мне, насколько опасно наше положение, миссис Бауман. Вы можете нам помочь. Вам известно, какие ружья пропали из коллекции вашего мужа? Нет ли в доме другого оружия, которым бандиты не сумели завладеть?

– У него в спальне был полицейский револьвер тридцать восьмого калибра. Но когда мы собирались в фонд, он взял его с собой.

Шеннон поднял брови:

– Он знал, что ему угрожает опасность?

Лицо Лиз осталось неподвижным, как маска. Она не ответила.

– Вы все равно узнаете об этом, не сейчас, так потом, - обратился Джерико к Шеннону. - Сегодня утром между мной и Бауманом произошла ссора. Я ударил его и сбил с ног. Как раз после этого я и поехал в город, чтобы встретиться с Фарроу. Могу предположить, что Бауман взял с собой оружие на случай, если я снова нападу на него.

– Он взял оружие по этой причине, миссис Бауман? - спросил Шеннон.

Лиз кивнула. Она подошла к двери, затянутой сеткой, и посмотрела на лужайку. Казалось, ее мысли сейчас далеко отсюда.

– Из-за чего произошла ссора? - снова спросил Шеннон.

– Ему показалось, что я заигрываю с миссис Бауман. Он предъявил претензии нам обоим. И я ударил его. - Джерико слегка усмехнулся. - После этого я больше с ним не встречался до того, как нашел его наверху в том виде, в каком он сейчас.

– Думаю, мы обсудим это позже, - решил Шеннон. - Сейчас нам нужно выработать линию обороны. - Он шагнул к Лиз. - Что представляет собой подвал дома, миссис Бауман?

Казалось, ей стоило труда заставить себя вернуться к реальности.

– Там находится прачечная, потом довольно большая кладовая и еще у Томми там комната для игр, где стоит стол для пинг-понга. Есть еще дартс.

– Как туда пройти?

– По лестнице из кухни, но, конечно, с улицы тоже есть вход. - Она произнесла это машинально, без всякого выражения, и вдруг с изумлением воскликнула: - Боже мой!

– Что такое, миссис Бауман?

Она протянула дрожащую руку в сторону лужайки. Трое мужчин поспешно посмотрели туда, куда она указывала. Джерико сразу понял, что заставило ее вскрикнуть. На краю лужайки, под деревьями, он увидел мужчину в полицейской форме, лежащего в траве. Как он мог заметить, человек делал попытки приподняться, но снова бессильно падал лицом вниз. Больше никакого движения видно не было.

– Он ранен, - догадался Шеннон.

Лиз бросилась, чтобы открыть сетчатую дверь, но Джерико схватил ее за руку и оттащил обратно.

– Мы не можем бросить его там, - сказала она.

Джерико протянул Уилсону винтовку:

– Прикрой меня.

– Погодите, - вмешался Шеннон. - Ред, Джордж! - крикнул он.

На крик явились оба несчастных помощника. Тот, что спустился со второго этажа, явно испытывал облегчение от того, что снова находится среди живых людей. Шеннон взглянул на него и протянул руку: