Чума насилия
Шрифт:
– К такому исходу вы и готовитесь?
– Мы всегда были готовы к этому. Лучше подумай о том, как найти в городе врача. Ни наши жизни, ни Танина, ни твоя собственная - ничто нас не остановит, если такова цена за то, чтобы быть услышанными.
– Почему для вас настолько важен Конрад?
– Конрад - особенный. Лучше поверь в это, приятель, если ты задумал спасать свою шкуру, когда выберешься отсюда. Если ты не вернешься с врачом, то всю жизнь будешь видеть в кошмарных снах то, что останется от Тани.
Он посмотрел на нее и понял, что так и будет. По его спине пробежал холодок.
Беременная обошла посты и вернулась. Приказ передали по цепочке, и путь для Джерико был свободен.
Спустившись по противоположному склону, Джерико ощутил себя на свободе, как будто в лесу, кроме него, никого не было. За его спиной не раздавалось ни звука. Хиппи оказались дисциплинированными солдатами. Никого из них не было видно. Он вышел на шоссе и направился к дороге, ведущей в город.
Только сейчас он задумался, как выполнить возложенную на него миссию. Вряд ли будет легко уговорить врача принять участие в этой затее. Он не сомневался в том, что, обратившись в полицию, обречет Таню на мучительную смерть. Амазонка и ее войско - настоящие фанатики, им ничего не стоит привести приговор в исполнение. Найдя врача, он должен будет убедить его в том, что говорит правду, а не сочиняет мелодраматическую чепуху.
От ворот усадьбы Баумана до города было около двух миль по шоссе. Джерико понадеялся, что кто-нибудь сможет его подвезти, но по испуганным лицам за стеклами мчавшихся мимо машин понял, что атмосфера над Бауман-Ридж пропитана не только злобой, но и страхом. Неожиданно он догадался, что рыжая борода ставит его в один ряд с мятежными членами коммуны. Он оставил попытки поймать машину и ускорил шаг.
Добравшись до окраины, он оказался на заправочной станции. Служащий окинул его подозрительным взглядом:
– Где живет доктор Годдард? - спросил его Джерико.
– Его кабинет на Мэйн-стрит, напротив банка, - ответил служащий. - Не вас ли я видел утром в красном "мерседесе"?
– Возможно.
– А сейчас вы идете пешком. Что-нибудь случилось?
– Шина спустила.
– Если хотите, я могу отремонтировать.
– Спасибо, этим уже занимаются.
Город казался странно безжизненным. Машин на главной улице почти не было. Джерико подошел к банку и обнаружил, что банк закрыт и ставни на его окнах опущены, что для трех часов дня было необычно. Через дорогу он заметил крошечный белый домик с фасадом, имитирующим колониальный стиль. Рядом с парадной дверью красовалась табличка, в которой было указано, что арендаторами домика являются доктор Годдард, страховое агентство и две адвокатские конторы. На первом этаже, на двери приемной доктора Годдарда, Джерико прочитал, что сейчас как раз часы приема.
В комнате для посетителей ждал какой-то старик. Дверь в кабинет была закрыта, и оттуда доносились голоса.
– Вам не придется долго ждать, - обратился к нему старик, - сегодня большинство пациентов сидит по домам. А мне нужно только обновить рецепт. Пилюли от подагры.
– Город кажется безлюдным, - заметил Джерико.
– Повсюду слоняются эти ненормальные с бомбами и ружьями. Я и сам остался бы дома, если бы не пилюли. Без них я завтра не смогу ходить. У вас когда-нибудь была подагра?
–
– Вам повезло. Говорят, что женщинам тяжело рожать. Если бы у вас была подагра, вы бы поняли, на что это похоже. Такая же боль, только в ногах, конечно.
– Кто там у доктора?
– Парень поранился в лесу, когда гонялся за этими гомиками. Наступил в яму и вывихнул лодыжку.
Джерико подошел к двери, постучался и заглянул в кабинет. На смотровом столе сидел пациент, мужчина средних лет. Доктор, который оказался неожиданно молодым человеком с мужественным лицом, осматривал лодыжку. Джерико представлял себе врача Прентисов более зрелым, более соответствующим своему званию семейного доктора.
Над раздраженным загорелым лицом щетинились коротко стриженные светлые волосы.
– Вам придется подождать, - сказал он.
– У меня неотложный случай, - ответил Джерико.
– Подождите снаружи, пока я не закончу.
– Я друг Уайли Прентиса.
– Да будь вы другом хоть самого Господа Бога! Подождите за дверью.
Джерико почувствовал, как в нем закипает холодная ярость:
– Нет ли поблизости другого врача, к которому я мог бы обратиться?
– Если вы не будете тратить время на разговоры, я скоро закончу. Пожалуйста, выйдите.
Джерико вышел и закрыл за собой дверь. Старик захихикал:
– С Джо Годдардом не так-то просто сладить. Всего несколько месяцев прошло, как он вернулся из Вьетнама. Теперь он гоняет нас, как пленных вьетконговцев. Но врач он отличный. Только вам придется подождать, пока я не возьму свой рецепт. Когда ногу начинает дергать, без пилюль я чувствую себя, как будто меня поджаривают в аду. Такие же пилюли дают скаковым лошадям, когда они начинают хромать.
Джерико охватило предчувствие, что лучше не связываться с Годдардом, но на поиски другого врача времени не оставалось. Если полиция все-таки придет в усадьбу на выручку к Шеннону, то перестрелка так же неизбежна, как и то, что она затронет и Таню.
Спустя несколько минут, которые показались Джерико вечностью, пациент, прихрамывая, вышел из кабинета и закрыл за собой дверь.
– Стар ты для того, чтобы бегать по лесам за голыми девками, - сказал ему старик и злорадно захихикал. - Веди себя как подобает в твоем возрасте, Онслоу.
– Мы не остановимся, пока не переловим этих ублюдков всех до одного, ответил ему Онслоу.
Из кабинета вышел врач в белом халате:
– Ступайте домой и берегите ногу, Онслоу. - Он протянул старику листок бумаги. - Вот то, что вам нужно, мистер Тенни. Для начала примете четыре штуки, потом по одной каждые четыре часа. - Он повернулся к Джерико: - Что у вас за неотложный случай?
Джерико покосился на любопытного старика и хромающего Онслоу:
– Мне нужно поговорить с вами с глазу на глаз.
– Значит, не так уж это и срочно, если у вас есть время на разговоры.
Годдард развернулся и направился в кабинет. Джерико последовал за ним и закрыл дверь.
– Меня зовут Джон Джерико, я гость в доме Алекса Баумана, - объяснил он.
– Я слышал, что там у вас неприятности, - ответил Годдард.
– Большие неприятности. Бауман убит.
– Почему вы мне не позвонили?