Что я без тебя...
Шрифт:
В тот вечер за ужином они насмешили обоих братьев своими остроумными рассказами об учителе танцев и его уроке. Это был первый ужин после их ссоры со Стивеном. И Шерри ужасно волновалась, но женщины и Клейтон сыграли роль буфера. Для этого, видимо, они и приехали, думала Шерри. И правильно сделали, потому что уже к концу вечера Шерри не чувствовала себя такой скованной в присутствии графа и была с ним вполне вежлива. И только. От нее не ускользнуло, что граф раздосадован этим, и Шерри торжествовала. Он также хмурился, когда Шерри и Клейтон по какому-нибудь поводу вместе смеялись, видимо, злился. Шерри не могла не заметить, что временами поведение Стивена забавляло герцога. В
Он тоже явился пораньше и присоединился к ней. Но еще больше девушку удивило, что он помрачнел после того, как она лестно отозвалась о его брате Клейтоне. Голос его был полон сарказма, когда он сказал:
— Я счастлив, что вы наконец встретили свой идеал мужчины, — после чего, не доев завтрак, вскочил из-за стола и, сославшись на множество неотложных дел, покинул комнату, оставив Шерри в полной растерянности.
Накануне, сразу после ужина, граф уехал с приятелем в театр, а днем раньше — на какой-то поздний прием, и Ходжкин сообщил Шерри, что домой он возвращается только к утру.
Шерри терялась в догадках. Что это с ним? Почему он ушел? Может, встал в дурном настроении, потому что не выспался?
Ее размышления были прерваны приходом Уитни и старой герцогини, которые явились вскоре после завтрака и застали Шерри сидящей за столом в глубокой задумчивости. Когда же она рассказала им о случившемся, обе в один голос воскликнули:
— Да он просто ревнует!
Предположение показалось Шерри не очень убедительным, но она не преминула воспользоваться им и, покатавшись после обеда с Дю Биллем по парку, в разговоре со Стивеном перед ужином долго расхваливала его, как веселого и приятного компаньона. Реакция графа была примерно такой же, как утром.
— А я и не знал, что вас так легко обольстить, — с досадой заметил он.
На следующее утро Шерри рассказала об этом Уитни и старой герцогине, поскольку они просили сообщать им о каждом шаге и каждом слове Стивена. И снова они в один голос воскликнули:
— Да он просто ревнует!
— Ревнует! — Шерри не знала, хорошо это или плохо. Она боялась поверить, что нравится ему, хотя втайне очень на это надеялась.
Ей было известно, что в этот вечер, в Альмаке, он будет за ней ухаживать, что должно обеспечить ей, по мнению Чарити Торнтон, мгновенную популярность. Но популярность не интересовала девушку. Главное — как-нибудь не посрамить ни себя, ни его семью, ни самого графа. Весь день Шерри нервничала, но, к счастью, неожиданно приехала Уитни и не отходила от Шерри, пока та одевалась. Ох, уж это одевание! Девушке показалось, что оно никогда не кончится. И она мечтала лишь об одном: поскорее сесть в экипаж.
Швея отступила на шаг, держа в руках потрясающей красоты платье, в буквальном смысле этого слова с иголочки — оно было дошито всего несколько минут назад. Шерри то и дело нервно поглядывала на часы.
— Месье Дю Вилль меня заждался.
— Ничего, Николасу не привыкать, — сухо заметила Уитни. Но Шерри заботил вовсе не Николае, а находившийся в это время внизу лорд Уэстморленд. Интересно, какова будет его реакция, когда он увидит ее в этом платье?
— Еще немного, и вы будете готовы к балу, — сказала Уитни, когда Шерри хотела взглянуть в зеркало на свою новую прическу. — Наденете платье, тогда и посмотрите. Чтобы был полный эффект. Мой дебют пришелся как
— Неужели? — удивилась Шерри, знавшая из книг и разговоров, что в Англии в состоятельных семьях девочек с малых лет наряжают, как принцесс, но спросить об этом постеснялась.
Однако Уитни сама догадалась и со смехом сказала:
— Я поздно расцвела.
Шеридан с трудом верила, что в жизни этой великолепной брюнетки, сидевшей сейчас на краешке кровати, тоже были свои трудности, и сказала об этом Уитни.
Тогда герцогиня, не переставая смеяться, рассказала ей, что еще до своего дебюта мечтала лишь о том, как научиться стрелять из рогатки и добиться любви одного деревенского парня.
— Поэтому-то меня и отправили во Францию, — закончила она с доверительной улыбкой. — Ничего другого не оставалось, чтобы спасти меня от ужасного позора.
Шерри хотела ответить ей тоже в шутливом тоне, но не успела — камеристка и швея стали ей осторожно надевать через голову платье. И в этот момент в спальню вплыла вдовствующая герцогиня.
— Мне не терпелось посмотреть, как вы выглядите, еще до вашего появления у Резерфордов, — сказала она, издали наблюдая за тем, как Шерри готовят к балу, — вот я и приехала.
— Месье Дю Билль, наверное, сердится, что я заставляю его столько ждать? — спросила Шерри, опустив руки и послушно поворачиваясь, чтобы девушки могли застегнуть на спине крошечные крючки.
— И не думает. Потягивает себе шерри вместе со Стивеном и… — Она не договорила и ахнула, когда Шерри повернулась к ней лицом.
— Только если что-нибудь не так, не говорите, — попросила Шерри. — Я больше не выдержу!
Старая герцогиня слова не могла вымолвить от восторга, и тогда Шерри повернулась к Уитни. Та вся сияла, медленно поднимаясь с кровати.
— Хоть вы скажите, как я выгляжу, — взмолилась девушка.
— Попросите мисс Ланкастер посмотреть на себя в зеркало, — обратилась Уитни к камеристке, заранее предвкушая удовольствие от реакции Стивена, когда он увидит, как преобразилась Шерри. — Нет, подождите… сначала перчатки и веер.
Вы должны иметь полное представление о том, как выглядите, не правда ли? — спросила она Шерри.
Шерри не знала, должна или не должна. С нетерпением, смешанным со страхом, она натянула длинные, до локтя, перчатки цвета слоновой кости, взяла у камеристки веер того же цвета с позолотой и наконец повернулась к большому, в полный рост зеркалу, которое держали горничные.
Как и герцогиня, Шерри онемела от восторга, увидев в зеркале роскошно одетую женщину, а потом сказала:
— Я выгляжу… очень мило!
— Мило? — удивленно покачала головой старая герцогиня. — Вы слишком скромны!
— Да, слишком, — поддержала свекровь Уитни, с трудом поборов желание схватить девушку за руку и потащить вниз, в салон, где их дожидались граф, Ники и мисс Чарити.
Глава 29
Близилось время отъезда в Альмак, и Стивена все меньше забавляла мысль о том, что он вынудил Николаев Дю Билля целый вечер провести на балу под бдительным оком самой Чарити Торнтон. Сидя в гостиной и краем уха прислушиваясь к болтовне мисс Торнтон и Дю Вилля, граф обнаружил, что безмозглая старуха ловит каждое его слово и, что бы тот ни сказал, одобрительно кивает. Для дуэньи это было по меньшей мере странно, тем более что Дю Вилль не зря пользовался репутацией дамского угодника.